Шейх - Конни Мейсон

Не веря в свою удачу, Зара почти бегом приблизилась к краю площадки и окликнула бородача. Тот степенно подошел и слегка наклонил голову в знак приветствия.

— Что желает госпожа? Посмотреть моих верблюдов?

— Я — Зара, дочь кади Юсуфа, — быстро заговорила, мысленно проклиная чадру, которую ее заставил надеть Хамет. — Твое имя Рашид?

Бородач кивнул.

— Слушай внимательно, у меня мало времени, и делай вид, будто мы обсуждаем твоих верблюдов — за мной следят.

Рашид снова кивнул и негромко спросил:

— Как дела у твоего отца? Мне очень жаль, что все так вышло. Чем я могу помочь?

— Достань мне сонного зелья. Сильного, но не смертельного. Сможешь? И если да, то как быстро?

Рашид с широкой улыбкой демонстративно похлопал по бабке ближайшего верблюда, словно расхваливая его.

— Я знаю, где раздобыть то, что тебе нужно. Дай мне час. Походи по базару, потолкайся у гадалок, но сюда больше не возвращайся. Я сам найду тебя.

Зара кивком поблагодарила его и под пристальными взглядами своих стражей пошла назад. Солдаты, похоже, ничего не заподозрили, и это было самым главным сейчас, когда она была так близка к цели.

Следуя совету Рашида, девушка еще некоторое время торговалась с купцами, выбирая совершенно ненужные ей ткани и драгоценности, затем задержалась ненадолго перед факиром с забавной обезьянкой, а потом направилась к пестрым шатрам гадалок.

Когда, по ее подсчетам, минул час, она начала беспокоиться, что бородач не смог сдержать свое обещание. Какой-то маленький оборванец, протолкавшись сквозь толпу, принялся клянчить у нее денег, а когда один из стражников замахнулся на него, вцепился в рукав ее джеллабы, словно ища защиты. Девушка инстинктивно отстранилась, и мальчишка в испуге снова смешался с толпой.

— Пора возвращаться, — буркнул второй солдат. — Хамет сказал, чтобы мы долго не задерживались.

— О, еще совсем немного! — взмолилась Зара, в панике озираясь по сторонам.

Прошло еще около получаса, но Рашид так и не появился. Тяжело вздохнув, принцесса покорно поплелась за своими конвоирами. Все ее надежды пошли прахом.

У самых ворот деревни сидел калека, судорожно прижимая к груди глиняную миску со скудным подаянием. Он совсем не был похож на наглых базарных попрошаек, и девушке стало жаль беднягу. У нее в кармане осталось несколько мелких монет, и она уже полезла за ними, когда ее рука вдруг наткнулась на какой-то крохотный узелок. «Откуда он мог взяться? — удивилась Зара, и вдруг ее осенило: — Мальчишка!» Стараясь ничем не выдать себя перед солдатами, Зара быстро бросила деньги калеке и сама не своя от радости бросилась их догонять.

* * *

— Ну как, тебе понравился деревенский базар? — спросила девушку Нафиса, когда та вернулась в гарем.

— Да, он развлек меня, — весело ответила Зара. — Я уже начала забывать, что мир не ограничивается стенами этого дворца.

— Вот и хорошо. А теперь тебе надо хорошенько отдохнуть, ты ведь, надеюсь, не забыла, что сегодня ночью Джамал снова позовет тебя.

Зара покорно кивнула в ответ и ушла к себе. Там она сняла джеллабу, вынула из кармана узелок, села на край постели и принялась изучать его содержимое. В нем оказался бурый порошок. «Интересно, — подумала она, — сколько надо подсыпать Джамалу, чтобы он крепко уснул, но не причинить ему при этом вреда?»

Внезапно дверь распахнулась, и на пороге появилась Саха. Зара быстро сунула узелок подлежащую рядом джеллабу и удивленно подняла глаза.

— Я принесла тебе холодного шербета, — сказала наложница и протянула ей высокий стакан с рубиновой жидкостью. — На базаре всегда так жарко, да и дорога туда утомительна; уж я то знаю.

Зара удивилась еще больше. В этой неожиданной доброте было что-то подозрительное. Но, может, Саха поняла, наконец, что была несправедлива к ней, и пришла предложить свою дружбу?

— Спасибо за заботу, — ответила она. — Похоже, твое мнение обо мне несколько изменилось?

— Да как сказать… — замялась Саха. — Джамал увлечен тобой, и всем нам, так или иначе, приходится с этим считаться. Наш господин добр, но вспыльчив, и мне бы не хотелось вызвать его гнев тем, что я недостаточно терпима с тобой. Но надеяться тебе особенно не на что. Настанет день, когда ты ему надоешь, и он вернется к нам. Пойми это и не расстраивайся, так было всегда.

Ее слова звучали вполне убедительно, и Зара кивнула. Ее и саму не раз тревожила мысль о том, что будет с ней, когда любвеобильный шейх пресытится и захочет разнообразия. Впрочем, теперь это уже не имело никакого значения скоро она покинет гарем навсегда. Однако, не смотря на внезапное дружелюбие Сахи, принцессе и в голову не пришло делиться с нею своими планами.

Она с благодарной улыбкой взяла стакан с ледяным напитком и уже поднесла его к губам, когда дверь настежь распахнулась, в комнату вихрем влетела Нафиса и одним ударом выбила стакан из ее рук.

Зара опешила от неожиданности, с изумлением глядя на расползавшееся по палевому ковру кроваво-красное пятно.

— Что ты наделала, Саха? — вскричала Нафиса, наступая на наложницу, испуганно забившуюся в угол. — Несчастная! Джамал убьет тебя за это!

Когда до Зары наконец стал доходить смысл происходящего, она почувствовала, что ее сотрясает озноб.

— Умоляю тебя, не говори ничего господину! — слезно молила Саха, воздевая руки к небу. — Ведь ничего не случилось!

— Не случилось?! — задохнулась от возмущения Нафиса. — Да ведь ты пыталась отравить ее! А что, если бы я случайно не подслушала разговор Лейлы и Амар? Они ведь все знали! А если бы я опоздала? О нет, я все расскажу Джамалу!

— Так там был яд? — еле вымолвила Зара, когда к ней вернулась способность говорить. — Но почему? Я же не сделала тебе ничего плохого!

— Это верно, — разрыдалась Саха. — Но Джамал предложил тебе то, о чем каждая из нас могла только мечтать, — стать его женой!

— Откуда тебе это известно? — изумилась принцесса.

— Какая разница? Все об этом только и говорят… Здесь не бывает секретов.

— Убирайся отсюда! — крикнула Зара, чувствуя, что вот-вот расплачется. — Я не хочу видеть тебя!

— Ты скажешь Джамалу? — в ужасе пролепетала Саха.

— Я ему скажу, — пообещала Нафиса. — А теперь и, правда, убирайся. Иди к себе и жди решения господина.

Саха всхлипнула и выбежала вон.

— Что ее ждет? — негромко спросила Зара. — Это решать Джамалу. То, что она пыталась сделать, не может остаться безнаказанным.

Девушке не было жаль Саху, но, даже если бы она и могла ее простить, помочь ей она все равно ничем не могла.

— Больше тебе нечего бояться, — уверенно сказала Нафиса. — Я прослежу, чтобы ничего подобного больше не повторилось.