Маленькие радости - Оливия Уэдсли

Естественные вещи воспринимались ею всегда совершенно естественно, следовательно, ее внимание не задерживалось на них слишком долго. Никто ведь не думает о том, что он ежедневно моется, ложится спать или просыпается.

При воспоминании о словах Роберта горячая волна разлилась по ней в темноте. «Настоящая любовь бывает столь же физической, сколь и духовной». Тони не докапывалась до смысла этих слов и старалась немного привести в порядок свои скудные знания о вещах; но после нескольких попыток все оставалось для нее таким же непонятным.

В конце концов, какое ей дело до этого? Она и Роберт любят друг друга, счастливы, и этого, конечно, ей совершенно достаточно.

Следующий день принес ей то, что она назвала «приятной неожиданностью». Дафнэ Бейлис приехала навестить ее. Тони радостно ее приветствовала. Она не имела других подруг, кроме Дафнэ, а разлука переставала для нее существовать с того момента, как она снова встречалась с людьми, которых любила.

Дафнэ была в меру скромна. Тони не очень выросла, как ей кажется, а она, Дафнэ, выросла.

Хвалебные гимны Тони полились, как встарь. Дафнэ была безусловно красива – никто не мог бы этого отрицать, и ее пребывание в Индии не повредило ее красоте.

Она была стройна и обладала тем своеобразным невыразимым очарованием, которое свойственно, кажется, только англичанкам. Его нельзя определить словами, и оно скорее вызывается объективным впечатлением, чем действительной сущностью, в полное отличие от живой грации француженок, представляющей соединение задора с очаровательностью форм.

Обе девушки беседовали до чая, пока не явилась леди Сомарец. К удивлению Тони, она очень любезно поздоровалась с Дафнэ. Тони не знала, что со смертью отца личный доход Дафнэ выражался в весьма солидных четырех цифрах.

К дальнейшему изумлению Тони, тетя и ее втянула в разговор.

Чай прошел очень весело, а восхищение Фэйна Дафнэ было совершенно очевидно.

Было решено, что Фэйн повезет обеих девушек завтра вечером обедать в Рейнела.

– Как хорошо для Тони, что вы вернулись, – сказала с улыбкой леди Сомарец, прощаясь с Дафнэ.

– Тони – первый человек, которого я навестила, – ответила Дафнэ.

– Я выиграла один процент за твой счет, – сказала ей Тони, хитро улыбаясь в передней.

Дафнэ ответила кроткой неопределенной улыбкой. Она никогда не понимала того, что не было элементарно выражено.

Парсонс доложил, что лорд Роберт просит леди Сомарец к телефону.

– Очень внимательно со стороны Роберта, – сказала она, возвратившись. – У него ложа в оперу на сегодняшний вечер. Он не может сам воспользоваться и предлагает, чтобы вы оба пошли, захватив кого-нибудь из ваших друзей.

– Я бы пригласила Дафнэ, – сказала с жаром Тони.

– Я ей позвоню, – предложил свои услуги Фэйн. Он тотчас же пошел к телефону. – Все хорошо, – сказал он, вернувшись, – мисс Бейлис поедет вместе с матерью – мать в качестве провожатой. Нас будет четверо – вполне достаточно. Ты можешь заняться мамашей, Тони.

– Благодарю тебя, – язвительно ответила Тони, но внутренне она счастливо смеялась. Роберт придет, она знала, она была уверена в этом.

Ставили оперу «Богема». По окончании первого акта дверь ложи щелкнула, и вошел Роберт.

– Мне удалось уйти на час, и я подумал, что могу зайти посмотреть, как вы туг поживаете. – Он повернулся, чтобы повесить пальто, и посмотрел на Тони.

– Я обожаю тебя, – беззвучно прошептали его губы.

Он сел позади нее, положив руки на спинку ее кресла.

Когда потушили огни, она откинулась назад. Его прикосновение вызвало в ней сильную дрожь. Она еще больше откинулась, было так удивительно, что они были тут, среди всех этих людей, и что одно и то же чувство наполняло их обоих. Роберт дотронулся рукой до ее маленьких завитков на затылке около шеи. Она страшно хотела очутиться в его объятиях, хотела, чтобы он целовал ее, а темнота и закрытые глаза еще больше способствовали ощущению, что она с ним наедине.

Музыка и новые дивные ощущения, вызванные прикосновением Роберта, наполнили ее страстью. Она взглянула на Роберта и заметила, что он смотрит на ее губы. Она почувствовала его взгляд, как поцелуй на своих устах.

Раньше чем она все это осознала, опера кончилась. Они все вместе вышли в фойе.

Миссис Бейлис, более толстое и грубое издание Дафнэ, хотела поехать с друзьями к знакомым. Она нерешительно повернулась к Роберту.

– У меня мотор, – быстро сказал он. – Я отвезу Тони и Фэйна. Разрешите мне раньше завезти домой мисс Бейлис?

– Если вы будете так любезны. Мне неприятно беспокоить вас, – бормотала миссис Бейлис.

Роберт уверил ее, что ему это не составит никакого труда.

Мотор имел два кресла спереди на широком сиденье и два места внутри. Роберт быстро усадил Тони внутрь мотора и указал ей на заднее кресло.

Дафнэ вошла вслед за Тони и, к великому удивлению ее, села на одно из передних кресел.

Роберт сел рядом с Тони, а Фэйн около Дафнэ.

Мотор двинулся. Роберт сразу обвил Тони рукой. Впереди вторая пара весело беседовала.

– Ты меня еще любишь? – прошептал Роберт.

Тони беспокойно зашевелилась. Ей хотелось так много выразить – больше, чем она могла.

Она поставила свои маленькие ножки словно на скамеечку на одну из ног Роберта.

Через открытое окно дул легкий ветерок. Он развевал пряди ее мягких волос, и на момент они легли на лицо Роберта.

– Я бы хотел зарыть свое лицо в твои волосы… – Эти слова вызвали сладкое, удивительное чувство интимности. – Посмотри на меня.

Она послушно повернулась. Он снова смотрел на ее рот.

– Не надо, – прошептала она, – это заставляет меня желать того, чего я не могу сейчас получить.

– Разве не можешь? – прошептал он в ответ. И на момент она почувствовала его губы на своих. Губы его пылали.

– Твои губы – это ворота в рай, – сказал он тихо, – через них я проникаю в царство радости.

Мотор остановился, чтобы высадить Дафнэ, а после этого Фэйн повернулся к ним и все время болтал.