Маленькое кофейное приключение - Кейт Хоффман

— Как подло с моей стороны! Настоящий шантаж и вымогательство, да? Но я предпочитаю называть такие вещи… жесткими методами. Когда играешь с большими мальчиками, ты должна пользоваться их правилами. Кроме того, не одна я угрожаю ему. Ты тоже.

— Я делала грязную работу за тебя.

— Так что он сказал? Расскажи мне.

Нина покачала головой и попыталась улыбнуться.

— Женщина на фотографии — жена его партнера по бизнесу.

Шарлотта хлопнула в ладоши.

— Ух ты! Это здорово.

— Между ними ничего нет, — вздохнула Нина. Настало время положить всему конец. Ей надоело играть по правилам Шарлотты. — Если ты опубликуешь фото, он подаст на журнал в суд. На твоем месте я бы приняла его предложение. У него достаточно денег и власти, чтобы сделать, как он хочет. Может быть, лучше просто…

— Сдаться? — спросила Шарлотта. Слова Нины поразили ее.

— Я просто высказываю свое мнение. Ты не знаешь Кэмерона Райдера. Он всегда добивается своего.

Шарлотта откинулась на спинку кресла и выпустила изо рта сигаретный дым. Не отрываясь, она смотрела на Нину.

— Что ж, теперь я понимаю, с какой стороны твой бутерброд намазан маслом, — раздраженно произнесла она, гася окурок в пепельнице.

— Мой бутерброд? Ты что, думаешь, он платит мне деньги?

— Я не имею понятия, как далеко ты зашла, предавая меня. Знаю только одно: ты уволена, — заявила Шарлотта.

Ее слова прозвучали коротко и резко. Шарлотта сказала так в надежде застать Нину врасплох. Но девушка не удивилась. Она ожидала такого поворота событий с того самого момента, когда согласилась шпионить для начальницы.

— Я сделала все, как ты просила, — сказала Нина. — Ты хотела знать правду. Я узнала ее для тебя. Не моя вина в том, что тебе не нравится то, что я говорю. Кроме того, ты не можешь уволить меня, потому что я сама пришла сюда, чтобы уволиться.

— Я первая заговорила об увольнении. — Шарлотта встала, придерживая полотенце. — Забирай свои вещи из офиса. Расчетный чек мы пришлем тебе по почте. На хорошие рекомендации даже не рассчитывай. Человеку, который не предан полностью мне и журналу, не место в редакции.

Нина встала и пошла к двери.

— Я ухожу, — сказала она.

— Ты уволена! — прокричала Шарлотта. — Убирайся. У меня был тяжелый день, и мне некогда заниматься пустяками. Но прежде чем ты уйдешь, позволь мне дать тебе один совет. Для Кэмерона Райдера бизнес — самое главное в жизни. Такие люди, как он, не способны любить.

— Мне и не нужно, чтобы он меня любил, — проговорила Нина, прекрасно понимая, что лжет.

Шарлотта цокнула языком.

— Да у тебя на лице все написано. Ты хочешь, чтобы Райдер купил мой журнал, надеясь таким образом сорвать банк. — Шарлотта покачала головой. — Ты настолько глупа, что доверяешь ему. Ты ему не нужна. Все, что с тобой произошло, произошло из-за журнала. Неужели ты не понимаешь? Журнал мой, и он у меня останется. Твои чувства к Райдеру делают тебя помехой в моем деле, а я не люблю помех. — Она сделала выразительный жест рукой, указывая на дверь. — Вперед, собирай свои вещи и не забудь попрощаться с друзьями.

Нина вошла в свой офис. Слезы сами наворачивались на глаза, но она сдерживала их.

— Как она могла? Я делала все, что она просила.

С самого первого момента их встречи Нина чувствовала непреодолимое влечение к Кэмерону Райдеру. И все же его любовь к ней не настолько сильна, чтобы он смог отказаться от своих планов в бизнесе. Когда все начиналось, Нина не могла знать его характер.

Она обошла вокруг стола, выдвинула нижний ящик и достала оттуда большую сумку.

— Прекрасно, — буркнула Нина. — Я уйду! Посмотрим, как журнал будет обходиться без меня. Никто не умеет работать так, как я. Никто!

Нина сгребла сразу все вещи со стола в сумку. За одну минуту она собрала все, что хотела взять с собой. Ее картотека отправилась в сумку последней. Девять месяцев она работала над ее составлением, В ней записаны имена и телефоны экспертов в разных областях знаний. Она не оставит плод своих трудов преемнику. Пусть помучается, бедняжка.

Вздохнув, в последний раз Нина окинула взглядом свой крошечный офис. Странно, но ей жаль с ним расставаться, жаль, что она больше не сможет получать зарплату каждые две недели. Я вернусь в официантки, подумала Нина. Или в собачью парикмахерскую. А при везении она сможет найти работу младшего редактора в другом журнале.

Прежде чем выйти из офиса, Нина выглянула в коридор. Если ей удастся проскочить к лифту незамеченной, то не придется никому ничего объяснять. Она накинула на плечи жакет и направилась к лифтам, умоляя Бога о том, чтобы ей никто не попался на пути. Когда двери открылись, она быстро зашла внутрь.

Нина прислонилась к стене и глубоко вздохнула. Странно, но она не чувствовала ничего, кроме облегчения. Больше никаких игр, никаких волнений. Хотя она потеряла работу, при ней оставался ее талант. Кроме этой, есть много других работ, и я найду их, сказала себе Нина.

Есть также много других мужчин. Она вспомнила слова Шарлотты. Они прозвучали в ее голове, как эхо. Да, есть и другие мужчины. Но никого она не полюбит так, как Камерона Райдера.

Двери открылись, и Нина вышла. Она задумалась и не видела, куда идет, пока на кого-то не наткнулась, Сумка едва не выпала из ее рук.

— Нина!

На какое-то мгновение голос изменил ей. Она смотрела в знакомые до боли зеленые глаза. У нее перехватило дыхание.

— Кэмерон. Что ты здесь делаешь?

— У меня встреча с Шарлоттой Дэнфорт. — Он взглянул на сумку в ее руке. — Что это?

— Мои вещи, — грустно сказала Нина. — Шарлотта уволила меня. Или я сама ушла. Как тебе больше нравиться.

— Что? — удивленно спросил Кэмерон.

— О, пожалуйста, не беспокойся, — сказана девушка с притворной веселостью. — Теперь я свободна. И больше не сижу на двух стульях. Я могу направить свою энергию на поиски другой бесперспективной работы в другом потрясающем журнале с другой сумасшедшей начальницей. Я могу провести еще один год в надежде получить работу редактора, хотя никогда ее не получу. И все благодаря тебе.

Кэмерон взял Нину за руку, но она отдернула ее. На самом деле ей хотелось, чтобы Кэм схватил ее и как можно сильнее сжал в своих объятиях, чтобы сказал, что все уладит. Такое проявление чувств успокоило бы ее.

— Нина, я не хотел причинить тебе боль.

— Но мне больно. Ничего не поделаешь — бизнес, не так ли?

— Я могу все уладить, — предложил он, — Все будет хорошо.

— Мне уже все равно. Я даже рада, что все закончилось, и я могу заняться своей собственной жизнью.

Нина повернулась и пошла к выходу. Она говорила себе, что все к лучшему, но слезы сами катились из ее глаз.