В плену иллюзий - Хелен Бьянчин

На работе тоже было много дел, и, приезжая домой, Кристина чувствовала себя полумертвой.

Норман обнимал ее, вел в душ, потом укладывал в постель и делал расслабляющий массаж. И она, засыпала вполне счастливой. А на следующий день все начиналось сначала.

— Вечером перед днем свадьбы ты должна остаться у нас, — заявила Кристине Корнелия, когда однажды они ужинали втроем во французском ресторанчике. Грегори уже улетел в Вашингтон, но обещал непременно вернуться ко дню венчания.

— Об этом не может идти и речи! — нахмурившись, ответил Корнелии Норман. Ему было страшно представить, что он опять останется ночью без своей любимой. — Вы проболтаете с Кристи всю ночь, на кого она будет похожа, когда пойдет к алтарю?

Кристина задумалась. В его словах была значительная доля правды. Корнелия могла заболтать кого угодно.

— Но жених не должен видеть невесту в день свадьбы до момента венчания. Или вы собираетесь приехать к церкви из одной и той же квартиры в одной машине? Это исключено! — стояла на своем Корнелия.

Кристина улыбнулась.

— А знаешь, Норман, Корнелия права. Наверное, мне действительно лучше переночевать у нее.

— Обещаю, что в десять часов вечера я уложу твою невесту спать, и наутро она будет выглядеть отдохнувшей и свежей! — пообещала Корнелия.

— Ладно, уговорили, — нехотя протянул Норман. — Хотя мне это ужасно не нравится!

Утром в долгожданную субботу прошел небольшой дождь. Часам к одиннадцати погода заметно улучшилась. Небо прояснилось, и радостно засветило солнце.

— Чудесный день для свадьбы! — воскликнула Корнелия, крутясь возле невесты.

Кристина кивнула. Хотя для нее этот день в любом случае был бы самым лучшим в жизни, даже если бы гремел гром и сверкали молнии.

— Волнуешься? — спросила Корнелия, заметив, как напряжено, лицо подруги, и принялась укреплять на ее голове изящный венок из белых шелковых розочек.

Волновалась ли Кристина? Пожалуй, да. Самую малость. Она хотела, насколько это было возможно, поразить своим видом Нормана, восхитить его. К тому же сегодня сбывалась ее самая заветная мечта. Раньше ей казалось, что это возможно лишь в сказке.

И в то же время она чувствовала себя на удивление спокойно. В душе не таилось ни тени сомнения, ни малейшей тревоги.

Когда с прической было покончено, Корнелия отступила от Кристины на несколько шагов, скомандовала ей встать и удовлетворенно кивнула.

— Вы восхитительны, мисс! — провозгласила она.

Кристина взглянула на свое отражение в зеркале, и осталась вполне довольна тем, что там увидела.

— Спасибо за комплимент, Корнелия.

Выбирая фасон платья, она решила не выдумывать ничего сложного. В простоте и была его прелесть. А еще в изысканности ткани и в том, как идеально это платье сидело на изящной фигуре Кристины. К счастью, по ней еще было не заметно, что она беременна.

Низ платья был пышным и воздушным. Плечи — открытыми. В жемчужном колье и таких же серьгах-гвоздиках Кристина выглядела очень нежно и свежо.

— Итак, подружка, нам пора! — объявила Корнелия, чмокнула Кристину в щеку, и они вместе вышли на улицу.

А когда подъехали во взятом напрокат роскошном кабриолете к небольшой каменной церкви, гости уже были в сборе.

У входа в храм стоял Эдвард. Он заметно волновался, а увидев Кристину, расчувствовался.

— Ты невероятно красива, дорогая! Я так счастлив! Как жаль, что мама Нормана не дожила до этого светлого дня, — пробормотал он, сжимая обе руки Кристины в своих ладонях.

У нее в глазах заблестели слезы.

— Плакать будешь потом! Сейчас улыбайся! И думай только о хорошем, — добродушно проворчала Корнелия.

Эдвард улыбнулся и скрылся в проеме двери.

Подъехавшая к церкви машина резко затормозила у самого входа. Из нее вышли родители Кристины.

— Чуть не опоздали! — воскликнула ее мать и нервно рассмеялась.

Между Кристиной и ее родителями никогда не существовало особенно доверительных отношений, но сейчас это не имело никакого значения. К тому же сегодня сбывались все мечты.

Может, и давнее желание обрести взаимопонимание с родителями осуществится в этот сказочный день? — промелькнуло в голове у Кристины.

Ее мать в нарядном костюме кремового цвета с трепетом сжала ей руку.

— Ты у меня просто красавица! — пробормотала она дрожащим от волнения голосом и прошла в церковь.

А отец, бледный от переживаний, внимательно и выразительно взглянул ей в глаза, подмигнул, взял под руку, и они проследовали за матерью.

Как только Кристина переступила порог храма и увидела Нормана, сразу забыла обо всех и вся.

Он стоял спиной к алтарю до невозможности красивый, очень родной, самый любимый и желанный. В черном костюме и белой рубашке, идеально сидевших на его мощной фигуре, он выглядел божественно.

Их взгляды встретились. Оба увидели столько любви, столько искренности и духовной чистоты в глазах друг друга, что боялись моргнуть.

Церемония прошла незабываемо. На ней присутствовали только самые дорогие люди.

Потом состоялся торжественный ужин в ресторане.

А в десять часов Кристина и Норман заехали домой, переоделись в обычную одежду, собрали необходимые вещи и направились в «Фиесту». В понедельник им обоим следовало выйти на работу. Поэтому после свадьбы они ограничились лишь непродолжительным уединением в роскошном номере отеля на берегу залива среди вечной праздности, отдыха и покоя.

Норман включил свет и закрыл дверь изнутри, а Кристина пересекла гостиную и вышла на балкон.

В воздухе пахло вечерней свежестью, соленым бризом и ароматом цветов и листвы. Со стороны пляжа раздавался чей-то звонкий заразительный смех. С танцплощадки доносились едва различимые звуки музыки.

— Что-то рассматриваешь? — послышался у нее из-за спины голос Нормана.

— Просто любуюсь красотой вечера. Только взгляни! У меня такое ощущение, что на подобные картины никогда не насмотришься.

Он приблизился к ней сзади, обхватил руками под грудью, прижал к себе и поцеловал в затылок.

— Я уже говорил тебе, что очень сильно тебя люблю?

Кристина тихо засмеялась.

— За последние несколько часов — нет!

— Тогда скажу сейчас: я по тебе схожу с ума, моя прекрасная женушка. Самая красивая из всех женщин мира!

— Ты не боишься, что захвалишь меня, и я задеру нос? — спросила она шутливым тоном.

— Задирай! У тебя самый очаровательный носик на свете! — Норман крепче обнял ее и, почувствовав прилив страстного желания, зашептал: — Я хочу тебя! Хочу целовать и ласкать твое изумительное тело. И никогда не выпускать свою любимую женщину из рук…