Глаза цвета моря - Мирна Маккензи

- По-твоему, я могу жалеть, что у нас есть дети? переспросил Джексон, поцеловав Хлою в щеку. Он передал воркующую девочку одному из ее дядюшек, а затем обнял Дэниела и посадил его на колени ближайшей тетушке. Схватив жену за руку, он потащил ее к двери.

- Куда мы идем? - заговорщицким тоном спросила Хелена.

- В укромный уголок, - прошептал Джексон ей на ухо. - Может, там наконец я испробую какой-нибудь из твоих возбуждающих рецептов. Только какой? Не тот ли, где используются кедровые орешки? Ты никогда это не готовила, насколько я помню. Хелена рассмеялась.

- Так ведь и необходимости не было, Джексон. Он хмыкнул.

- Гм, вообще-то да.

- И все-таки, - заметила Хелена, - обычно мы не позволяем себе таких невежливых поступков. Мы же в гостях.

- Ты не хочешь уединиться со мной? - Джексон резко остановился и обнял ее.

- Умираю от желания, - простонала Хелена, когда он принялся покрывать поцелуями ее шею.

- Хорошо, - улыбнулся он. - А я умираю от желания выразить тебе свои чувства. Ты спросила, не возражаю ли я, что ты опять забеременела. Как человек действия, любимая, я должен показать тебе, как сильно я не возражаю. Я люблю тебя, золотце, и стройную, и с пузиком, - продолжил Джексон, погладив ладонью ее плоский живот.

Хелену бросило в дрожь. Обхватив его руками и встав на цыпочки, она поцеловала его в губы. Сначала нежно, а потом все крепче и крепче.

Он со стоном привлек ее к себе.

- Мы еще не добрались до укромного уголка, прошептала Хелена, когда они наконец оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание.

Многочисленные родственники смотрели на них во все глаза.

Джексон хмыкнул.

- Что ж, думаю, наша тайна наконец раскрыта. Мы любим друг друга, признался он.

Хелена погладила его по щеке. Джексон обнял ее, соединив руки на ее животе.

- Я люблю тебя все сильнее с каждым годом, Джексон, - сказала она. Спасибо, что любишь нас. Нас всех. - Она с улыбкой обвела взглядом комнату, где собралась почти вся ее огромная семья.

- Иначе и нельзя. Когда-то я считал, что навсегда останусь одиноким, а теперь привык к семейным узам.

Этой же ночью, целуя Хелену в их супружеской постели, Джексон продолжил свое признание:

- Ты, золотце, самое дорогое, что у меня есть. Семья - это замечательно.

- Просто рай, - согласилась Хелена, обняв его.

- Так давай же отправимся в рай, любимая, предложил Джексон.

Второй раз повторять не пришлось.