Повенчанные страстью - Николь Джордан

«Помнишь, что было между нами, Кэт? Ты помнишь, какой была та ночь?»

Кэтлин больно прикусила губу, но обнаружила, что не в силах отвести глаза. Она решила держаться, невозмутимо и сдержанно, но с замиранием сердца поняла, как нелепа ее решимость, как беспомощна она, когда дело касается Джейка. Она не могла избавиться от власти воспоминаний.

И Джейк, будь он проклят, прекрасно понимал это.

Он прищурил глаза, расплываясь в ленивой понимающей улыбке.

— Ты еще не поздравила меня с моим новым благородным занятием.

Кэтлин растерялась.

— О чем ты говоришь? — позабыв о правилах приличия, пробормотала она.

Джейк указал на жестяную звезду на кармане своей синей рубашки.

— Меня избрали на высокий пост. Похоже, маршал счел, что мой опыт обращения с оружием может пригодиться, когда придется улаживать здесь дела.

— Ты шутишь?

Джейк притворно оскорбился.

— Какие могут быть шутки, кошка? Незерсон назначил меня своим помощником — конечно, эта работа будет отнимать у меня только часть времени. — Он испытующе вгляделся в лицо Кэтлин. — Ты не одобряешь его решение? А я думал, ты будешь рада узнать, что теперь я для разнообразия примирился с законом.

— Рада? — Кэтлин поджала губы. — По-моему, это возмутительное лицемерие.

— Вот как?

— Незерсон всегда был против нас. Кроме того, он ваш приятель. Забыв о твоем чудовищном прошлом, он нарушил дух, если не букву закона.

— А мне показалось, ты говорила, что о прошлом не стоит вспоминать.

— Некоторые поступки, — возразила она, эхом повторяя недавние слова Слоуна, — невозможно простить, да и ни к чему их прощать. Насколько мне известно, ты — наемный убийца. Преступник.

Сдержанная улыбка тронула губы Джейка в ответ на пренебрежительное заявление Кэтлин.

— Разве ты забыла — в штате Колорадо я был оправдан.

Лицо Кэтлин исказила гримаса отвращения.

— Может быть, но ходят слухи, что ты признан преступником в Нью-Мексико и что тебя разыскивают по обвинению в ограблении банка.

— Ты всегда веришь всем нелепым слухам, Джульетта?

Кэтлин вспыхнула. Джейк не отрицал свою вину, когда она прежде расспрашивала его об ограблении. Это было так похоже на него — стремление разозлить ее да еще и уколоть побольнее, вспомнив давнее прозвище.

— Я приехала сюда не для того, чтобы обсуждать твое скверное прошлое, Джейк. — Ее глаза зло блестели, на щеках горел румянец.

— Зачем же ты приехала?

— Я хотела только поговорить с твоим братом.

Неторопливая усмешка раздвинула его четко очерченные губы.

— Тогда не позволяй мне останавливать тебя.

— Будь уверен, не позволю. — Стиснув зубы, Кэтлин перевела взгляд на Слоуна, который следил за перепалкой с выражением, чем-то напоминающим насмешливое удивление. — Если вы не против, давайте вернемся к нашему делу, мистер Маккорд, — натянутым тоном произнесла Кэтлин.

К ее изумлению, Слоун улыбнулся, и в этой искренней усмешке блеснуло то же мужское обаяние, которым отличался его младший брат.

— Пожалуй, вам следует называть меня Слоуном. Если мы хотим прекратить вражду, незачем придерживаться формальностей. Надеюсь, нам представится случай познакомиться поближе.

Обезоруженная Кэтлин медленно кивнула.

— Тогда прошу называть меня Кэтлин.

— А еще она отзывается на имя Кэт, — вмешался Джейк, — на «кошку» и на «ведьму». Правда, Джульеттой ее лучше не звать.

— Довольно, Маккорд! — вспылил Вернон. Кэтлин бросила в сторону Джейка испепеляющий взгляд, чувствуя, как ее щеки заливает яркий румянец смущения. Что подумает о ней Вернон, услышав от Джейка прозрачные намеки и прозвища?

— Слоун, — терпеливо произнесла она, — мне кажется, нам следует продолжить разговор наедине.

«Чтобы в него не вмешивался ваш несносный брат», — добавила она про себя.

— У меня нет секретов от Джейка. Он попросил разрешения присутствовать при встрече. И, помня о его репутации… — Слоун пожал широкими плечами, поудобнее устраивая ребенка на руках, — пожалуй, будет лучше не злить его.

Кэтлин поняла: этим ответом ей придется удовлетвориться. Слоун занял кресло напротив Кэтлин, удобно усадив свою дочь на коленях. Как и Джейк, он вовсе не выглядел ожесточенным и не внушал такой робости, когда с поразительной нежностью обнимал ребенка.

Вернон сел рядом с ней на диван, и Кэтлин благодарно взглянула на него, а потом, глубоко вздохнув и стараясь забыть о раздражающем присутствии младшего брата Слоуна, принялась излагать свой план перемирия между враждующими сторонами.

— Как я уже говорила, от этого выиграем все мы. Я хочу продать свое ранчо за хорошую цену, а это невозможно, если война не прекратится. Но в целом перемирие принесет пользу каждому скотоводу на этой территории. Если ущерб, причиняемый собственности, сократится хотя бы наполовину, мелкие ранчо станут процветать, вместо того чтобы едва сводить концы с концами. Но это еще не самое главное, — настойчиво убеждала Кэтлин. — Только подумайте, что значит жить в мире, Слоун! Какой станет жизнь, если террор наших отцов наконец-то закончится. Местные жители избавятся от страха. Вам не придется опасаться за будущее своей дочери. Не-

зачем будет бояться, что какой-нибудь овцевод решит отомстить вам, избрав ее мишенью.

— Я внимательно слушаю вас, — проговорил Слоун.

Кэтлин вздохнула с облегчением, понимая, что всерьез завладела его вниманием.

— Если мы не порвем с прошлым, ни у кого из живущих здесь не будет будущего.

— Как же вы предлагаете остановить войну, продолжающуюся уже двадцать лет?

Кэтлин в досаде скривила губы.

— Пока не знаю, но должен же быть какой-то способ! В непрекращающемся насилии невозможно обвинить одного человека, вражда стала неуправляемой. Каждую неделю случаются трагедии, от которых страдает та или иная сторона. Стоит им встретиться, и вспыхивают перестрелки и драки. Месть не угаснет сама по себе. Надо остановить ее. И я думаю, начать надо с вас, Слоун.

Он выжидательно поднял бровь.

— Вы могли бы прекратить насилие, если бы захотели, — настаивала Кэтлин. — Ваши сторонники послушаются вас. Вы могли бы поговорить с ними, предложить перемирие. Они достаточно доверяют вам, чтобы последовать вашему примеру.

— А вы, как дочь Адама Кингсли, сумеете справиться с овцеводами?

— Не знаю, но я попробую.

— Так что же вы предлагаете?

— Если бы все мы сразу сложили оружие… может, создали бы нечто вроде совета, в котором члены обеих сторон решали бы споры…