Французская Мессалина - Оливия Клеймор

Мушкетёры, занятые привычным дневным бездельем и болтовнёй о ночных похождениях, встрепенулись: их взоры были прикованы к всаднице. Зрелище поистине было великолепным: Жанна-Антуанетта прекрасно держалась в седле, её гибкий упругий стан ритмично покачивался в такт бегущей лошади, белоснежная длинная вуаль на шляпе развивалась.

– Боже мой! Это мне снится… – сказал один из мушкетёров.

– И мне тоже, – подтвердил другой, не в силах оторвать взора от таинственной незнакомки. – Кто она? Откуда в нашей глуши? До ближайшего замка несколько лье…

Жанна-Антуанетта была уверена, что стража её заметила и, довольная произведённым впечатлением, скрылась в лесу. Немного прогулявшись по лесу, она вновь направила лошадь к тому месту, где заметила мушкетёров.

Вторичное появление всадницы произвело ещё большее впечатление на «одичавших» мушкетёров, они как завороженные любовались ею. Жанна-Антуанетта решила, что на сегодня достаточно и повернула обратно к поместью Ла Шемэ.

До прибытия короля оставалось четыре дня. Каждый день Жанна-Антуанетта появлялась перед мушкетёрами, причём не в одном месте, а выбирала для последующей прогулки различные лесные дороги и тропинки, ведущие к королевскому парку. Через два дня появление «видения» бурно обсуждалось королевскими мушкетёрами, которые пытались перещеголять друг друга в самых смелых предположениях.

* * *

Настал долгожданный день – прибытие Его Величества Людовика XV Великолепного в Фонтенбло. Барон Ла Шемэ поспешил в охотничий замок, дабы преклонить колени перед своим повелителем. «Таинственная всадница» отправилась на прогулку по привычному маршруту.

Мушкетёры, достаточно настрадавшиеся от безделья за время пребывания короля в Версале, пребывали в боевой готовности, но в душе каждый из них надеялся, что «видение» появится снова. И оно, а вернее, она – появилась.

Капитан мушкетёров Филипп Морней как обычно совершал дневной обход постов в резиденции. О появлении таинственной дамы он уже слышал от своих подчинённых, но приписывал все эти разговоры к их воспалённому вином и бездельем воображению. Но за день до прибытия короля, Морней всё решил проверить: действительно ли существует сия «сказочная особа»? И не представляет ли она опасности для Его Величества?

Когда Жанна-Антуанетта подъехала к дворцовому парку, её окружили четверо мушкетёров.

Всадница удивлённо посмотрела на них свысока.

– В чём дело, господа?

– Простите, мадам, мы лишь выполняем приказ, – сказал один из мушкетёров.

– И какой же, сударь? Накидываться на невинных женщин, решивших совершить прогулку на лошади?

Мушкетёры смутились.

– Ещё раз прошу прощения, мадам, но вам придётся проследовать за нами.

– Зачем? – удивилась мадам д`Этиоль.

– Капитан Морней желал переговорить с вами.

Жанна-Антуанетта сменила гнев на милость, подумав, что сие обстоятельство может быть полезным: она лично познакомится с капитаном королевских мушкетёров.

– Хорошо, я готова следовать за вами, господа.

Вскоре Жанна-Антуанетта достигла замка, с виду он был небольшим. Мушкетёры любезно помогли даме спешиться и проводили её в стражницкую. «Таинственная всадница» увидела капитана Морнея: перед ней стоял высокий стройный мужчина средних лет, его вьющиеся чёрные волосы были слегка схвачены сединой, что добавляло его внешности некоторый шарм.

Женщина улыбнулась, с присущим ей обаянием, пытаясь «обезоружить» капитана.

– Ваши люди, сударь, задержали меня. Отчего я не могу совершать прогулки в окрестностях парка?

Морней оценил красоту женщины, но, будучи человеком опытным и ответственным, прекрасно знал, как вести себя в подобных ситуациях.

– Отнюдь, мадам! – воскликнул он. – Прошу вас, – капитан указал женщине на стул, она присела. – До меня дошли слухи, мадам, что вот уже несколько дней подряд вы совершаете конные прогулки по окраине дворцового парка.

– Это так сударь. Я не вижу в этом ничего дурного: вид парка доставляет мне удовольствие, и как вы заметили, я прогуливаюсь лишь по его окраине, прекрасно видя ваших мушкетёров на постах. Разве я что-то нарушила?

Капитан улыбнулся: перед ним – совершенно невозмутимая особа.

– Нет, мадам, вы ничего не нарушали. Просто в силу своих обязанностей я должен был переговорить с вами. Простите за дерзость, мадам, но я хотел бы узнать ваше имя и … место пребывания.

Женщина не смутилась.

– Я – Жанна-Антуанетта д`Этиоль, вдова парижского юриста Франсуа д`Этиоль. Приехала погостить к барону Ла Шемэ.

Капитан замер: он совершенно не ожидал подобного оборота, ведь барона Ла Шемэ прекрасно знали при дворе, и всем было известно, что он пользуется исключительным доверием короля. Морней почувствовал, как его левый глаз нервно задёргался.

– Простите, мадам, – он вежливо поклонился. – Надеюсь, вы не держите зла на меня из-за этого небольшого недоразумения?

Жанна-Антуанетта поднялась со стула, сняла перчатку и протянула руку Морнею.

– Ну что вы, сударь! Я понимаю, что вы исполняете свой долг, – капитан приблизился к женщине и поцеловал ей руку.

– Да, мадам, вы всё правильно поняли…

Мадам д`Этиоль мило улыбнулась, Морней почувствовал, что невольно попадает под обаяние этой женщины.

– Я была бы рада, если бы вы не чинили препятствий в моих каждодневных прогулках.

Морней вздохнул: ох, уж эти прелестницы! – и кивнул в знак согласия.

* * *

Жанна-Антуанетта продолжила прогулки с согласия капитана Морнея. Она беспрепятственно передвигалась по окраине дворцового парка, и порой, спешившись, проводила время около небольшого грота, наслаждаясь его прохладой. Никто из королевских мушкетёров более не докучал ей, но вездесущий Морней приказал: не сводить глаз со всадницы! – что мушкетёры и делали с особым удовольствием.

* * *

– Поздравляю вас, мадам! – воскликнул Ла Шемэ, завидев свою гостью в гостиной. – Король, томимый скукой и горечью утраты, наконец, узнал, что некая молодая красивая дама совершает постоянные прогулки в окрестностях дворцового парка. Причём сия «таинственная всадница» очаровала не только мушкетёров, но и капитана Морнея. Позвольте выразить своё восхищение, мадам!

Барон приблизился к Жанне-Антуанетте и поцеловал её в обнажённое плечо.

– Сударь! – воскликнула она. – Право же, что за вольности вы себе позволяете?!

– О, мадам! Моя крохотная вольность – ничто по сравнению с тем, что ожидает вас в будущем! Итак, наш план успешно воплощается! – барон был явно доволен собой и своей подопечной. – Не желаете ли вина, моя прелестная?

Жанна-Антуанетта кивнула, появился слуга с серебряным подносом, на котором возвышались два бокала и бутылка бургундского.