Лихорадка в ритме диска - Наталия Яровая

Возле дома я зашла в супермаркет и прикупила стратегический запас продуктов, который разместился в трех пакетах, и я кое-как доволокла их домой.

Открыв дверь, Катька порадовалась:

— Заплатили!

Причем голос ее явно ослабел от голода. Мы быстренько сварганили обед, и, расслабившись, я сделала глупость и сообщила о предложении редактора.

— Ура! — Голос Катьки заметно окреп. — Мы можем поехать на недельку к морю! Иришка (Катькина тетка, директор турбазы на побережье) давно нас зовет! А то лето уже кончается! Да и разве это лето было в этом году? Сплошные дожди. Вот к концу только и распогодилось. Бархатный сезон, а мы, блин, дома торчим!

Я пыталась вяло сопротивляться:

— У меня теперь работы — вагон! Сроку на перевод дали всего две недели!

— Ерунда, — отмахнулась Катька. — Поедем тогда на две недели. Жилье будет бесплатное. Проедим там мы столько же, сколько и здесь. А для работы — самая обстановка: покой, шорох прибоя. Хозяйство вести буду я. Все творческие люди стремятся к такому! Возьмешь с собой словари и ноутбук, чего еще надо?

Шикарный ноутбук — одна из немногих ценностей, которые Катьке удалось выхватить из угасающих угольков семейного очага. Я нарисовала себе картину: морская волна, шипя, остужается о прибрежный песок, я в шезлонге и с лэптопом на коленях, ласковое солнце, покрывающее мои плечи золотистым загаром… и согласилась без лишних уговоров. Мы плотно пообедали и стали собираться в путь.

Катька позвонила своей тетке и получила заверения, что все будет в лучшем виде и нас ждут с нетерпением.

После этого она напихала в большую спортивную сумку наши купальники, все, какие нашлись, чистые шорты и футболки и доложила о готовности номер один. Я, как человек практичный, подалась проверить уровень масла в машине (этим мои знания об автомобиле в принципе и ограничивались), а Катьке посоветовала добавить в багаж свитера и дождевики. Та поморщилась (мы же загорать едем!), но просьбу выполнила и через пятнадцать минут выгреблась во двор с двумя сумками: в одной — тряпки, в другой — портативная газовая плитка, кастрюля, сковородка и чайник.

— Посуду разовую купим, — твердо заявила она. — Меньше мыть.

Ну да, я же забыла, что хозяйство теперь на ее плечах. Мы загрузили наше добро в багажник, где сиротливо болтался наш единственный шезлонг (тоже осколок Катькиной семейной жизни), и двинулись в путь.

— Заверни на китайский рынок, — скомандовала Катька. — Надо баллончики газовые для плитки купить и средство от комаров. И разовую посуду.

Я послушно завернула, мы сделали необходимый закуп продуктов и хозяйственных мелочей. На самом выходе Катька тормознула возле надувных матрацев и потребовала:

— Надо купить! Ты займешь шезлонг, а мне куда деваться? И вообще — вещь нужная! Можно загорать, можно купаться. Да и в доме всегда сгодится — вдруг кто заночует у нас?

Я сочла аргументы убедительными, и мы взялись торговаться. В результате остановились на приемлемой цене и совершили сделку. При этом китаянка пыталась втулить нам еще и насос за сто пятьдесят рублей, но я отказалась категорически:

— Будем развивать легкие.

— Жопа! — беззлобно обозвала меня Катька, но я была непреклонна.

За руль для начала уселась Катька. Мы водим машину примерно одинаково, но мне не терпелось хотя бы бегло просмотреть китайский роман. Катька понеслась, а я удобно устроилась на пассажирском сиденье, извлекла из папки пачку листов с иероглифами и погрузилась в чтение. Понимала я, конечно, не так много, как хотелось бы, но общий сюжет прорисовывался. Часа через полтора стало понятно, что к чему.

Молодая китайская девушка из семьи бывших хунвейбинов, воспитанная в духе революционного максимализма, заводит роман с богатеньким китайским же буратино из состоятельной семейки. Парень, невзирая на обеспеченность, не избалован и всем хорош. Но образуется загвоздка: папа буратино, солидный партийный босс, нынче активно поддерживающий новый курс на «рыночный коммунизм», засадил после культурной революции в порядке «чистки партийных рядов» папаню девушки в кутузку. Короче, все выясняется, папа-хунвейбин, верный революционным идеям, упирается рогом супротив брака с отпрыском вероотступника. Политика, экономика и любовь спорили между собой за пальму первенства, как олимпийские богини. Буратино с девушкой в слезах и временной разлуке, сердца влюбленных рвутся на мелкие куски, скулы читателя сводит от скуки. Плюс к тому очень много внимания руководящей роли партии и правительства.

Видимо, у автора действительно приличное состояние, если он ухитряется тиражировать такую белиберду и смело рвется на наш закаленный «Санта-Барбарой» и «Бедной Настей» рынок. Я же загрустила, предчувствуя нудную и неинтересную работу, и предложила сменить Катьку за рулем.

Она охотно согласилась, тем более что мы уже подобрались к первому перевалу, месту необыкновенно красивому, но очень непростому с точки зрения водителя. Мы поменялись. Катька извлекла из бардачка сухарики и банку пива, и мне как-то сразу стало понятно, что остаток пути, состоящий из трех перевалов, один хлеще другого, ложится на мои опытные, но все равно хрупкие водительские плечи.

Преодолев все дорожные и внедорожные трудности, к восьми вечера мы прибыли на турбазу и сразу очутились в другом жизненном измерении. Народ здесь никуда не спешил. Невзирая на пол и возраст, все одеты примерно в одном стиле: купальные трусы или шорты и футболки. На ногах — сандалии или сланцы с засохшим морским песком. В глазах — плеск волны и — никакой тревоги.

Ирина, Катькина тетка, встретила нас очень радушно. Она была одета, как и все вокруг, в подвыгоревшие шорты и футболку, шелушилась коричневым загаром и взирала на мир безмятежно и отрешенно.

— Ну наконец-то! — приветствовала она, целуя нас по очереди. — Застряли в своем городе! Не вытащить. Я вам бунгало приготовила у самого синего моря, волны просто в ногах плещутся!

Обещания оказались правдивыми, нас поселили в половинке домика, который находился настолько близко к побережью, что ближе — просто опасно. Пространство окна полностью занимала морская лазурь, в комнате стояли две кровати, холодильник, стол — прямо у окна, два стула и шкаф для одежды. Ничего лишнего, но все необходимое есть. Выйдя из комнаты, сразу попадаешь на веранду, ступеньки которой спускались прямо в море. Рай! Слева от веранды высилась корявая скала.

— Швейцария! — ахнула Катька.

— В Швейцарии моря нет, — поправила я, хотя тоже была очарована красотами вокруг нас.

— Какая разница? Море или озеро — красиво-то как! А воздух!

Я не возражала:

— Здорово!

Вторую половину домика занимали два парня, обслуживающие катамараны и лодки для отдыхающих. Вытянувшись по стойке «смирно» перед Ириной и задержавшись на выдохе (но пивом от них все равно разило), они заверили, что морские прогулки на подведомственных им транспортных средствах нам обеспечены в любое время дня и ночи.