Десять мужчин - Александра Грэй

— Вы видели «Уолл-стрит джорнал»? — выпалила я в восторге, присоединившись к Еве в вестибюле отеля перед походом в оперу.

— Мы никогда не обсуждаем прессу. — Она поправила золотую брошь на черном обтягивающем платье.

Ева поставила меня на место, что было унизительно само по себе, а со стороны такой элегантной женщины — тем более. Вот когда я от души пожалела, что мне нечего надеть, кроме единственного костюма, прошедшего со мной все интервью.

Первым из лифта появился Юри, следом за ним — Миллиардер под руку с девушкой, в равной мере блондинистой и истощенной. Платье на ней было до полу, из натурального шелка, местами просвечивающее насквозь, а туфельки — на высоченных шпильках. Спутница что-то нашептывала Миллиардеру на ухо, обернув бледную тонкую руку вокруг его руки, но странное дело — создавалось впечатление, что эти двое незнакомы.

Миллиардер вручил каждому из своей свиты по билету на представление, а в зале оперного театра устроился между мной и эффектной блондинкой.

— Что скажешь? — обратился он ко мне три часа спустя, как только густо-красный занавес скрыл от нас умирающую героиню. — Кто ты — Мими или Мюзетта?

— Надеюсь, для меня найдется третий вариант.

А вот его спутница, решила я, — совершенно очевидная Мюзетта, даже если чахлостью фигуры и бледными, но интересными чертами она и напоминала Мими.

Мы пробыли в Вене три дня, и перед отлетом Ева настояла, чтобы я непременно отведала sachertorte — фирменный торт нашего отеля.

— Шеф на совещании, так что у нас есть время выпить кофе и расслабиться. Встретимся на террасе в десять, — сказала она.

Ева собралась «расслабиться»? Эта мысль заинтриговала меня больше, чем шанс попробовать знаменитый торт, и я поспешила на террасу занимать столик. В ожидании Евы написала несколько слов маме.

Дорогая мамочка!

Какие сюрпризы нам преподносит жизнь! Мы живем в роскошном старинном отеле (посмотри на открытку). Мой, я надеюсь, будущий шеф очень скрытен, у него необычное чувство юмора и глаза, от которых никуда не скроешься. По-моему, он наполовину швед, наполовину американец. Атмосфера вокруг него довольно странная, уж очень он богат и влиятелен, а сам он человек скромный и по большей части держится в тени. Не знаю, откуда у него деньги, но недостатка в них точно нет. Я прочитала в журнале, что на прошлой неделе он купил нефтеочистительный завод в Америке.

Два дня назад мы были в опере на «Богеме». Незабываемое впечатление. Публика в элегантных нарядах, но совсем не модных. Мне казалось, я попала в Англию пятидесятых годов.

В отеле пекут фирменный шоколадный торт по рецепту, которому уже двести лет. Я пришлю тебе кусочек (он не портится, можно отправлять хоть на другой край света), а его цену включу в счет за гостиничный номер. Торт стоит целое состояние, но все же меньше, чем меховое манто, которое тем же способом купила прежняя секретарша. Из-за этого манто и неважной стенографии она лишилась места. Не думаю, что у меня возникнут проблемы из-за кусочка торта. Если я буду и дальше каждый вечер тренироваться в стенографии, то, по-моему, получу эту работу.

Скоро еще напишу или позвоню.

Целую.

Пришла Ева, и, последовав ее примеру, я заказала порцию sachertorte с кремом и черным кофе. Я-то думала, мы будем «расслабляться», наслаждаясь тортом и видом Вены с террасы, но под воздействием кофеина и никотина Ева строчила информацией со скоростью пулемета. Пока она вдалбливала в меня нюансы секретарского мастерства, мой взгляд уплыл за пределы террасы, в мир с бледным зимним солнцем, тенями на широкой мостовой и венскими неторопливыми, несмотря на холод, женщинами. Ничего этого Ева не видела. Ее мир был подчинен Миллиардеру и ограничен страницами блокнота. Сигареты, похоже, были ее единственной усладой. Выщелкнув очередную из пачки, Ева зажала сигарету зубами и полезла в сумочку. Ну наконец, подумала я, можно минутку передохнуть.

— Вот. Купила специально для вас.

И она метнула через столик блокнот на спирали, двойник ее собственного. Меня передернуло от напоминания, ради чего я, собственно, оказалась здесь.

Неожиданно Ева выплюнула сигарету и растерла подошвой туфли. Я оглянулась и увидела приближающуюся к нашему столику Мюзетту. «Не курить» входило в свод правил Миллиардера.

— И кто тут Ева? — протянула Мюзетта.

— Я. Присоединитесь к нам? Кусочек sachertorte?

Чтобы что-нибудь столь жирное и сладкое оказалось на тонких губах этого создания? Уму непостижимо. Пропустив приглашение мимо ушей, блондинка вручила Еве сложенный листок фирменной бумаги отеля.

— Мой адрес. Пришлите мне анкету для поступления во флоридскую школу стюардесс.

— Когда собираетесь поступать? — поинтересовалась Ева.

— Чем скорее, тем лучше. И снимите симпатичную квартирку поблизости.

— С видом на океан и бассейном? — уточнила Ева.

Я заподозрила издевку, но вопрос, к моему величайшему изумлению, был задан всерьез. Мюзетте пожаловали крупный презент, а подарочная упаковка входила в обязанности Евы.

— С видом на океан. Без бассейна. — Мюзетта задумалась. — М-м-м. Pourquoi pas?[12]Да. С видом на океан и с бассейном.

Она отлично говорила по-английски, но «спасибо» не произнесла. Еву это, похоже, нисколько не тронуло, что натолкнуло меня на тревожную мысль: неужели привычка к беспардонным требованиям — отличительная черта хорошей секретарши?

Изложив Еве свои запросы, Мюзетта скривила губы в подобии улыбки и продефилировала в другой конец террасы. Облаченная в меха и сапоги выше колен, она бестрепетно устроилась на свежем воздухе и заказала — я глазам не верила! — порцию sachertorte с кремом. Это был ее день. Девушка ни в чем себе не отказывала.

— Кто она такая? — спросила я у Евы.

— Одна из его девушек. В записной книжке для них отведен раздел под названием — ни за что не угадаете — «Девушки». Раньше я их записывала просто на странице буквы «Д», но места не хватило.

— А сколько их?

— В последний раз насчитала сорок.

— Сорок воровок.

— Вроде того, — согласилась Ева.

— А я думала, он женат.

— С чего вы взяли? — Ева отвела глаза. И как я сразу не догадалась, что она в него влюблена? — Ну ладно… — Ева перевернула страницу в своем блокноте. — На чем мы остановились? Ах да: нью-йоркский офис.

После обеда мы улетели в Нью-Йорк с посадкой на дозаправку в ирландском аэропорту Шеннон. Мюзетта упорхнула в Париж — естественно, первым классом. Без нее все вздохнули свободнее, включая и Миллиардера, который вместе со мной и Евой провел в беспошлинной зоне тот час, что потребовался на заправку.