Экстрим не предлагать! - Аманди Хоуп

— Заинтриговала. И чем обязан такой чести?

— А можно еще один вопрос?

— Давай. Как же общаться без игры в вопросы и ответы.

— Ты всегда беспрекословно выполняешь приказы жены?

— Начнем с того, что не приказы, а просьбы. Это разные вещи. И не всегда. Тебя волнует матриархат в отдельно взятой нашей семье?

— Как раз нет. Матриархатом у вас и не пахнет. Это у Валентины с Артуром матриархат. А ваши отношения носят иной оттенок.

— Становится всё интереснее. И какой же?

— Не могу пока точно определить. Но складывается ощущение, что этот брак по расчету. Если бы я не знала вашего финансового положения, так бы и подумала.

— Интересно и кто из нас произвёл «расчёт»?

— Думаю, оба.

— Ты ошибаешься. У нас любовь. А еще полное взаимопонимание и абсолютное доверие.

— Трудно не заметить…

— И я уже склоняюсь к точке зрения моей жены — может, ты и не психолог?!

Майю эта фраза вывела из себя.

— Знаешь что?!

— Что?

— Я угадала, поэтому ты и бесишься.

— А, так ты гадалка, а я думал — психолог.

— Хам. Такой же, как и она. Два сапога — пара!

— Ты сама сейчас опровергла свою же теорию. Так всё-таки: «два сапога — пара» или «брак по расчёту»?

— Одно совсем не исключает другое.

— Тебе видней, ты ж психолог… — протянул он с иронией.

— Терпеть не могу хамов, — ответила Майя и резко пошла вперёд.

— Я тоже хамов не люблю. Видишь, как много у нас общего? — сказал он и поспешил вслед за спутницей.

***

— Дарья Андреевна, разрешите всё же вас сопровождать? — спросил Ростислав, догнав Дарья.

— Не стоит! Вам лучше держаться от меня подальше.

— Мне тоже грозит хук слева?

— Какой догадливый! Могу и справа.

— Ты боишься со мной оставаться наедине?

— Я? Нисколько! Просто подумала, что тебе будет интереснее побродить с мадам психолог.

— Отмазка не проходит. С мадам психолог ушёл Фима, и ты сама его об этом попросила.

— Надо же было увести Майю, от её драгоценных чемоданов.

— Ты так ловко умеешь уходить от ответа!

— Ты тоже умеешь уходить, — зло ответила она.

Он остановился и с болью посмотрел на неё.

— Ну, ты недолго печалилась моему уходу.

Она резко обернулась и в гневе сверкнула на него глазками, но встретившись с ним взглядом, смягчилась и произнесла как-то обреченно:

— Каждый из нас сделал свой выбор: ты — решив со мной порвать, я — выйдя замуж за Фиму. Ростик, я не обвиняю и не оправдываюсь. Просто констатирую факты. Давай, закроем эту тему, чтобы дальше спокойно сосуществовать здесь и работать. Это будет правильно!

— Да неправильно все это! Я не хочу с тобой всего лишь сосуществовать! Это невозможно! Я люблю тебя!

Дарья даже зажмурилась от этих слов, сердце больно сжалось. И она ответила обречённо:

— Убедилась на собственном опыте, что даже самое невозможное — возможно! Жаль, что ты упорно не хочешь слышать меня. Если любишь, выполни мою просьбу — не иди сейчас за мной, — не дожидаясь ответа, Дарья развернулась и медленно побрела вдоль берега.

Ростислав какое-то время стоял, не двигаясь, просто наблюдая за удаляющейся женщиной. Потом произнес вслух:

— Ты можешь уйти, убежать от меня, а вот от себя, своих чувств — не получится! Тоже убедился на собственном опыте!

Дарья шла, не замечая ничего вокруг. В памяти поочередно всплывали эпизоды из прошлого, того чудесного и одновременно такого болезненного.

От воспоминаний ее отвлекли голоса. Она остановилась, не очень далеко увидела целующихся мужчину и женщину. Без труда их узнала — Великопольский и Элла. Встречаться сейчас с ними у нее не было ни желания, ни сил. К ее счастью, парочка так была увлечена друг другом, что не заметила ее. Она поспешно свернула и скрылась в зарослях диковинных деревьев.

Ростислав неторопливо двинулся вдоль побережья вслед за любимой, издали оберегая её. Какое-то время он наблюдал за её фигуркой впереди, но в скорости, тоже уйдя в воспоминания, потерял её из виду. Он ускорил шаг, чтобы догнать, но её не было видно, тогда Ростислав побежал и чуть не наскочил на Великопольского с Эллой. Быстро свернул в сторону, пока его не заметили.

Оказавшись вновь наедине со своими мыслями, Дарья продолжила экскурсию в прошлое. Картинки в голове менялись одна за другой. Она то счастливо улыбалась, то не могла сдержать слез. И все шла, и шла. Не замечая голода и усталости, не разбирая дороги, забыв о времени. Из забытья ее вывел крик птицы, которую она спугнула. Дарья остановилась и огляделась по сторонам. Был уже полдень и вокруг, куда только доставал ее взгляд, были лишь одни деревья. «Кажется, я заблудилась. Поздравляю, сентиментальная дура! Только не паниковать! Надо сориентироваться!»

Тем временем в лагере полным ходом шли приготовления обеда. На импровизированной кухне умело орудовала Валя, взяв на себя обязанности шеф-повара. Станиславович тоже на «отлично» справлялся с ролью поваренка, четко и беспрекословно выполняя ее распоряжения. Скоро по всей округе распространился неописуемо аппетитный аромат. Станиславович, гордый тем, что причастен к этому действию, с удовольствием вдохнул его:

— Думаю, совсем скоро все наши следопыты сбегутся на этот запах!

И он оказался прав: вскоре почти все поисковые отряды вернулись в лагерь. Не было только Дарья и Ростислава. Фима заметно нервничал. Великопольский не без удовольствия наблюдал за этим.

— А обедать скоро будем? — поинтересовался вечно голодный Вася у шеф-повара.

— Кушать так хочется, — поддержал его Артур.

— Да, как только вернутся Дарья и Ростислав, — строго ответила Валя.

— Что-то они не очень торопятся. Видимо так увлеклись, что потеряли счет времени, — злорадствовал Павел, поглядывая на Фиму.

— А, может, они совмещают приятное с полезным, — предположила Элла и, заметив выражение лица Фимы, продолжила: — Я имею в виду, что в процессе поисков отыскали живописное место и чем-нибудь занялись. Ростислав же обещал индивидуальные съёмки. А что? Кругом красота, никто не мешает, вот и не устояли перед соблазном.

Все эти намеки вывели Фиму из себя — лицо покраснело, кулаки сжались, и он двинулся в сторону ухмыляющейся парочки с явным намерением продолжить семейную традицию относительно Великопольского. Но осуществлению этих планов помешал Ростислав, появившийся в этот момент в лагере.

— Дарья вернулась? — встревожено спросил он.