Сердце океана - Нора Робертс

— Заставляя других подстраиваться под себя, только излишне осложняешь ситуацию. Не стоит ущемлять чужое самолюбие.

— Но и у тебя есть самолюбие.

Тревор отъехал от тротуара.

— Разумеется, я о нем не забываю. В Хитроу нас встретит автомобиль с водителем. Он отвезет тебя домой и будет в твоем распоряжении весь день, если захочешь посмотреть город или пройтись по магазинам.

— Неужели? Ты так внимателен.

— Завтра у меня будет больше свободного времени, но сегодня освобожусь лишь к шести вечера. Ужин заказан на восемь. Подходит?

— Идеально.

— Хорошо. Мой помощник отметил несколько достопримечательностей. Папка у меня в портфеле.

Пока будем лететь, можешь взглянуть и выбрать, что тебе хочется посмотреть в первую очередь.

— С удовольствием, но не волнуйся, я прекрасно сумею себя развлечь.

Тревор покосился на спутницу. Элегантный темно-синий жакет и серые брюки, светлая блузка. Наряд, подобранный со вкусом и женственный.

— Даже не сомневаюсь.

Конечно, он не надеялся, что она станет скучать по нему и бесцельно бродить по дому в нетерпеливом ожидании, но почему-то разозлился. Больше похоже на деловое соглашение, чем на… на что, черт побери? На любовное свидание? А чего он ждал? Романтики? Они оба не мечтатели, в облаках не витают. Они прекрасно знают, него хотят. Честность и откровенность куда лучше. И практичность.

Однако досада никуда не делась.

В аэропорту Уотерфорда Дарси быстро поняла, чем люди богатые и влиятельные отличаются от простых смертных. Багаж мгновенно куда-то исчез, а ее и Тревора провели через все кордоны под вежливые: «Прошу вас, мистер Маги» и «Счастливого полета, мистер Маги».

Вспомнив все шероховатости своего недавнего путешествия в Париж, Дарси утвердилась в решимости путешествовать только первым классом или никак. Однако все ее представления о самом лучшем рассыпались в пыль, когда Тревор подвел ее к маленькому, сверкающему на солнце самолету.

— Твой?

— Компании. — Тревор взял ее за руку и помог подняться по трапу. — Я много путешествую, так что удобнее иметь личное средство передвижения.

Дарси вошла в салон и изумленно огляделась.

— Кто бы сомневался!

Кресла намного шире, чем даже в салонах первого класса, — обтянуты натуральной темно-синей кожей. Между иллюминаторами на кремовой обшивке стен красуются хрустальные вазочки в серебряных держателях, и в каждой вазочке свежие желтые розы, на полу мягкий ковер.

Ухоженная стюардесса вежливо улыбнулась, приветствовала гостью по имени и спросила, не подать ли перед взлетом шампанское.

Шампанское? Сюрпризы продолжаются.

— С удовольствием. Благодарю вас.

— Моника, мне кофе… Дарси, хочешь посмотреть самолет?

— Да, конечно. — Надеясь, что не пялится уж слишком откровенно, Дарси отложила в сторону сумочку.

— Здесь бортовая кухня.

Дарси заглянула и увидела, что расторопная Моника уже заваривает кофе и открывает бутылку шампанского. В крохотный кухонный отсек было ловко втиснуто все необходимое оборудование, выполненное из сияющей нержавейки.

— Кабина пилота. — Тревор показал на открытую дверь. Мужчина, сидевший за сложной приборной панелью, развернулся на вращающемся кресле:

— Можем взлетать, как только дадите команду, мистер Маги. С добрым утром, мисс Галлахер. Вас ждет короткий, но приятный полет. Не успеете оглянуться, как будем в Хитроу.

— Благодарю вас. Вы один управляете самолетом? У вас нет второго пилота?

— Этот самолет рассчитан на одного пилота, но мне в любом случае не нужен второй пилот, когда на борту мистер Маги.

— Неужели? Тревор, так ты водишь самолеты?

— Иногда. Доналд, через десять минут можешь связаться с диспетчером.

— Есть, сэр.

— У нас много деловых интересов в Европе, — объяснил Тревор, ведя Дарси через главный салон. — Этот самолет мы используем в основном для коротких местных перелетов.

— А для более длинных?

— Есть самолеты побольше. — За дверью в конце салона оказался маленький кабинет с консолью для ноутбука, антикварным письменным столиком, большим телевизионным экраном на стене и кроватью. Через приоткрытую боковую дверь виднелась ванная комнатка. И здесь все сияло чистотой.

— Все условия для отдыха и работы, — заметила Дарси.

— Успешная работа невозможна без хорошего отдыха. «Кельтская музыка» относительно молодой проект — всего шесть лет, — но развивается и приносит приличные прибыли.

— Значит, лондонские дела связаны с «Кельтской музыкой»?

— По большей части. Если тебе что-то будет нужно, просто спроси.

Дарси повернулась к нему:

— Не представляю, что еще мне может быть нужно.

Тревор поднял руку, поиграл ее волосами.

— Хорошо. Тогда начнем.

— Разве мы еще не начали? — прошептала Дарси, возвращаясь в главный салон. Она опустилась в кресло, взяла бокал и приготовилась отлично провести время.

Дарси могла бы часами наслаждаться роскошным перелетом, но пилот сдержал слово: время пролетело незаметно. Она непринужденно болтала, пока не заметила, что Тревор думает о чем-то своем. Наверное, о предстоящих совещаниях, решила она и, умолкнув, занялась списком составленных для нее достопримечательностей.

О боже, да! Она хотела это увидеть. Гайд-парк и «Хэрродс», Букингемский дворец и Чел си. Она хотела с шиком прокатиться по забитым машинами улицам и погулять в великолепной тени знаменитых парков.

В Хитроу, как и в родном аэропорту, не возникло никаких сложностей. Путь, вымощенный деньгами, думала Дарси, беспрепятственно проходя через таможню. Но даже личный самолет не подготовил ее к тому, что машина с водителем окажется лимузином с шофером в форме. Слова застряли в горле, и, безжалостно проглотив их, Дарси постаралась улыбнуться Тревору как можно беспечнее.

— Значит, мы высадим тебя по дороге?

— Нет, нам в разные стороны. До вечера.

— Желаю удачи. — Дарси хотела опереться на протянутую шофером руку, чтобы скользнуть в лимузин, как она мысленно практиковалась, то есть плавно и грациозно, будто всю жизнь ничем другим и не занималась, но не успела.

Тревор окликнул ее. Она оглянулась, увидела порхающую на его губах улыбку и вцепилась в его плечи, потому что он подхватил ее — она бы не удержалась на цыпочках, — и накрыл ее губы своими. Превращение хладнокровного бизнесмена в страстного любовника оказалось стремительным и безумно эротичным.

И опять она не успела. Не успела осознать, что произошло, не успела насладиться поцелуем. Тревор быстро отпустил ее и, опалив взглядом, кивнул, как ей показалось, удовлетворенно.