Репутация герцога - Сюзанна Энок

— Ты пыталась его отговорить?

— Он не советовался со мной, мой ангел. Ты же знаешь, какой он.

— Но он собирается отправить людей в Коста-Хабичуэлу.

— С запасами продовольствия. Даже если Сан-Сатурус не такой, как они ожидают, они могут превратить его в красивую столицу.

— Деньги — это одно, но зачем искушать судьбу? — шепотом возразила Жозефина. Ее отец придет в ярость, узнай он, что они говорили об этом, пусть и наедине. — Мы никогда не видели Коста-Хабичуэлу, мама.

— Вы с отцом два года без отдыха работали над этим проектом. Ты ведь знаешь, что он ничего не делает без серьезных оснований. Доверяй ему, как он доверяет тебе. — Мать поцеловала Жозефину в щеку.

— Я не сомневаюсь, что он с успехом найдет поселенцев. Меня беспокоит то, что… произойдет потом, — ответила она.

— Для других мы можем преувеличить, — выпрямилась мать. — Но между собой мы всегда говорим правду. Если он говорит, что все будет хорошо, верь этому. А теперь расскажи мне о герцоге Хейреке. Он столь же красив, как лорд Мельбурн?

Жозефина вышла следом за матерью.

— Он весьма приятный.

Ни один мужчина не может быть столь же красив, как Мельбурн. И ее мать не права. Между собой они тоже лгут. Себастьяну Гриффину известно, что проспект — фальшивка, и он подозревает нечто большее. А теперь у нее самой возникли сомнения в стратегической мудрости отца.

Час спустя Жозефина встретила Хейрека в дверях гостиной.

— Ваша светлость, позвольте представить вас его величеству Стивену Эмбри, королю Коста-Хабичуэлы, и ее величеству королеве Марии. Мама, отец, его светлость герцог Хейрек.

Хейрек улыбнулся самой очаровательной улыбкой, его зеленые глаза сияли.

— Я несколько раз просил ее высочество называть меня Чарлзом и прошу о том же ваших величеств. — Он поклонился. — Я очень рад, наконец, познакомиться с вами.

Ее отец встал.

— Аналогично, Чарлз. — Они обменялись рукопожатием. — Спасибо, что так быстро пришли нам на помощь. Должен признаться, я был озадачен отказом Мельбурна.

Улыбка герцога чуть дрогнула.

— Ах, я не слишком хорошо знаю Мельбурна, но он мне помог. Он предложил нам ложу в театре и пригласил всех нас присоединиться к нему в Воксхолле завтра вечером.

— Он сказал, что у него слишком много других обязанностей, чтобы уделять достаточно внимания новой должности, — добавила Жозефина, удивляясь, что снова лжет родителям и снова в защиту Мельбурна. По всей вероятности у него есть ответы, которые она хотела получить, но этого не произойдет, если ей запретят говорить с ним. Кроме того ей хотелось снова заняться с ним любовью.

— Что ж, тогда он ушел с поста как джентльмен. — Король обнял Хейрека за плечо. — Пойдемте в бильярдную, Чарлз, и расскажите мне о себе.

Выходя из комнаты, Хейрек оглянулся:

— Мои извинения, королева Мария, принцесса Жозефина. Долг и бильярд зовут.

— Он приятный, Жозефина, — согласилась мать, когда мужчины поднимались по лестнице. — Хорошие манеры, чувство юмора, и он герцог. Возможно, для тебя он лучше, чем Мельбурн с каменным лицом.

— Возможно, — согласилась Жозефина, выбрав самое уклончивое слово.

— Тебе нравится Чарлз?

Она пожала плечами:

— Вполне. Он уже упомянул, что дальние путешествия его не пугают. Он только что вернулся из Канады.

— Ты знаешь, твой отец убедит его сделать тебе предложение, если наш герцог уже сам этого не решил.

— Знаю.

И если бы она сначала встретила Хейрека и совсем не знала Мельбурна, она была бы вполне довольна. Но порядок и обстоятельства знакомства не имеют никакого значения, поскольку Мельбурн никогда не оставит Англию. Ее отец совершил ошибку, поощряя Принни выбрать Себастьяна своим представителем. И впервые в жизни Жозефина начала задумываться, не наделал ли ее отец и других ошибок.

Себастьян вяло сел и посмотрел на каминные часы в спальне. Ему понадобилось время, чтобы сосредоточиться. Двадцать одна минута шестого. Чепуха какая, они вернулись домой не раньше трех, и после этого он не заснул.

А сейчас почти половина шестого вечера. Проклятие!

— Бейли! — крикнул он.

Дверь приоткрылась, и камердинер просунул голову в комнату.

— Я здесь, ваша светлость.

Себастьян отбросил простыни и встал.

— Почему, черт побери, вы меня не разбудили?

— Ваш брат, лорд Шей, не велел. — Бейли поспешил к платяному шкафу за рубашкой и брюками.

— Это не дом Шея. Это мой дом.

Маленький кулачок застучал в дверь.

— Папа, ты в приличном виде?

Похоже, это с ним случается редко.

Отогнав эту мысль, Себастьян застегнул брюки.

— Входи, Пип, — позвал он, натягивая через голову рубашку.

Дочь в чудесном желтом шелковом платье, подчеркивавшем ее нежную кожу, вплыла в комнату.

— Ты хорошо спал?

— Слишком хорошо, — ответил Себастьян, снова сердито взглянув на Бейли. — Что ты делала сегодня, мой ангел?

— Я учила французский и пропустила урок фортепьяно, потому что ты спал. Миссис Бичем водила меня в парк. Стэнтон спросил, знаю ли я меню обеда, потому что ты все еще спал, а я не знала и велела приготовить суп из зеленого горошка и фрикасе из кролика, потому что я это люблю и дядя Закери тоже.

— Закери любит любую еду, — заметил Себастьян, пока Бейли помогал ему облачиться в жилет. — Он обедаете нами?

— Все с нами обедают. Ты забыл? Ты сказал, что приехали родственники тети Кэролайн и если ты устроишь обед, возможно, они оставят тебя в покое.

— Это не следует повторять, Пенелопа.

— Знаю, — поморщилась девочка. — Ты мне доверяешь?

— Да.

— Мне все доверяют. Я столько всего знаю, что у меня голова кружится.

К счастью, есть много такого, чего она не знает.

— Я ценю твои сегодняшние усилия как хозяйки дома, — громко сказал он, сев за туалетный столик, чтобы побриться.

— Я знаю. Я собираюсь проследить, чтобы кухарка испекла что-нибудь шоколадное на десерт.

— Превосходная идея. Пошлешь сюда Стэнтона?

— Конечно.

Хорошо, что Пип прервала его яростное волнение. Он потратил большую часть дня на расследования, связанные с Жозефиной и ее затеями. Кроме того, так называемый король должен сегодня вернуться из Шотландии, и одному Богу известно, что он там делал.

— Ваша светлость, я пошлю за чаем или кофе? — спросил Бейли, держа чашку с мыльным кремом.