Легкомысленные - С. Стивенс

– Дженни…

Она отстранилась и ласково посмотрела на меня в ожидании продолжения. Дженни была просто чудо, и, взирая на нее, я вконец испугалась. Скорее всего, она не поймет… Ее отношение ко мне изменится. Может быть, она даже подумает обо мне худшее и вычеркнет меня из списка подруг. Часть меня сомневалась в столь строгой оценке моего поступка, но в этот момент я сама себя проклинала и не хотела рисковать усугублением этого мнения со стороны. Нет, я никому не могла рассказать о Келлане.

– Спасибо, что выслушала.

– В любое время, Кира.

Она улыбнулась, еще раз обняла меня, и мы вернулись к работе.

Через полчаса с порога донесся звук, заставивший меня окаменеть: раскатистый хохот Эвана. Следом быстро вошел Мэтт, тоже со смехом. Я неподвижно смотрела на них. Двое пришли, двоих еще не было. Гриффин нарисовался через пару секунд, откровенно взбешенный. Он зыркнул на Эвана и Мэтта, которые явно продолжали потешаться над ним. Гриффин показал им средний палец и устремился к обычному столику ребят. Я продолжала глазеть на дверь, тогда как Эван и Мэтт, по-прежнему не в силах успокоиться, последовали за Гриффином.

Остался один.

Я смотрела на дверь, но ничего не происходило. Встряхнув головой и чувствуя себя глупо, я осознала: Келлан не придет. Что же, он и в баре меня избегал? Это почему-то казалось хуже, чем если бы он сторонился меня дома. На мои глаза вновь навернулись слезы.

Дженни положила руку мне на плечо:

– Ты плохо выглядишь… Все в порядке?

Я моргнула сквозь слезы:

– Да, все нормально.

Недавний эмоциональный раздрай начал сказываться: я выбилась из сил.

Дженни заметила это.

– Кира, иди домой.

Она стала разворачивать меня к подсобке.

– Иди. Сегодня пусто. Я тебя прикрою.

Дженни продолжала придерживать меня за плечи, пока я не достигла коридора, который вел в подсобку.

– Честное слово, Дженни, это не обязательно.

– Знаю, знаю… Ты крутая, тебе все нипочем… – Она насмешливо улыбнулась. – Иди домой, вот и все… А завтра, если захочешь, подменишь меня и я уйду пораньше.

Я улыбнулась: эта мысль показалась мне отличной, ведь я вдруг почувствовала чудовищную усталость.

– Да… Хорошо, заметано.

Обратной дороги я не помню. Я только что прощалась на парковке с Дженни, которая обещала проведать меня на следующий день, и вот уже приблизилась к подъездной дорожке, смотря на пустой участок, где обычно стояла машина Келлана. Все еще не дома. На миг я почувствовала себя раздосадованной, а потом, ощутив еще бóльшую усталость, поплелась в дом и поднялась к себе. Там я быстро переоделась ко сну и рухнула на постель. Прежде чем я отключилась, из моих глаз выкатилось еще несколько слезинок.

Мне показалось, что прошло всего несколько секунд, когда меня разбудили легкие шаги по ступенькам. Келлан наконец пришел. Я посмотрела на часы – десять минут двенадцатого. Может быть, он решил, что я уже крепко сплю и мы не увидимся. Я сдержала внезапные слезы одиночества. Надо было остаться на работе…

Неожиданно дверь в мою комнату приоткрылась. Отлично: он таки вознамерился попросить меня на выход и хотел сделать это прямо сейчас. Что ж, достойное завершение прекрасного дня. Давай же, Келлан, мое сердце уже разбито, будь добр, разорви его в мелкие клочья. Если он подумает, что я сплю, то может отложить дело до утра и уйти. Эта мысль внушила мне искру надежды, и я лежала совершенно неподвижно, стараясь дышать неспешно и ровно.

Не тут-то было. Он уже сидел на постели рядом. «Козел», – раздраженно подумала я. Он что, и вправду не мог подождать и вышвырнуть меня утром? Я подавила настойчивое желание вздохнуть и сказать ему, чтобы ушел, что завтра я съеду, что я не собираюсь причинять ему неудобства. Но я все надеялась, что он вот-вот уйдет, и продолжала прикидываться спящей.

Его рука легла на мое плечо, и мне пришлось резко дернуться, чтобы уклониться от его прикосновения.

– Кира?

В мои мрачные мысли вторгся акцент, родной до невозможности.

Я потрясенно открыла глаза, перевернулась и уставилась на пришельца.

– Денни?..

Немедленно подступили слезы. Мне снится? Он настоящий?

Он улыбнулся с блеском в глазах.

– Что… как… почему?.. – В изумлении я не могла изъясняться связно.

Денни погладил меня по щеке, смахнув с нее слезу.

– Ты мое сердце. – Вот все, что он сказал.

Всхлипывая, я села и обняла его за шею.

– Денни… – Мне было сложно говорить. – Я так виновата…

Мысленно я намного больше винила себя за то, что случилось с Келланом, чем за ссору, но не собиралась признаваться в этом.

– Ш-ш-ш… – Он прижал меня к себе, нежно баюкая и гладя по голове. – Я здесь… Все в порядке.

Я отстранилась, чтобы взглянуть на него, и увидела, что он тоже плакал.

– Ты вернулся ради меня?

Он вздохнул и отвел локон с моего уха.

– Конечно. А что, могло быть иначе? Думала, я позволю тебе ускользнуть? Я люблю тебя…

Его голос чуть надломился на последних словах.

Я проглотила комок.

– А твоя работа?

Он снова вздохнул:

– Я отказался.

Меня вдруг захлестнуло отчаяние из-за моего эгоизма. Два года… Прошлым вечером они показались вечностью, но с Денни в моих объятиях они предстали до смешного недолгим сроком.

– Прости, пожалуйста. Я не сдержалась. Конечно же, ты должен согласиться. Позвони им! Два года – ерунда. Это твоя мечта…

К моему чувству вины начала примешиваться паника.

– Кира… – Он перебил меня. – Они уже взяли кого-то другого.

– Ох. – Я закусила губу. – А твоя стажировка?

Денни в очередной раз вздохнул:

– Они отдали мое место, когда я согласился на работу.

Когда я осознала сказанное, у меня не осталось слов. Он пожертвовал всем ради меня. Волшебной стажировкой, из-за которой мы приехали в Сиэтл, работой, шанс на которую выпадает раз в жизни, какую вообще не предлагают стажерам. Все сгинуло, потому что я не могла подождать каких-то два года, а он не хотел меня терять.

Я вновь разразилась слезами горя и сожаления.

– Прости. Прости меня, Денни. Прости…

Я повторяла это снова и снова, а он прижимал меня к своему плечу. Когда я закончила сокрушаться из-за собственного эгоизма, слезы хлынули по другому поводу – из-за ночи, проведенной с Келланом.

Денни просто обнимал меня, твердя, что все образуется, мы вместе, а остальное не важно. В конце концов – пожалуй, больше, чтобы отвлечь меня, чем для чего-то еще, – он притянул меня за подбородок и крепко, страстно поцеловал.