Злодей, герой и красавица - Юджиния Райли

Через полчаса Джаред поднялся в комнату вместе с матерью Мартой. Монахиня сияла.

— Жасмин, — начала настоятельница, — у мистера Хэмптона есть великолепная идея. Он хочет устроить для приюта благотворительный день.

— Мы пришли спросить, что ты и сестра Филомена думаете об этом, — улыбнулся Джаред. — Полагаю, мы могли бы устроить этот день примерно через месяц на старом испанском плацу. Погода в это время обычно стоит чудесная. Я приглашу семейный цирк Финнеган, очень популярный здесь года два назад.

— А нанять цирк — это очень дорого? — спросила Жасмин.

Джаред пожал плечами:

— Цирковое представление я оплачу, это будет моим вкладом. А вам, леди, придется собрать церковных активисток, приготовить еду, разбить торговые палатки, продавать билеты…

— Продавать билеты? — удивилась Жасмин.

— Да. Мы с матушкой Мартой считаем, что нужно брать по двадцать пять долларов за цирковое представление и обед. Конечно, это довольно высокая цена, но все деньги пойдут на нужды приюта. Кроме того, продажа товаров в торговых палатках принесет дополнительный доход.

— Неплохая мысль! — воскликнула Жасмин.

— В самом деле! — поддержала ее сестра Филомена.

— Уверен, жителям Натчеза это понравится. Мы попросим семьи, которые придут на представление, взять в этот день шефство над одной из сирот. — Джаред взглянул на настоятельницу. — Я уже говорил матери Марте, что девочкам очень нужна полноценная семья. А это отличный способ познакомить детей с горожанами.

— Ах, Джаред, это замечательно! — обрадовалась Жасмин. — Но вдруг семей не хватит на всех девочек? Ведь несправедливо оставить кого-то без внимания.

— В приюте шестьдесят пять девочек, — заметил Джаред. — Неужели не найдется шестидесяти пяти семей, готовых поддержать одного ребенка? Кроме того, это цирковое представление привлечет общество Натчеза, и никто не захочет пропустить его. А если уж нам удастся пристроить не всех детей, оставшихся я возьму на себя.

Услышав это, монахини начали растроганно благодарить Джареда. Жасмин же, опустив глаза и едва сдерживая слезы, пыталась сосредоточиться на шитье. Джаред так опекает детей из приюта, хотя он даже не католик — пока! Девушка почувствовала себя худшей из предательниц. Как же она могла усомниться в нем? И в этот момент Жасмин решила при первой возможности рассказать Джареду о наветах Мелиссы.

— Жасмин?

— Да? — Девушка обвела глазами Джареда и монахинь.

— Как по-твоему, наш праздник удастся?

— Думаю, он приведет всех в восторг! — Сделав дрожащими руками стежок, девушка уколола палец. — Ой! Джаред и монахини рассмеялись.

— Вот что, леди, я не допущу, чтобы вы шили эти бесконечные швы вручную, — заявил Джаред. — Я куплю для вас швейную машину. Такая уже есть у моей тети. Что ты думаешь об этом, Жасмин?

Девушка с восхищением посмотрела на Джареда.

— Думаю, ты слишком добр.

— Вовсе нет, дорогая. — Джаред нахмурился, заметив слезы в светло-зеленых глазах девушки, и осторожно потер ее уколотый палец. — Ну полно, милая. Это сущий пустяк. И не стоит из-за этого плакать.

— Конечно, — прошептала Жасмин, глядя на него влюбленными глазами. — Я вовсе и не плакала.

Ближе к вечеру Джаред отвез девушку в дом тетушки Чарити и сказал, что спешит на собрание и ужин в масонскую ложу.

Жасмин огорчилась, что так и не успеет сегодня откровенно поговорить с ним обо всем.

Теперь она не верила, что такой прекрасный человек, как Джаред, способен на то, о чем рассказывала ее соперница. Помимо всего прочего, Жасмин больше не хотела ничего скрывать от любимого и надеялась, что, сделав шаг к сближению с Джаредом, узнает и о его прошлом. Еще не дав ему слова, девушка вдруг поняла, что пропала. В ней вспыхнула страстная любовь к Джареду. Что ж, значит, пора устранить все препятствия и вместе строить планы на будущее.

Рассудок подсказывал девушке, что следует отложить разговор с Джаредом на следующий день, но она не смогла бы уснуть, не увидев его!

В девять вечера Жасмин накинула шаль и осторожно спустилась вниз. Светильники на первом этаже не горели, и слуг тоже не было видно. Девушка быстро направилась к двери и, выскользнув на улицу, с облегчением вздохнула.

В этот холодный и ясный вечер в темном, усыпанном звездами небе ярко сиял месяц. Ступив на подъездную аллею и услышав уханье совы над головой, Жасмин вдруг испугалась и пожалела о своем опрометчивом поступке. Ей казалось, будто за деревьями таится неведомая опасность и отовсюду за беглянкой следят внимательные глаза. Да, напрасно она решилась выйти из дому одна в такую темную ночь. Хотя в Натчезе стало несколько спокойнее по сравнению с прежними временами, но до сих пор, особенно в порту, ошивалось много сомнительных личностей.

Быстро идя по Вудвиллской дороге, Жасмин старалась подавить страх. Раз уж она решила добраться до ХэмптонХолла, значит, надо смириться с неизбежным.

Увидев, что в доме Джареда горит яркий свет, девушка испытала глубокое облегчение. Она постучала в парадную дверь, и Мари Бернар, открыв ей, удивилась столь неожиданному и позднему визиту.

— Ну и ну! Входите, мисс Жасмин! Какой приятный сюрприз!

— Здравствуйте, Мари. Извините, что я пришла в такое время. Мистер Джаред дома?

— Да-да, конечно, только что приехал. Раздевайтесь, пожалуйста.

— Спасибо, Мари. — Жасмин отдала ей капор и шаль. — Он в кабинете?

— Да, мисс. Доложить о вас?

— Не беспокойтесь, Мари. — Девушка направилась к кабинету и, постучав, вошла в небольшую уютную комнату.

Джаред сидел за столом, углубившись в бухгалтерскую книгу. Он сосредоточенно хмурился, отчего его мужественное лицо казалось еще более привлекательным.

— Дорогая! Какая приятная неожиданность! — воскликнул он, увидев Жасмин.

— Добрый вечер, Джаред.

Он поднялся, подошел к Жасмин и поцеловал ее.

— Твой визит — большая честь для меня. Скажи, что привело тебя сюда в столь поздний час? И как же ты добралась? Неужели тебя привез Эфраим? Вот что значит настоящая преданность!

— По правде сказать, я дошла пешком.

— Пешком? Неужели всю дорогу от «Приюта магнолий» ты шла одна по темным улицам?

— Но ведь со мной ничего не случилось!

— Разве ты не знаешь, что ходить вечером по улицам Натчеза опасно? Кстати, как раз сегодня Том Литере заметил, что недавно усилили дозор, состоящий из добровольцев, в связи с серией ограблений рядом с утесом.

Жасмин понимала, что совершила безрассудный поступок. К тому же она никак не могла избавиться от ощущения, что кто-то следил за ней. Однако теперь уже все миновало.

— Джаред, я цела и невредима, но впредь обещаю тебе быть осмотрительнее.