Приз для миллиардера - Мирна Маккензи

— Да?

— Ты приводишь меня в восторг, в исступление, — чувства окрасили его голос. — Я самый счастливый мужчина на свете. Я всегда буду благословлять небеса за встречу с тобой. Ты так прекрасна, моя любимая, — повторил он. — И станешь божественной, когда родятся наши малыши.

— Мне нравится слушать тебя, — мечтательно пробормотала она.

— Я люблю тебя, моя радость. Мое чувство к тебе вечно, — он медленно спускался вниз, целуя ее шею, плечи, грудь, пока наконец не коснулся чувствительной кожи живота и на минуту замер. — Так вот где находится наше дитя, — неподдельное удивление слышалось в его голосе, как будто раньше он был не в ладах с анатомией. — Не могу поверить, что когда-то я не хотел иметь детей. Никак не дождусь счастливого момента, когда увижу тебя с нашими ребятками на руках. Я буду самым хорошим отцом, Кэролайн.

Его слова взволновали ее, она вытянулась на кровати и притянула его к себе. Целуя свою жену, он чувствовал слезы на ее губах, но то были сладкие слезы счастья.

— Ты будешь прекрасным отцом, мой дорогой. Либби любит тебя как своего родного папу, ты так добр к ней.

Он поцеловал ее снова, затем усмехнулся,

— Пожалуйста, не говори об этом Эрин. Она, словно сумасшедшая, проглатываем запоем книги о воспитании детей и постоянно дает мне советы, что мне придется делать, когда появятся ни свет наши дети. Представляю, сколько приходится выслушивать бедному Брендону.

— Ему это нравится, — умеренно подчеркнула Кэролайн. — Кто бы мог подумать, короткая встреча — и целый океан счастья! Ты и я. Брендон и Эрин... Он так настойчиво ухаживал за Эрин, и она поняла, что это ее судьба. Я так счастлива, что ты и твоя сестра станете родителями почти одновременно, с разницей в два месяца, Гидеон. Обожаю сказки со счастливым концом.

Она свернулась калачикам у мужа на груди.

— У меня есть одна превосходная идея, моя милая женушка. Давай забудем на время обо всем на свете, — его голос снизился до легкой хрипотцы, мы так долго говорили о счастье моей сестры, что я захотел насладиться нашей любовью.

Его прикосновения были такими нежными, ласкающими. Кэролайн закрыла глаза и вздохнула.

— О, да, Гидеон. Твоя любовь — самая удивительная вещь на земле. Самая лучшая,

Гидеон улыбнулся, обнимая свою романтичную жену, и склонился к ее манящим губам.