Секреты леди - Анна Бартон

Мышцы на правой ноге угрожающе напряглись. Так, начинается. Граф аккуратно сложил письмо Дафны, бережно убрал в нагрудный карман сюртука, а взамен из бокового кармана достал спасительную фляжку.

Прошло два дня, прежде чем выдался случай спросить о бароне Чарлтоне.

Полученный ответ послужил первым намеком на неблагоприятные обстоятельства.

Бенджамин и Хью объезжали поместье по самому короткому маршруту, который кое-как могла выдержать нога графа. Сопровождал господ управляющий Найджел Коултон – невысокий плотный человек с копной седых волос на голове.

– К западу от нас начинаются поля Чарлтона? – осведомился Бенджамин.

– Да, – подтвердил управляющий. – Прежде барон регулярно приезжал в деревню, но вот уже несколько месяцев его не видно.

Хью задумчиво покачал головой.

– Сквайр стареет. Наверное, с годами поездки приносят все меньше удовольствия. Может быть, плохо себя чувствует.

– А что делает его сын?

Управляющий презрительно сплюнул.

– Сына, Роуленда Хэллоуза, вижу часто. Бездельник целыми днями сидит в пабе «Еж и корона». Пьет без меры.

– А что он говорит об отце?

– Что бы ни говорил, веры ему мало.

Бенджамин покачал головой.

– Надо бы навестить соседа. Пожалуй, откладывать в долгий ящик не стоит, сегодня же и съезжу.

– И я с вами, – с готовностью вызвался Хью. – Судя по рассказам, Хэллоуз – изрядный негодяй. Если хватит лишку, неприятностей не оберешься.

Бенджамин с трудом сдержал усмешку. Не хватало еще, чтобы неоперившийся виконт считал своим долгом защищать его от распоясавшегося пьяницы. Однако вслух отреагировал иначе:

– Конечно, поедем вместе. В компании веселее. Хочу узнать, как поживает старина Чарлтон. Когда-то он любил охотиться с Робертом, да и меня считал дельным парнем.

Со дня приезда он впервые произнес имя друга. Оно сорвалось с языка само собой и повисло в воздухе. Наступило молчание: каждый из троих ушел в собственные, когда-то приятные, а теперь болезненные воспоминания.

Фоксберн заговорил первым.

– Когда Роберт… умер, Чарлтон прислал прочувствованное письмо. Надо поблагодарить.

Коултон глубже натянул шляпу на косматую седую голову.

– Если будет нетрудно, передайте, что надеюсь в ближайшее время встретиться с ним в деревне. Он не виноват в том, что сын вырос неблагодарной свиньей. У каждого дерева бывают дурные семена. – Управляющий потянул носом, как будто принюхивался. – С юга приближается гроза. Пора возвращаться от греха подальше.

Словно подтверждая предсказание, порыв теплого ветра взметнул конские гривы, а вдалеке послышался глухой, но отчетливый раскат грома. На душе сразу стало неуютно и тревожно.

Обострившийся на военной службе инстинкт предупреждал, что в Билтмор-Холле не все ладно. Возможно, неурядицы не имели существенного значения, и все-таки прием гостей следовало бы отменить. Почему-то не хотелось, чтобы Дафна хотя бы на короткое время оказалась в этом неспокойном месте.

К сожалению, в этот самый момент она скорее всего уже находилась в дороге.

– Завтра приедут мисс Ханикот и сестры Шербурн. – Хью положил в чашку кусок сахара и сел в кресло напротив Бенджамина, который тоже пил чай. Напиток не самый привычный, но граф решил, что во время визита к Чарлтону ясная голова на плечах не помешает.

Конечно, при упоминании о Дафне он сразу насторожился, однако постарался сохранить скучающее выражение лица.

– И остальные гости, наверное, тоже.

Хью заинтересованно склонился.

– Да, но, насколько могу судить, вас главным образом интересует присутствие мисс Ханикот.

Бенджамин сурово посмотрел поверх чашки на юнца, хотя понимал, что взгляд над золотым ободком стакана с виски оказался бы более впечатляющим.

– И почему же тебе так кажется?

– Видел вас рядом с ней на музыкальном вечере в доме Ситонов и в Воксхолл-Гарденз. Вы выглядели… счастливым.

Бенджамин едва не разлил чай.

– Счастливым?

– Ну, может быть, это и преувеличение. Во всяком случае, менее несчастным, чем обычно.

– К чему ты клонишь, Хью?

Лорд Билтмор поставил чашку на стол и переплел пальцы – точно так же, как это делал Роберт.

– Хотя мисс Ханикот мне очень нравится, – веско произнес он, – она ни разу не посмотрела на меня так, как смотрит на вас.

– Может быть, не будь ты ослом…

– Бенджамин, я говорю абсолютно серьезно. Считаю, что она к вам неравнодушна. С одной стороны, данное обстоятельство меня бесит, но с другой… с другой, считаю, что в вашей жизни не хватает такого человека, как она.

– Ради всего святого, Хью! Не хватало еще, чтобы ты занялся устройством моей личной жизни!

– Не осмеливаюсь мечтать ни о чем подобном. Просто хочу, чтобы вы знали: для меня мисс Ханикот не больше чем добрая приятельница. Признаюсь, когда-то надеялся на большее, но потом понял, что любовь должна быть взаимной.

Граф хотел отделаться небрежным замечанием – просто потому, что так поступал всегда. Но отговорка означала бы, что он отвергает благородное самопожертвование Билтмора. Он тоже поставил чашку и произнес:

– Роберт гордился бы таким братом.

Хью печально улыбнулся.

Чтобы развеять мрачное настроение, Бенджамин предложил:

– Как, по-твоему, до поездки к Чарлтону я успею обыграть тебя в бильярд?

Виконт встал и подал старшему другу трость.

– Подозреваю, для этого потребуется не одна попытка. Готов бороться до победного конца.

– С каждым днем ты становишься все увереннее. Роберт действительно порадовался бы.

А уже через несколько часов граф Фоксберн и виконт Билтмор стояли на крыльце дома барона Чарлтона. Старинный кирпичный особняк напоминал бы огромный ящик, если бы трудолюбивый плющ не заплел его по самые трубы. Издалека Бенджамин восхищался и глубокими эркерами на фасаде, и внушительной простотой архитектуры, однако при ближайшем рассмотрении выяснилось, что одна из ставен слетела с петель, а мощеная дорожка поросла высокими сорняками.

Хью дернул шнур звонка, и вскоре дверь открыла полная женщина – судя по связке ключей на поясе, экономка. Круглые очки повторяли форму румяных щек.

– Чем могу помочь? – с подозрением осведомилась она.

Виконт заговорил первым.

– Я лорд Билтмор, а это мой друг, граф Фоксберн. Я недавно вернулся из…

– Лорд Билтмор? – На лице экономки появилась осторожная улыбка. – Мы слышали о вашем приезде, сэр. Входите, пожалуйста. Я – миссис Парфит.