Гламур в шоколаде - Ирина Молчанова

Если это все было для того, чтобы преподать ей урок, то не слишком ли жесток учитель? Какой смысл преподавать на языке, которого никто не знает, и, в конце концов, где же в тот момент отсыпалась справедливость, когда неделю назад у нее все равно отобрали только-только отвоеванное счастье! Наказала ли судьба ее за то, что захватила Инна себе это счастье очередным враньем, или судьбе безразлично, кого наказывать, лишь бы за душой у человека числился хоть какой-нибудь грешок? И самое главное: на кой черт теперь Инне правда, когда уже все кончено и пути назад нет! Артем — с другой девушкой, а уж она-то бежать к нему с новыми подробностями их сумасшедших отношений не собирается! Сколько раз она хотела его поразить, и, кажется, ей впервые повезло. Артем запомнит ее надолго, но никогда не подумает о ней с улыбкой: в последнюю встречу Инна явно прочла это в его глазах, таких же холодных, как декабрьский ветер.

Инна попрощалась с бывшими одноклассниками, расцеловалась с Катей. Несмотря на горестные мысли об Артеме, на душе у нее царила приятная легкость, которую Инна собиралась разбавить ложкой дегтя, а может, и не одной, посетив и свою нынешнюю школу.

Она пришла в самый разгар праздника. На первом этаже никого не было, а на втором гремела музыка. Инна хотела отыскать Ваню, но заметила в центре холла стенд и подошла посмотреть. Под красивой надписью «Доска почета» висели две фотографии. С одной ей лукаво улыбался Ваня, а с другой на нее смотрела восхитительная брюнетка. Инна не могла поверить своим глазам: она думала, что сегодня лишь объявят победителей, а уже после каникул организуют стенд. Теперь стало ясно, почему Ваня так рассердился, когда она сказала, что не сможет прийти! Друг хотел разделить с ней их общую победу. Глядя на свою фотографию, Инна пыталась разобраться, какие чувства испытывает: счастлива ли она, что добилась желаемого, или ей это безразлично? Инне хотелось верить, что победы даются людям не в утешение — лишь бы дитя не плакало, а потому, что они заслужены. Несомненно, в этой школе нашелся бы кто-нибудь более достойный доски почета, но именно она заплатила за популярность столь высокую цену, и уж точно — не для того, чтобы теперь лицемерно скрывать счастливую улыбку.

Что и говорить — она отлично смотрелась в белоснежном вечернем платье, даже рассыпавшиеся по плечам ненавистные кудряшки ее ничуть не портили. Ваня же никогда еще не выглядел таким очаровательным и серьезным, как на фотографии, ради которой он впервые в жизни повязал на шею галстук. Их соседство на снимках превзошло всякие ожидания: они были поистине звездной парой. И пусть теперь все прочие равняются на эту идеальную картинку!

Инна побежала в актовый зал, где проходила дискотека, но войти внутрь ей так и не удалось. У входа стоял Артем. Увидев ее, он оторвался от стены и выпалил:

— Прости меня!

Инна спрятала руки за спину.

— Простить? Зачем?

Из актового зала выходили ребята. Они дружно кивали ей, приветствовали и поздравляли.

Артем попытался оттеснить Инну к окну.

— Выслушаешь меня?

Он так умоляюще смотрел на нее, что девушка не могла отказать. Они отошли в сторонку от зала, где грохотала музыка.

— Я был не прав тогда… — быстро заговорил Артем.

Мимо них пробежала симпатичная пятиклашка, крикнув:

— Поздравляю, Инна! Ты — супер!

Она шумно выдохнула и посмотрела прямо в его голубые глаза.

— Инна?… — медленно проговорил он.

«Ну вот, теперь он может забрать свои извинения обратно, — мысленно чертыхаясь, подумала девушка. — Пора сказать ему правду, хватит врать!»

Инна смущенно улыбнулась и как на духу призналась:

— Инна — моя двоюродная сестра. — От очередной лжи, так легко сорвавшейся с ее языка, ей стало дурно, но откуда-то взялись силы тихо добавить: — Нас часто путают.

Артем некоторое время молчал, с интересом разглядывая ее, потом полез в карман, вытащил небольшой потрепанный снимок и показал ей. Это был ее снимок: третьеклассница с большим красным бантом и в клетчатом платьице. Эту фотографию сделали еще в самой первой ее школе, когда о гимназии и гламуре она даже не помышляла.

— Мы вместе ходили на продленку, — с улыбкой пробормотал Артем, — и я влюбился.

— Влюбился… но почему ты раньше не…

— Потому что ты меня не замечала. Я думал, заметишь, если я перейду за тобой в гимназию, но ты встречалась только с крутыми мальчиками.

Инна опустила глаза.

«Это какой же слепой надо быть!» — упрекнул ее внутренний голос, как-то уж слишком резко переметнувшийся на сторону голубоглазого красавчика.

— Да, с крутыми, но ведь и ты…

— А я стал добиваться популярности, чтобы очутиться с тобой рядом хотя бы на доске почета.

Инна тяжело вздохнула:

— Я не знала… Одного не пойму — зачем ты ломал эту комедию, когда я перешла в новую школу?! Ты ведь знал, что меня не Аней зовут! На выдуманный день рождения пришел!

— Не хотел ставить тебя в неловкое положение, раз ты сама не пожелала признаться.

Инна изумленно покачала головой: перед ней стоял еще более отъявленный лгун, чем она сама! Слов нет! Ну и… как же… ведь это…

Артем протянул ей руку.

— Мир?

— А как же твоя новая подружка? — спохватилась Инна.

— Ничего не получилось, — он потупился, — никому не хочется быть на втором месте, а первое за столько лет я так и не смог освободить.

От этих слов у Инны перехватило дыхание. Это ведь она — на первом месте, это у нее впервые нет соперниц, никого, кто мог бы ее затмить! Никакая популярность вкупе с образом тупой блондинки или восхитительной брюнетки не может соперничать с искренним чувством!

— Больше никакой лжи, слышишь, никогда! — Она вложила свои пальчики ему в ладонь.

— Никакой лжи. — Он улыбнулся и, вместо того чтобы пожать ей руку, притянул к себе и поцеловал.

Само собой, Инна не была готова, но, как оказалось, готовиться к поцелуям вовсе не обязательно! И самые лучшие поцелуи — неожиданные. Они стояли, обнявшись, и наслаждались своим первым, таким долгожданным для них обоих поцелуем.

— Артем! — окликнул его кто-то.

Они отпрянули друг от друга.

Из актового зала вышел Константин Викторович. Он не сразу заметил Инну.

— Забери ты у меня свой мобильник, — недовольно воскликнул он, — трезвонит каждые пять минут, и вообще, долго ты собираешься тут еще… — Директор увидел Инну и осекся.

— Ты, как всегда, вовремя, — закатил глаза Артем, вырывая у него из рук телефон.

Константин Викторович пожал плечами:

— Я ведь не знал… — Он виновато покосился на девушку. — Поздравляю, Инна, с победой.

Она смотрела то на Артема, то на директора, то на мобильник и не могла понять, почему они ведут себя так, словно знакомы всю жизнь? Спросить она не успела: к ней подлетел Ваня и, отпихнув Артема, заключил ее в объятия.