Однажды и навсегда - Кристина Михайлова

Первый рабочий день пролетел незаметно. Пока вникала во все тонкости канала, знакомилась с коллективом, не заметила шести вечера на часах.

На телефон пришло сообщение «Жду внизу». Внутри все сразу же затрепыхалось, все-таки я сильно соскучилась по Айвису.

Спустившись, была впервые за неделю приятно удивлена — Айвис стоял, облокотившись о черную спортивную машину, с букетом нежно розовых роз. Картина маслом. Ни охраны, ни пугающих внедорожников. Только мой молодой человек, от которого слюнки текут, таким сладеньким он сейчас казался.

— Привет, — решила, как и всегда, начать беседу.

— Как первый рабочий день? — похоже кто-то забыл, что даме цветы нужно вручить.

— Очень хорошо! Это мне? — решила немного ему помочь, а то стоит бедный, да взглядом меня поедает. Хотя какой он бедный, ну да ладно.

— Ах, да, — впервые увидела легкое смущение на его лице, неописуемая картина.

— Спасибо, очень приятно, — вдохнула легкий аромат роз, пряча под ним свою довольную улыбку.

— Эти цветы ассоциируются у меня с тобой, такие же нежные, маленькие, но колючие.

Искренне улыбнулась ему и снова поблагодарила. Все же заметил мое утреннее состояние, постарался немного изменить ситуацию.

— В ресторан или домой? — предложил он.

— В ресторан, хочу отметить первый рабочий день.

— Как скажешь, маленькая.

По дороге мы обсуждали будни друг друга, выбирали кухню, а вот уже в самом ресторане, после заказа блюд, решила задать мучающий вопрос:

— Как сестра Борзого? Что решил с ней? — слегка волнуюсь, боясь услышать категоричный ответ.

— После того случая ночью, я потребовал объяснений. Она лепетала что-то про южные корни, ранние подъемы. Конечно, я не верю в эту чепуху, уж слишком рано она явилась на работу, да еще и в мой кабинет. Но, — легкая пауза, — развязывать с ней войну нам не выгодно. Поэтому я четко поручил работу с ее предприятием специальному человеку, так сказать посреднику. Тем самым минимизировал наше общение, мне и самому не нравится эта змея, от нее вполне можно ожидать удар, поэтому специальные люди следят за этой дамочкой.

— Ох, отлично, — и снова я искренне заулыбалась сегодня.

— Ревнивая, — легкая ухмылка.

— Даже скрывать не буду, — признала я, — еще Айвис, я бы все же хотела продолжить учебу в Питере.

— Маш…

— Послушай меня, пожалуйста, — чуть настойчивей начала я, — мне осталось доучиться всего ничего, там все условия для успешной студенческой жизни, а Питер и Москва — это ведь совсем рядом, в любой момент и я с тобой. Пожалуйста.

— Нет, — непоколебимый ответ, — я не хочу быть без тебя даже один день.

— Почему ты так думаешь? Мы ведь вместе…

— Маша, — Айвис начинал немного закипать, — я хочу возвращаться не в пустую квартиру, а к тебе. Хочу засыпать с тобой каждый день, готовить тебе по утрам кофе. Не хочу лишать себя этого еще на год, я итак достаточно ждал и достаточно много сделал для нашего воссоединения. Я могу пообещать тебе создать хорошие условия в Москве, перевод отличный вариант.

Казалось мы в тупике.

— Айвис, — чуть склонила голову вниз, чтобы не выглядеть еще более жалостливей, выпрашивая возможность учиться там, где хочется, — но я хочу продолжить учебу именно там.

— Заочка, — ведь знает, что на это я уж точно не пойду.

— Пожалуйста, — все же рискнула поднять глаза в последней надежде на его понимание. Нет, от учебы в Питере я точно не откажусь, но его шаг навстречу был очень важен для меня.

— Я подумаю, — кажется лед тронулся.

— Спасибо, спасибо, спасибо, — залепетала я, касаясь его ладони.

Да что тут ладони, я была готова всего его исцеловать, если бы не люди вокруг.

— Но это не факт, далеко не факт, — осведомили меня, чуть нахмурившись при этом.

— Я верю в лучшее, — честно призналась.

— Маленькая, — на его лице заиграла легкая, многообещающая ухмылка.

Остатки вечера мы провели очень тепло, Айвис старался давать мне все необходимое: свое внимание, легкое чувство свободы, сдержанность. Ну а после ресторана нас ожидало бурное продолжение ночи. Мы мирились, мирились и еще раз мирились после всех склочных моментов и ссор, отдаваясь друг другу без остатков.

— Тебе хорошо? — спросил он у самого ушка перед сном.

— Очень хорошо, — сейчас мне безумно комфортно с ним таким.

— Моя, ты только моя, — видимо уснуть мне все же не дадут сегодня.