Мои маленькие тайны - Виктория Александер

— Конечно, он принадлежит ей. Но это мой дом. Я в нем живу. А она в него вторглась. Имеет полное право, — добавила Селеста. — Эвелин — моя лучшая подруга, и мне очень приятно, что она обратилась ко мне, но…

— Но что? — заинтересовался Макс.

— Но ее постоянное присутствие рядом будет крайне неудобным.

— Неудобным? — не понял Макс. — А, ты имеешь в виду, для тебя и меня?

Селеста окинула его сердитым взглядом.

— Речь не только о тебе, Макс.

— Сомневаюсь, — ухмыльнулся тот.

— Моя жизнь не ограничивается тобой, и она в высшей степени усложнится, если Эвелин будет постоянно путаться под ногами. Я высоко ценю уединение. — Она на секунду задумалась и кивнула. — Да, будет очень трудно, практически невозможно ускользнуть из дома вечером, не солгав ей. А я все еще стараюсь избегать лжи.

— Проклятие, об этом я не подумал. — Макс насупился и через пару секунд спросил: — Но, опять-таки, в чем тут моя вина?

— Эвелин вчера мне все рассказала, — вздохнула Селеста. — Она сильно переживала из-за твоего нового поручения, и ее поведение невольно изменилось. Она никак не могла выбросить из головы мысли о новом задании, стала рассеянной и невнимательной, чему, в общем, вряд ли стоит удивляться. Честно говоря, я ничего не заметила, но ведь я знала, что происходит. Как бы то ни было, перемены в ее поведении и случайная встреча с лордом Рэдингтоном в библиотеке лорда Дануэлла натолкнули лорда У. на мысль, что у Эвелин есть любовник.

— Да что ты? — проговорил Макс тоном, который Селеста называла служебным. Холодный, спокойный, не выражающий никаких эмоций. — Странно.

— Не знаю откуда, но лорд У. узнал, что у лорда Рэдингтона свидание с женщиной в номере отеля «Лэнгам».

— Хорошее место, чтобы выпить чаю, — пробормотал Макс.

— Очевидно, не только для этого, — усмехнулась Селеста. — Короче говоря, когда лорд У. ворвался в номер, дама, которую он застал с лордом Рэдингтоном, оказалась вовсе не его женой, а… — Для большего эффекта она сделала паузу. — Это была леди Дануэлл.

Макс расхохотался.

— Хотел бы я посмотреть на это.

Селеста спрятала улыбку.

— Не сомневаюсь, сцена была забавной, только не для ее участников. — Она опять стала серьезной. — В общем, лорд У. повел себя так глупо, что даже не верится. Эвелин, естественно, расстроилась. Более того, она пришла в ярость. Как он смел подумать, что она способна на измену! В общем, у них произошла ужасная ссора. Первая, я думаю, после свадьбы.

— И теперь она живет с тобой.

— Она планирует отремонтировать и перестроить мой дом.

— Ее дом, — усмехнулся Макс.

— Да, да, она владеет домом и платит слугам. Она не хочет его продавать и предпочитает, чтобы в нем жил кто-то, кому она доверяет, а не чужие люди. — Селеста встала и забегала по комнате. — А мне нравится дом, какой он есть. — Она никогда не обращала внимания на его квартиру так же, как и на стул. Обычно здесь ее голову занимали совсем другие мысли. Только теперь, оглядевшись по сторонам, она сумела оценить это типично холостяцкое жилище. Его единственной положительной чертой были большие размеры. — Она весь вечер давала мне указания относительно маляров, штукатуров и прочих строительных и ремонтных рабочих, о которых смогла вспомнить. Я должна позаботиться, чтобы с самого утра нам доставили краску, обои… и что-то еще. — Селеста всплеснула руками. — Она возбужденно говорила, как хорошо нам будет вместе. Мы будем играть в карты и прочие игры, ходить в театр, читать вслух. — Она замолчала, чтобы перевести дух. — Я никогда ее такой не видела. Макс! Я не хочу читать вслух!

— Что, по-твоему, я должен сделать?

— Не знаю, но ты же глава департамента. Ты все знаешь, все видишь и все можешь. — Она помолчала и добавила: — Пли постарался меня в этом убедить.

— Я попробую, — сдержанно сказал Макс.

— В конце концов, ты же все это начал! Не надо было возвращать ее в департамент.

— У меня были причины.

— Возможно. — Она скрестила руки на груди. — Но ведь Эвелин уже несколько дней не имеет от тебя вестей.

Макс безразлично пожал плечами:

— Не было необходимости. Для нее сейчас нет никаких дел.

Селесте пришла в голову другая мысль, и она торопливо заговорила:

— Тогда ты должен поговорить с ним.

— С кем?

— С лордом У., конечно, с кем же еще.

— Я знаком с лордом Уоттерстоуном. — Макс говорил очень медленно, осторожно подбирая каждое слово. — Но вряд ли у меня есть право давать советы, как управлять своей женой, джентльмену, с которым я только здороваюсь.

— Управлять? — возмутилась Селеста. — Ты наверняка хотел употребить какое-то другое слово.

— Конечно! — с энтузиазмом заявил Макс. — Даже не сомневайся. Я оговорился.

— Я и не сомневаюсь, — протянула Селеста, подозрительно взирая на любовника. — Пойми, я вовсе не предлагаю советовать ему, как управлять ею. Осмелюсь сказать, что Эвелин невозможно управлять, и кому, как не тебе, это знать.

— Эвелин — практичная дама. Уверен, она скоро образумится.

— Максвелл! Она ничего не сделала…

— Или он скоро образумится, — поспешно добавил Макс. — Будет много разговоров, извинений, угодничества и всего такого.

— Ее работа на департамент должна закончиться, и как можно скорее. Тогда она снова станет вести себя как обычно. У ее супруга не будет никаких оснований для подозрений. И мое уединение будет восстановлено.

— Думаю, все скоро закончится.

— Да? Ты уже близок к нахождению папки?

— Она уже почти у меня в руках. Однако я больше не буду руководить действиями Эвелин. Я передаю это Сэру.

Селеста удивленно воззрилась на него.

— Эвелин сказала, что он покинул департамент.

— Он вернулся.

— Проклятие, — пробормотала Селеста.

— Вообще-то я ожидал другой реакции, — удивился Макс.

— Этот человек всегда интриговал Эвелин. Если бы она не решила, что с нее хватит этой жизни…

— Что бы было?

— Ничего. — Селеста покачала головой. — Это всего лишь впечатление. — Она криво усмехнулась. — Есть что-то интригующее и романтичное в человеке, которого знаешь только по письмам. Он может оказаться кем угодно. Достаточно только дать волю воображению и представить…

— Он и тебе иногда отдавал распоряжения. Ты тоже воображала его?

Селеста засмеялась.

— Вот, значит, как! — воскликнул Макс.

— Я всего лишь слабая женщина, Макс. — Селеста пересела на край кровати. — С богатым воображением.