Дама его сердца - Патриция Поттер

Одного из самых давних арендаторов, Макнанна, Джэнет сделала дворецким вместо уволенного Макнайта. Реджинальд и Луиза возражали — говорили, что у него нет необходимой выучки и вид как у оборванца, но Джэнет настояла на своем. Ей нужен был человек, которому она могла доверять, а Мак-нанну необходима была работа, чтобы содержать семью брата. Впрочем, если не считать этой размолвки, в доме после отъезда Брэмура воцарилось спокойствие. Реджинальд и Луиза были необычайно любезны, и Джэнет старалась тоже быть с ними приветливой. Оставалось только надеяться, что это затишье окажется более или менее устойчивым — хотя бы ради детей.

Стараясь поскорее добраться до дому, Джэнет пришпорила кобылу. Колина уже прикармливали коровьим молоком, но он все еще требовал материнского, и ее груди набухли и болели. Джэнет очень не хотелось разрывать эту теснейшую связь между ними, но дела Лохэна требовали все больше времени, и она понимала, что придется.

Джэнет решила ехать напрямик через поле, а для этого надо было преодолеть невысокую изгородь. Она пригнулась пониже к шее лошади, кобыла вытянулась в струнку и помчалась к изгороди. Внезапно седло сползло набок. Джэнет быстро высвободила ноги из стремян, натянула поводья, но кобыла испугалась, сбилась с ноги, и в конце концов Джэнет оказалась на земле.

Оглушенная падением, она некоторое время смотрела, как лошадь мчится в сторону конюшни, потом пошевелила руками, ногами. Больно, однако все как будто цело. Джэнет поднялась, похромала к седлу и осмотрела его. Подпруга лопнула, вся лошадиная сбруя износилась и, как все в Лохэне, пребывала в запущенном состоянии. Если бы подпруга разорвалась в момент прыжка, все могло бы окончиться роковым образом.

«Не надо об этом думать!» — приказала себе Джэнет, однако не думать не могла. Если она умрет, что станется с ее сыном? Джэнет вспомнила о таинственной фигуре на парапете. Она ничего об этом не рассказала Брэмуру, и напрасно.

Джэнет вздрогнула.

Но ведь это случайность — то, что она упала?

Она выпрямилась и, пошатываясь, сделала шаг, другой. До конюшни было полмили, но, наверное, кто-нибудь выедет ей навстречу, когда лошадь без седла вернется в стойло. Может быть, подождать? Или все-таки идти? И вдруг она подумала о Колине. А что, если она кому-то мешает и падение было подстроено? Но если мешает она, то мешает и ее сын!

Джэнет повесила на руку разорванную подпругу — надо будет показать ее деревенскому кузнецу — и, преодолевая боль во всем теле, захромала в сторону замка. Поскорей бы взять Колина на руки, прижать его к груди, увериться, что ему ничто не угрожает!

Нил бредил и громко звал Джэнет. Она была рядом с ним в обрывках кошмарных сновидений. Он видел ее на Куллоденской равнине, раненую, окровавленную. Кто-то подходил к ней с мечом, и он попытался загородить ее собой, но что-то помешало. Джэнет окружили. Повсюду была кровь — его, ее.

— Брэмур!

Он попытался было открыть глаза, но веки были неподъемные.

— Я отсылаю вас с Берком, — послышался голос Уилла. — Вам нужна медицинская помощь. Брэмур, вы меня слышите?

Голос был очень требовательным, и Нил попытался сосредоточиться.

— Если вам удастся выжить, то за вами будет должок.

Затем его потащили куда-то и перекинули через седло. Боль обожгла все внутренности. Нил хотел было запротестовать, но лишился и голоса, и воли. Он почувствовал, что его привязывают к седлу, а потом все происходящее утонуло в мареве кошмара, который сменился небытием.

Джэнет изо всех сил прижала к груди Колина, так что он даже захныкал. Не очень охотно она снова уложила его в колыбель. Джэнет не могла оторваться от сына с тех пор, как вернулась в замок.

Во дворе ее встретил Тим — увидев ее, он соскочил с лошади.

— Миледи, вы ранены?

— Нет, только ушиблась.

— Лошадь вернулась в конюшню без седла.

— Подпруга лопнула. — Она протянула ему седло. — Отнеси его к кузнецу, пусть починит. Но сначала попроси, чтобы он хорошенько осмотрел подпругу. Я хочу знать, почему она лопнула.

Тим испуганно округлил глаза, но ни о чем не спросил — к ним подбежала Луиза.

— Я так волновалась, когда лошадь пришла одна.

— А где Реджинальд?

— Он утром уехал по какому-то делу.

Не мог ли Реджинальд что-то подстроить с подпругой до своего отъезда? Луиза не смогла бы — она боится лошадей, близко к ним не подходит и в сбруе совершенно не разбирается.

«Да нет, это просто случайность», — решила Джэнет и тем не менее поспешила в детскую. Грэйс и Рэйчел читали, а котенок и щенок, свернувшись в общий клубок, спали на полу. Увидев ее испачканное платье и кровь, запекшуюся на руках, девочки застыли в ужасе, а Клара громко ахнула:

— Миледи, что случилось?

— Ничего страшного, просто упала с лошади. И хотела сперва убедиться, что у вас все в порядке, прежде… чем переодеться.

Подбежала Рэйчел:

— Но у тебя кровь.

— Немного оцарапалась, миленькая. — Джэнет, наклонившись, обняла девочку. — К этому надо быть всегда готовой, когда ездишь верхом. И знаешь что? Присмотрю-ка я пони для тебя и Грэйс, пора вам тоже учиться.

Эта мысль только что пришла ей в голову, но пони у девочек будет. Не надо, чтобы они боялись лошади из-за того, что она упала. Верховая езда — это такое удовольствие.

Рэйчел обрадовалась, но Грэйс смотрела недоверчиво, как всегда. Эта девочка всегда находила предлог для беспокойства. Джэнет приподняла пальцем ее подбородок.

— Со мной правда все в порядке. Это всего лишь небольшое приключение. Сейчас приму теплую ванну, а потом мы вместе поужинаем, хорошо?

— О да! — воскликнула Рэйчел, а Грэйс серьезно кивнула. Джэнет нагнулась и взяла Колина на руки. Сегодня она не могла расстаться с ним ни на минуту.

— Пойду попрошу кухарку испечь пирог с мясом. — Девочки его обожали. — И закажу что-нибудь сладенькое.

Зайдя на кухню, она поднялась к себе. Люси уже приготовила горячую ванну.

Джэнет положила Колина на коврик, зная, что теперь за ним нужен глаз да глаз — он ползал повсюду. Сняв с помощью Люси платье для верховой езды, чулки, сорочку и панталоны, она погрузилась в ванну. Горячая вода жгла царапины, но это ерунда. Главное — она жива. Ее сын и дочери здоровы. Только это и имеет сейчас значение!

Вечером Джэнет попрощалась с девочками, уложила Колина в колыбель и подошла к окну. Легкие облака мчались по небу, освещенному луной и звездами. Джэнет присела на подоконник. А все же сегодняшнее падение — случайность или нет?.. «Без Брэмура скучно», — неохотно призналась она самой себе. Джэнет почувствовала себя одинокой и заброшенной, и не было силы его забыть…

А потом она увидела, что по дороге в Лохэн кто-то скачет. Да, это две лошади, одна в поводу. Вот они остановились у конюшни, и всадник наклонился над каким-то длинным свертком, лежащим на второй лошади. Через мгновение сверток упал на землю, всадник пустился рысью обратно, и вторая лошадь поскакала за ним.