Секретарша-девственница - Кэтти Уильямс

Кэти взглянула в его глаза. Они светились любовью.

– Я все пытаюсь представить: если бы не месть Изабел, не эта вымышленная помолвка, опубликованная в прессе, что произошло бы с нами?

– Пути Господни неисповедимы, – кратко ответил Бруно.

– Я должна была бы злиться на Изабел, – произнесла Кэти, чувствуя, как рука мужчины, приподняв подол ее платья, прикоснулась к ногам, лаская их и пробираясь все выше. – Но я не могу злиться на Изабел, потому что я очень люблю тебя, Бруно. – Она застонала от наслаждения, ощущая, как его пальцы проникают под тонкую ткань трусиков.

– Моя дорогая… Я так долго этого ждал. – Бруно жарко поцеловал ее и прошептал:

– Забудь о Гарри. Он ничего не слышит. Веди себя совершенно свободно… как тебе хочется…

Кэти сдалась бархатному обволакивающему голосу, испытывая непреодолимую потребность заняться с Бруно любовью именно здесь и именно сейчас. Тонированные стекла лимузина полностью скрывали происходящее в салоне – впрочем, в этом не было нужды. За окном была кромешная тьма.

Они находились где-то за городом, и Кэти не имела ни малейшего понятия, куда направляется автомобиль. Возможно, Гарри, истолковавший слова хозяина буквально, вез их в Брайтон.

Пиджак и брюки Бруно очутились на полу вместе с платьем Кэти; соприкосновение обнаженных тел было подобно вспышке жаркого пламени.

Они достигли пика наслаждения одновременно, тела их натянулись как струны, и со счастливым вздохом обессиленная Кэти упала на грудь Бруно.

– Ты так и не ответила, – хрипло проговорил он. Ты выйдешь за меня замуж и сделаешь меня самым счастливым мужчиной на земле?

– Разве кто-то может отказаться от такого предложения? – тихо отозвалась Кэти.

– Ты будешь замечательной женой, – прошептал ей Бруно на ухо, – и превосходной матерью…

В этот момент Кэти внезапно осознала, что в пылу страсти они позабыли обо всех мерах предосторожности. Она резко села, встревоженно глядя Бруно в лицо.

– Бруно! Я могу оказаться беременной!

– Будем надеяться, что это так, любовь моя. Он нежно улыбнулся. – А если нет, то… завтра наступит новый день…