Желание миледи - Клэр Делакруа

Иву было нечего ответить.

– Только на смертном одре мама поняла, что отцу нет до нее никакого дела. Возможно, этот жестокий удар и лишил ее последних сил. Перед смертью она умоляла меня не отдавать сердце мужчине, особенно красавцу. Она уверяла, что верить мужчинам нельзя – все они думают только о себе. – Габриэлла крепко сжала губы.

– И ты усвоила урок, – тихо заметил Ив, заслужив колкий взгляд.

– Да, отец не позволил мне забыть его, – с горечью подтвердила она. – Сразу после смерти мамы выяснилось, что поместье переходит по наследству к ее родственникам. Отцу не досталось ничего. Он пришел в ярость: еще бы, ведь ему стало негде хранить свои наряды, держать слуг и многочисленные безделушки, которые он обожал! Вскоре он сообщил, что я выхожу замуж, ибо ему пообещали уплатить за меня звонкой монетой. – Она помолчала. – В день свадьбы, после того, как деньги были уплачены, отец упрекнул меня за то, что я не родилась красавицей. Не будь я дурнушкой, он запросил бы за меня вдвое больше.

Выслушав последние слова, Ив в гневе стиснул кулаки. Он не представлял, как после первого брака, заключенного по воле безжалостного отца, Габриэлла согласилась во второй раз пойти к алтарю. Она сделала это только из любви к ребенку. Лишь теперь Ив понял, сколько трагедий пережила бедняжка.

– Где твой отец? – спросил Ив, с трудом сдерживая бешенство.

– Он мертв, – отозвалась Габриэлла так резко, что Ив понял: в ее душе не осталось ни капли любви к отцу. – Однажды он не заплатил портному. Тот выследил отца и задушил его камзолом – должно быть, тем самым, который был сшит в день смерти мамы... – Она машинально разгладила ладонями складки верхнего платья. Покрывало упало ей на лицо.

– У нас немало общего, – приглушенно заметил Ив. Жена обернулась к нему, и он криво усмехнулся. – Несомненно, наши отцы встретились в преисподней.

Что-то мелькнуло в ее глазах, но она быстро отвернулась.

– Едва ли этим можно гордиться.

– Верно, – согласился Ив, сожалея, что не сумел вызвать у нее улыбку. – Расскажи о Мишеле. Почему ты доверяла ему?

Габриэлла вздохнула и нахмурилась.

– Видишь ли, Мишель не был хорош собой, и я думала, что ему чужды тщеславие и эгоизм. Кроме того, лорд де Туллии пожаловал ему поместье Перрико. Мне было нечего предложить мужу – разве что родить сына...

– Что ты и сделала.

– Да, но, видимо, этого оказалось мало. – Габриэлла закусила губу, вспомнив об откровениях Аделис. – Я всецело доверяла ему, я думала, что нашим браком правят здравый смысл и честность...

И любовь. Габриэлла любила человека, который пренебрег ею, явно предпочитая пустоголовую, но коварную обольстительницу.

Габриэлла заслуживала совсем другой участи.

– Но я ошибалась, – продолжала она другим тоном. – Мама оказалась права. Напрасно я забыла ее наставления.

Ив вдруг понял, что Габриэлла утратила всякое доверие к нему.

– Ты считаешь меня тщеславным? – взорвался он. – Разве я пытался потратить твои деньги на наряды и бесполезные безделушки?

– Нет. Ты не взял ни одной монеты из сокровищницы Перрико.

– Я когда-нибудь обманывал тебя?

–Нет.

– Может, был груб с тобой? – (Габриэлла отрицательно покачала головой.) – Или не сдерживал обещания?

– Это не одно и то же, – возразила она, но Ив прервал ее:

– Ошибаешься! – Попытка поставить его на одну доску с другими мужчинами показалась Иву оскорбительной. – Габриэлла, ты ведь умная женщина. Человека надо судить по его поступкам.

Габриэлла возмущенно вскинула голову.

– Я так и делаю!

– И что же тебе не нравится в моих поступках?

Габриэлла вздохнула, смирившись с поражением.

– Тебя не в чем упрекнуть. По крайней мере пока.

– Пока? – с досадой переспросил Ив, отбрасывая волосы со лба. – Разве я ничего не сделал, чтобы завоевать твое доверие? Или ты будешь подвергать меня испытаниям до конца наших дней?

– Только до тех пор, пока тебе от меня будет нужно хоть что-нибудь!

– Чего же я хочу от тебя сейчас? Габриэлла сжала губы.

– Чтобы я сквозь пальцы смотрела на твои встречи с Аделис.

– Аделис?.. – оторопел Ив. – Все ясно. Я женился на тебе ради Перрико, затащил тебя в постель, только чтобы обрести наследника, а теперь притворяюсь заботливым мужем, чтобы с чистой совестью прелюбодействовать с этой потаскухой! – Он пренебрежительно фыркнул. Еще никогда женщина не приводила его в такое бешенство. – Хорошо, что ты не вспомнила о моем происхождении!

Габриэлла обхватила себя руками за плечи.

– Послушать тебя, так в моих словах нет ни капли смысла.

– Они и в самом деле бессмысленны! – рявкнул Ив.

Смахнув слезы, Габриэлла растерянно уставилась на Ива. Но понять, о чем она думает, ему не удалось.

– Я впервые вижу тебя таким разъяренным, – тихо заметила она.

– Если вы и впредь будете вести себя подобным образом, миледи, такое зрелище станет для вас привычным, – парировал Ив. – Столь низкого мнения обо мне был лишь мой родной отец.

Габриэлла поморщилась.

– Мне неприятны такие сравнения.

– Тогда будьте любезны запомнить, что и мне неприятны сравнения с вашим отцом и неверным мужем!

Она потупилась.

– Габриэлла, – начал он, понизив голос и не сводя с нее глаз, – еще при дворе графа я говорил тебе, что земли мне не нужны. Сегодня я лег в твою постель только потому, что ты сама позвала меня. Если у нас родится ребенок – неважно, мальчик или девочка, – я буду любить его, как Томаса. А если этого не произойдет – не беда: ведь у меня уже есть сын. Но если ты считаешь, что меня влечет к злобному ничтожеству, сидящему в зале, – он ткнул большим пальцем за спину, в сторону замка, – значит, ты меня совсем не знаешь.

Габриэлла молчала, но внимание, с которым она слушала его слова, придало Иву уверенности.

– Знай, лишь одна женщина на свете способна воспламенить меня, – твердо продолжал он. – Она прекрасна телом и душой, в глазах отражается ум, с каждым днем она хорошеет. Таких, как она, я еще никогда не встречал... – голос Ива стал хриплым, – и если она позволит, я готов до конца своих дней завоевывать ее доверие...

Глаза Габриэллы засияли, она шагнула ближе.

– Кто эта женщина? – прошептала она, уже догадываясь, что услышит в ответ. То, что она не отвернулась, а, напротив, приблизилась к нему, помогло Иву воспрянуть духом.

– Сейчас я поцелую ее, – отозвался Ив, – и ты все поймешь.

И он осуществил свое намерение, с облегчением почувствовав, как руки Габриэллы обвились вокруг его шеи. После продолжительного поцелуя Ив отстранился и окинул взглядом припухшие губы и сияющие глаза жены.