Рыцарь в сверкающих доспехах - Джуд Деверо

Смутившись, Даглесс отстранилась и легла в постель. Несмотря на усталость, она никак не могла заснуть и долго прислушивалась, гадая, не приснится ли ему очередной кошмар. Но все было тихо, и она наконец задремала.

Проснулась Даглесс только утром. Николас уже встал и ушел в ванную. На секунду ей стало ужасно жаль, что она, как предыдущей ночью, не спала в его объятиях, но девушка тут же упрекнула себя. Она любит Роберта, не так ли? Нельзя же быть настолько легкомысленной, чтобы разлюбить человека всего за несколько дней, да еще из-за единственной глупой ссоры!

Кроме того, трудно представить себя влюбленной в человека, который никогда не принадлежал ей и не будет принадлежать. Да и как любить мужчину, который каждую секунду может исчезнуть в клубах дыма так же быстро, как появился? Способна ли она на такое? Из ванной вышел Николас, босой и полуобнаженный, в одних брюках, вытирающий полотенцем мокрые волосы. Ничего не скажешь, бывает зрелище куда хуже, чем вид широкой голой груди красавца графа, решила Даглесс и, откинувшись на подушки, вздохнула.

Услышав вздох, Николас взглянул на нее и нахмурился:

– Собираешься целый день проваляться в постели? Мы должны найти цирюльника и сбрить это. – Он провел рукой по отросшей щетине.

– Сейчас очень модно не бриться несколько дней. Даже кинозвезды приезжают на официальные церемонии с легкой щетиной, – сообщила Даглесс. Но Николасу такая идея не понравилась. Он сказал, что признает либо бороду, либо абсолютно гладкие щеки, и «ничего промежуточного». Даглесс пришлось воспользоваться бритвой и крошечным пакетиком крема для бритья, предоставленным отелем, чтобы показать ему, как бриться. К сожалению, не успела она оглянуться, как он провел пальцами по лезвию и порезался. И долго смеялся над Даглесс, поднявшей шум из-за пустякового пореза.

Позже, одевшись и подкрепившись обильным английским завтраком, они отправились по магазинам. Даглесс уже привыкла помогать Николасу в самых обыденных делах, но на этот раз он, выбирая одежду, точно знал, чего хочет. Даглесс молча поражалась. Как же много он усвоил, всего один раз пролистав журналы мод!

На этот раз перед ней предстал граф Торнуик, который и распоряжался в магазине, пока Даглесс просто стояла в сторонке и наблюдала. Английские продавцы, казалось, прекрасно понимали, что имеют дело с аристократом, потому что рассыпались в подобострастных «да, сэр» и «нет, сэр».

Теперь такси было завалено пакетами с покупками. Тут были рубашки, брюки, кепи, ремни, изумительное пальто, два шелковых итальянских жакета, галстуки, роскошная кожаная куртка и даже полный набор вечерней одежды. Только когда они покидали пятый магазин, Даглесс начала стонать и жаловаться, тем более что теперь приходилось тащить тяжелую поклажу. Николас окинул ее пренебрежительным взглядом, словно желая сказать, что она настоящая зануда. Но ничего не сказал и секунду спустя пронзительно свистнул. Рядом немедленно остановилось такси. Даглесс подумала, что он способный ученик. Без всякой помощи с ее стороны он велел водителю везти их в очередной магазин, где также приобрел одежду. Даглесс заплатила за покупки, пока водитель нес пакеты в машину.

В час дня, когда она хотела предложить ему заехать куда-нибудь на ленч, Николас остановился перед огромной витриной, в которой была выставлена женская одежда. Посмотрел сначала на витрину, потом на Даглесс и почти втолкнул ее в магазин. Просто поразительно, как быстро вернулась к ней энергия!

Николас был щедр и прекрасно разбирался в дамской одежде. Вскоре все три продавщицы разбежались в поисках лучшего, что мог предложить магазин. Даглесс провела полтора часа в примерочной, стоя в одном белье, натягивая и снимая одно платье за другим. Когда они вышли из магазина, к покупкам добавились три пакета с ее одеждой.

Теперь оставалось найти подходящую обувь. Николасу нравилось удобство современной одежды, но жесткую кожу нынешних туфель он возненавидел с первой примерки. Больше всего ему пришлись по вкусу мягкие кожаные шлепанцы. Выйдя из третьего магазина, Даглесс убедила Николаса купить две пары безбожно дорогих итальянских туфель. Тот велел Даглесс купить что-нибудь и себе, но когда снял с полки четыре пары – модные ботинки на каблучках, уличные туфли, лодочки и мокасины, – она сказала, что он и без того слишком много тратит на нее. В ответ Николас пригрозил носить шлепанцы из махровой ткани, выданные отелем, пока она не купит все четыре пары. Даглесс, смеясь, согласилась.

В последнем магазине они купили багажные сумки, чтобы сложить все приобретения. Николас хотел кожаные, но, поскольку денег осталось совсем мало, Даглесс уговорила его остановиться на синих матерчатых сумках с кожаной отделкой.

К тому времени, когда они вышли из магазина, было уже три часа дня и все кафе, в которых можно было съесть ленч, закрылись. Тогда они купили хлеб, сыр и пироги с мясом и съели все это в такси, увозившем их в Ашбертон. И поскольку подобные манеры не вязались с аристократическими представлениями об этикете, Даглесс пришлось в который раз объяснять Николасу, что в этом нет ничего дурного. Кстати, она так и не смогла уломать его насчет поезда. Сама Даглесс считала, что им следует вернуться поездом, поскольку это куда дешевле такси. Но Николас заявил, что не собирается выступать в роли собственного лакея, таская по поездам сумки с вещами, поэтому их привезли прямо к дверям пансиона.

На обратном пути Николас впервые увидел английские шестирядные скоростные шоссе. Она не знала, как он относится к пролетавшим мимо машинам, но Даглесс они пугали. Самая низкая допустимая скорость на внутренней полосе была семьдесят миль в час, так что можно было только представить, какова самая высокая на внешней!

Через некоторое время Николас перестал глазеть на грузовики и задавать вопросы обо всем, что видит, и занялся маленькой видеоигрой, которую она купила ему, наскоро забежав в «Бутс». Искоса наблюдая за ним, она думала обо всех тех вещах, с которыми ему предстояло познакомиться: видеомагнитофоны, телевизоры, колесо обозрения, самолеты, космические ракеты, вся Америка: Мэн с его яхтами, юг, в существование которого можно поверить, только увидев собственными глазами, юго-запад с ковбоями и индейцами, Калифорния с…

Улыбаясь, она подумала о Голливуде и Форт-Лодердейле, американской Венеции. Она могла бы повезти его на северо-западное побережье Тихого океана половить лосося, покататься на лыжах в Колорадо и посмотреть на клеймение скота в Техасе.

Они приехали в свой маленький пансион до того, как она успела перечислить все вещи, которые хотела бы показать ему, и до того, как успела напомнить себе, что он с ней только временно. Но если Николас действительно ее рыцарь в сверкающих доспехах, возможно, он останется.

Николас велел водителю вытащить из такси сумки и поставить на лестничной площадке. Даглесс только собралась заплатить таксисту последними оставшимися от продажи монет деньгами, и пока вычисляла, сколько следует дать чаевых, сверху торопливо спустилась хозяйка.

– Он просидел здесь весь день, мисс, – возбужденно сообщила она. – Приехал утром и с тех пор не уходит. Он в ужасном настроении и говорит ужасные вещи. Я думала, вы и мистер Стаффорд женаты.