Изгнанная из рая - Даниэла Стил

Габриэла попробовала выяснить, у кого Стив занял деньги инельзя ли попросить этого человека немножечко подождать, но он не сказал ейничего определенного.

— Это очень серьезные люди, и они не станутждать, — вот и все.

— Да какие люди?! — воскликнула в конце концовГабриэла, теряя терпение. Насколько ей было известно, в Нью-Йорке Стив не знални одного человека. С другой стороны, ему так часто звонили, что даже мадамБосличкова иногда жаловалась, что чувствует себя уже не хозяйкой пансиона, адежурной телефонисткой. Количество писем, которые приходили на его имя, такжене уменьшалось, и Габриэла вдруг поймала себя на мысли, что почти ничего незнает об этом человеке.

— Я до смерти устал от этих дурацких вопросов. Оставьменя в покое! — взъярился Стив. С этими словами он, громко хлопнув дверью,выбежал из ее комнаты, не забыв предварительно опустить в карман большуюполовину найденных денег.

Когда его шаги затихли, Габриэла опустилась на кровать изаплакала, держа в руках развороченную сумочку. Ей хотелось догнать Стива ипопросить у него прощения, но она знала, что это бесполезно — скорее всего Стивпошел не к себе, а куда-то в другое место. Куда он ходил, она не знала. Стивчасто где-то пропадал, но никогда не говорил ей, где он был и что делал.Несмотря на это, Габриэла чувствовала себя виноватой в этих его исчезновениях,и, сколько бы она ни твердила себе, что она тут ни при чем, справиться с этимощущением ей никак не удавалось. Эту роль — роль вечного козла отпущения, которыйвиноват во всем, что бы ни случилось, — она усвоила с детства. ОправдатьСтива ей не составляло никакого труда. Для этого ей достаточно было простовспомнить, что у него больная мать, что он уже восемь месяцев без толкумыкается в Нью-Йорке. Конечно, бесплодные поиски работы сделали егораздражительным и нервным.

Изредка — смущаясь и чувствуя, что предает Стива — онаговорила об этом с профессором Томасом, и старик старался утешить ее, советуязапастись терпением.

— Не может быть, чтобы он долго ходил безработы! — говорил профессор Томас. — Если бы такой парень пришел комне, я бы нанял его так быстро, что он не успел бы оглянуться. Вот увидишь,какой-нибудь компьютерный магнат именно так и поступит!

Габриэле было приятно слышать такие слова. О прочихстранностях Стива она не упоминала, не желая волновать профессора. В последниемесяцы он сильно сдал и теперь выглядел даже старше своих лет. Мадам Босличковатоже очень постарела, а у миссис Розенштейн весной обнаружили рак, так что увсех были свои заботы, по сравнению с которыми неприятности Габриэлы казалисьсущей ерундой.

В конце июня ей немного подняли зарплату, но уже в июлеГабриэла обнаружила, что Стив вовсю пользуется ее чековой книжкой, мастерскиподделывая ее подпись. Менеджер банка, в котором она держала своимикроскопические сбережения, поставил ее перед крайне неприятным фактом: Стивне только полностью исчерпал счет, но и, расплачиваясь необеспеченными чеками,использовал весь кредит, в результате чего они остались совершенно без средств.Но когда Габриэла снова попробовала поговорить с ним, Стив заявил, что емусрочно понадобился новый «приличный» костюм и что деньги он отдаст, как толькоустроится на работу. Это была старая песня. Габриэла устало вздохнула.Как-нибудь все само устроится — этими словами она уже давно себя утешала. Ейдаже в голову не пришло попросить Стива предъявить ей упомянутый костюм, накоторый ушли все ее сбережения.

Она не знала, что развязка уже приближалась. Буквально черездве недели после этой истории мадам Босличкова ответила на телефонный звонок изКентукки — из департамента полицейского надзора за условно осужденными —Надзирающего офицера интересовал мистер Стив Портер, и хозяйка сообщила, чтоего сейчас нет. На этом разговор окончился. Мадам Босличкова ужасно разволноваласьи побежала советоваться к профессору, который успокоил ее, сказав, что это,вероятно, ошибка.

Однако в последующие несколько дней профессор «случайно»вскрыл несколько поступивших на имя Стива писем, и то, что он в них обнаружил,ему совсем не понравилось. Во-первых, выяснилось, что у Стива не одно, анесколько имен, используя которые тот обналичивает чеки на крупные суммы вразных банках. Во-вторых, Стив находился на испытательном сроке в штатахКентукки и Калифорнии. Он был условно осужден ни за что иное, как замошенничество и подделку финансовых документов.

Это заставило профессора взяться за дело всерьез. Он написалнесколько писем, сделал несколько телефонных звонков и вскоре узнал, что СтивПортер даже не тот, за кого себя выдавал. Он не учился в Стэнфорде и незаканчивал с отличием Йельский университет. Больше того, его звали не СтивПортер — в разных местах он был известен и как Стив Джонсон, и как ДжонСтивене, и как Майкл Хьюстон. На каждую из этих фамилий он мог предъявитьудостоверение личности, водительские права и карточку социального страхования,а дело, которое на него завели в полиции, было почти таким же длинным иувлекательным, как и те сказки, которыми он потчевал доверчивых соседей попансиону. В Нью-Йорк он приехал, все еще находясь под надзором полиции, но неиз Айовы, а из Техаса.

Узнав об этом, профессор Томас пришел в ужас. Мало того, чтоон сам так ошибся, но ведь он еще убеждал Габриэлу в том, что Стив — достойныймолодой человек. И что же? Оказывается, они имели дело с преступником.

Как рассказать обо всем Габриэле, профессор понятия не имел,и после долгих раздумий он решил поговорить со Стивом сам. План его был прост.Профессор собирался вынудить Стива уехать из Нью-Йорка, пригрозив негодяюразоблачением. За это он готов был пообещать ему скрыть от Габриэлы правду.Профессору очень не хотелось, чтобы Габриэла узнала, как бесстыдно ееиспользовали. После всего того горя, которое она изведала в жизни, новое разочарованиемогло стать слишком тяжелым ударом. Что касалось причин исчезновения Стива, топрофессор не сомневался, что сумеет выдумать что-нибудь достаточноубедительное.

Несколько дней он караулил Стива в гостиной и наконецдождался своего часа. Стив вернулся днем. Профессор, заслышав в вестибюле егошаги, встал с кресла, чтобы позвать молодого человека к себе. Для разговора,который он затеял, профессор надел свой лучший костюм и свежую рубашку сгалстуком — ему очень хотелось, чтобы их беседа завершилась джентльменскимсоглашением двух разумных людей. А в том, что Стив пойдет ему навстречу хотя быради Габриэлы, он не сомневался.

Но как только профессор увидел выражение лица Стива, онпонял, что разговор вряд ли будет легким. Стив был мрачнее тучи, к тому же отнего сильно пахло виски. Профессору было невдомек, что у Стива только чтосорвалась небольшая коммерческая операция: он собирался приобрести в Ист-Сайдемарихуану, чтобы перепродать с выгодой для себя, но поставщик, что называется,«обломил» его. Взяв деньги, торговец исчез, и Стив остался ни с чем.

— Послушайте, Стив, я хотел бы поговорить с вами, еслиможно, — вежливо сказал профессор, но Стив, проходя мимо него, толькопрорычал в ответ что-то нечленораздельное. Уже некоторое время его манеры оставлялижелать лучшего, но впервые он решился на открытую грубость.