Соблазнительное предложение - Дженнифер Хеймор

Он положил руку ей на бедро. Столько времени заставлял себя не прикасаться к ней, а сейчас ему все было мало.

– Ложись-ка обратно в постель, – пробормотал он.

Эмма прикусила нижнюю губу.

– У меня такое чувство, что нужно что-то делать. То, что поможет нам отыскать Мортона.

– Мы ничего не можем сделать. Во всяком случае, не здесь и не сейчас.

Она наморщила лоб.

– Как, по-твоему, когда дождь прекратится?

Люк пожал плечами и потянул ее обратно в постель. Она не стала сопротивляться, удобно устроилась, и тут Люк сказал:

– Я полгода ждал возможности найти мать. Ты ждала целый год, чтобы найти Мортона. И как бы сильно мне ни хотелось его отыскать, я понимаю, что в общей грандиозной задумке несколько дождливых дней ничего не изменят.

Эмма вздохнула и повернулась к нему лицом.

– Ты прав.

Он провел по ее щеке пальцем, откинул назад упавший локон.

– Ты все еще жаждешь его убить?

– Мортона? – Она твердо сжала губы, а в глазах промелькнула тень. – Да. Наверное, сейчас даже больше, чем раньше.

– И ты имеешь в виду – буквально? – мягко спросил Люк. – Приставить пистолет к его виску и нажать на спусковой крючок? – Не давая ей ответить, он прижал палец к ее губам. – Убийство, Эмма. Ты действительно на него способна, или это говорит твой гнев?

Она выдохнула – палец обволокло теплом – и зажмурилась. Люк видел, что Эмма представляет себе, каково это – взять и убить человека? – потому что она содрогнулась.

– Он погубил мою семью.

– Да.

– Я хочу, чтобы он ответил за все, что наделал. Чтобы заплатил за это. – Она резко открыла глаза и посмотрела на Люка. Взгляд ее золотистых глаз в тусклом сером утреннем свете казался безжизненным. – Не знаю, смогу ли я убить его на самом деле.

Он погладил ее по животу.

– Я не хочу, чтобы ты рисковала собой. – И пояснил: – Он опасен. Он убийца и вор. Я не дам тебе безрассудно рисковать жизнью из-за этого человека.

– Я…

Люк крепче обнял ее за талию оберегающим жестом.

– Я не могу рисковать тобой, Эм.

И в эту минуту Люк точно знал, что если Мортон хоть как-то будет угрожать Эмме, он без колебаний убьет его.

Она вздохнула, и они долго лежали молча.

Когда рука Люка медленно поползла с ее талии вниз, Эмма пробормотала:

– Хочешь спать?

Вынырнув из дымки желания, возникшего, едва он к ней прикоснулся, Люк моргнул и расхохотался.

– Спать? Ты в самом деле думаешь, что у меня на уме сон?

Ее лицо расслабилось.

– Ну, я не знала точно…

– Не сомневайся, – заверил он, – если прошло несколько часов после того, как я в последний раз обладал тобой, то у меня на уме может быть только одно.

– Чепуха, – пробормотала она в ответ. – Просто для нас обоих это пока в новинку. Но всегда так не будет.

– Почему? – удивился он. Ему даже в голову не приходило, что когда-нибудь он может пресытиться этой женщиной.

– Так никогда не бывает.

– Да откуда ты можешь это знать?

Эмма скупо улыбнулась.

– Наверное, не могу. Но я думала, что так бывает всегда, особенно у мужчин вроде тебя.

– Вроде меня?

– Повес. Негодяев. Мошенников. – Слова, произносимые этим низким, хрипловатым голосом, словно поглаживали его по нервам. Вот чем-чем, а уж голосом ее он точно никогда не насытится.

– Значит, вот что ты обо мне думаешь? Что я повеса?

– Я это знаю. Знала с первой минуты, как ты посмотрел на меня поверх стакана с элем.

– Но с тех пор ты узнала меня лучше. Неужели твое мнение не изменилось?

– Мое мнение о тебе изменилось во многих отношениях, но только не в этом, нет. По сути, я думаю, что ты куда больший распутник, чем мне казалось поначалу.

– Если я не ошибаюсь, тебе это даже нравится.

Эмма негромко рассмеялась. Как всегда, его тело мгновенно на это откликнулось.

– Полагаю, да, мне это нравится, – ее глаза озорно сверкнули, – милорд.

– Почему? – спросил Люк.

Ее щеки едва заметно порозовели.

– Ты знаешь, почему.

– Возможно. Но хочу услышать от тебя.

Эмма облизала губы – жест был настолько эротичным, что у Люка перехватило дыхание.

– Ну что ж, – произнесла она нежным, хрипловатым голосом, некоторое время помолчала и продолжила: – Я всегда думала, что мошенники – это люди, которые берут от мира все, что хотят, не оглядываясь на тех, кого ранят.

– Это верно, – мягко согласился Люк. Уж кому, как не ему, это знать.

Эмма прижала палец к его губам.

– Но теперь я узнала, что распутники и мошенники бывают разные. Есть те, кто ведет себя именно так. Есть те, кто только притворяется, а в душе своей они настоящие джентльмены.

Люк недоверчиво вскинул брови.

– И ты думаешь, я один из таких?

– Вовсе нет. – Ее губы соблазнительно изогнулись. – Ты относишься к третьему типу.

– Да? И что это такое?

– Истинный мошенник и распутник. Мужчина, живущий по своим правилам и отказывающийся пасовать.

Она произнесла это с такой гордостью, словно восхищалась этим типом мужчины.

– Мужчина, следующий зову сердца и готовый пойти на риск. – Эмма погладила его по щеке.

Люк перехватил ее запястье и опустил руку вниз, не отпуская.

– И это я?

– Мм, да.

– Лежи на месте, – приказал он.

Выскользнул из кровати, нашел на спинке стула галстук, засунутый под бриджи, вытащил его и вернулся в постель.

Эмма смотрела на него. Сплошная невинная свежесть, да только слова опровергали этот обманчивый внешний вид:

– Что вы собираетесь делать с этим, милорд?

Люк ухмыльнулся.

– Хм-м. Мне кажется, ты стала чересчур дерзкой. А знаешь, что происходит, когда моя женщина становится чересчур дерзкой?

– Не-е-т… – протянула она, не отводя взгляда с галстука, свисающего из его руки.

Люк встал на кровать на колени, склонился к ее уху и прошептал:

– Я показываю ей, где ее место.

– Мое место? А где мое место, милорд?

– Подо мной, – прохрипел он, схватил ее за запястья и обернул их галстуком, но пока не связал. – Вам нравится, когда вас связывают, миссис Кертис? – спросил он, повторив вопрос, который задал ей в тот первый вечер в Бристоле.