Верить в себя - Даниэла Стил

То, что Мэтью приехал навестить Кэрол как раз в то время,когда ее семья и Стиви сидели в «Ритце» за праздничным столом, было чистымсовпадением. Ему, правда, совсем не улыбалось столкнуться с ними в больнице,так что совпадение можно было считать удачным. Его появление в палате вызвалобы ненужные вопросы и еще больше осложнило жизнь ее родным, которые — особеннов первые дни, когда положение Кэрол было почти безнадежным, — были внесебя от беспокойства. Но как только Мэтью прочел в газетах, что она вышла изкомы и чувствует себя лучше, он решил, что теперь должен обязательно ееувидеть. Быть может, это было не слишком разумно, но его желание оказалосьстоль сильным, что он просто не мог ему противиться.

Войдя в палату, Мэтью остановился в двух шагах от кроватиКэрол, глядя на нее, впитывая ее образ. Он еще не видел ее после того, как онапришла в себя, и его сердце сначала подпрыгнуло от радости, а потом болезненносжалось от нехорошего предчувствия. Что-то было не так. В глазах Кэрол Мэтью неувидел ни тени узнавания. Это могло быть следствием черепно-мозговой травмы, даи с того момента, когда они виделись в последний раз, прошло слишком многовремени. И все же Мэтью не мог поверить, что Кэрол его не помнит — ведькогда-то они значили друг для друга так много! Сам он узнал бы ее мгновеннодаже через сто, через тысячу лет.

Заметив Мэтью, Кэрол повернулась к нему со смесью удивленияи любопытства, какое испытывает каждый человек при виде незнакомца, каким-тообразом попавшего к нему в комнату. Она была уверена, что никогда его раньше невидела. Высокий, широкоплечий, совершенно седой, но с молодыми, ярко-голубымиглазами, этот мужчина держался уверенно и властно, и она решила, что это новыйврач.

Мэтью заговорил первым.

— Здравствуй, Кэрол, — сказал он по-английски, таккак не был уверен, что после стольких лет Кэрол помнит французский.

— Добрый вечер. — Кэрол приветливо кивнула, а уМэтью снова защемило в груди. Во взгляде ее по-прежнему не было ничего, кромевежливого интереса, и он понял, что она его действительно не помнит. Совсем. Аведь когда-то…

— Возможно, я сильно изменился, — с трудомпроговорил он. — Мы… давно не виделись. Я — Мэтью…. Мэтью де Белланкур.

И снова на лице Кэрол не отразилось никаких эмоций. Она лишьвежливо улыбнулась. После того как она выяснила, что не помнит ни своегобывшего мужа, ни даже детей, ее нисколько не удивляло, что и этот муж чинапоказался ей совершенно незнакомым.

— Вы врач? — спросила она, но Мэтью покачалголовой.

— Вы мой друг? — Кэрол хорошо понимала, что, еслибы этот человек не был ее другом, он бы к ней не пришел. «Мы знакомы?» — вотчто подразумевал ее вопрос. Сама она ничего не помнила, поэтому ей приходилосьполагаться на информацию, полученную от других. Но Мэтью ее вопрос заставилсодрогнуться от боли. Стоило ему увидеть Кэрол, и любовь с новой силойвспыхнула в его сердце, однако для нее он был теперь совершенно постороннимчеловеком. Если она и испытывала к нему какие-то чувства до того, как прогремеледва не убивший ее взрыв, сейчас от них не осталось никакого следа.

— Да, да… Я твой друг. Очень близкий друг, Кэрол.Просто мы не виделись очень давно. — Мэтью уже понял, что Кэрол частичнопотеряла память, и не спешил сообщать ей все подробности. Ему не хотелосьшокировать или даже оттолкнуть ее, рассказав о том, что происходило между нимикогда-то. Кэрол была еще очень слаба; она выглядела такой худой и бледной, чтоон боялся хоть чем-то ее расстроить. Кроме того, в палате находилась дежурнаясиделка, а Мэтью претило пускаться в откровения при посторонних. Он не знал,понимает ли сиделка по-английски, но рисковать все равно не хотел. Наконец, сего стороны было бы просто глупо раскрывать душу перед женщиной, которая егодаже не помнила.

— Мы были знакомы, когда ты жила в Париже. Вот, этотебе… — По дороге он купил для Кэрол огромный букет роз и сейчас передалцветы сиделке.