Заноза для декана - Юлия Оайдер

Пока жду доставку, Эдгар продолжает показывать мне квартиру и объяснять бытовые тонкости. Например, как включать конкретно эту стиральную машину и как пользоваться кофеваркой.

Ловлю себя на мысли, что если сначала этот “хайтек” меня удивлял и казался интересным, то сейчас начинает подбешивать. Сплошной минимализм, черное да белое, ни одного яркого пятна! Ну, кроме меня и цвета моих волос сейчас. Неужели вот его не бесит это однообразие?!

Черная кухня, стальная техника, белая мебель - все в том же стиле. В духе “скучного Эдгара”. В ванной комнате даже полотенца белые, без каких-либо заморочек, вместо классической ванны сделан душ в виде огромной стеклянной коробки. Спальня вообще не до конца отремонтирована, есть в ней только электронные часы на тумбочке и огромная постель с мягким изголовьем.

Возможно я придираюсь и как последняя гадина цепляюсь к мелочам, но здесь же скучно. Все здесь безумно дорогое, я уверена, но жить здесь невозможно. Ни один нормальный человек не выдержит такого однотонного безобразия. Хотя… Если посмотреть на Эда, регулярно торчащего на работе, и по рассказам Яна представить портрет бывшей девушки профессора - они в этой квартире разве что ночевать собирались, трудоголики.

После подробной экскурсии запираюсь в комнате и переодеваюсь. Не нахожу ничего лучше, чем надеть футболку Беликова. Завязываю край узлом, обнажая живот, и завершаю образ джинсовыми шортами с высокой талией. Разглаживаю тонкую ткань футболки, поправляю горловину и вдыхаю запах мужчины. Он тотчас окутывает меня, дурманит разум и путает мысли, но мне удается разогнать эту томную дымку. Когда выхожу из спальни, сразу натыкаюсь на изучающий взгляд мужчины и широко улыбаюсь.

- Мой трофей, - подмигиваю я.

- Тебе придется ее вернуть, это одна из любимых, - спокойно произносит он, стоя в дверном проеме на кухню.

- Прямо сейчас? - берусь за край футболки и чуть тяну вверх.

Шутка не удалась, ведь взгляд Беликова темнеет, а челюсти плотно сжимаются, тем самым заостряя скулы. От праведного гнева меня спасает звонок в домофон.

Что ж, вся прелесть центра города в том, что доставка сюда доходит быстрее, чем куда-либо. Две горячих пиццы с напитками прибывают к нам в течение указанного часа и я отношу их на кухню. Беликов порывается расплатиться, но я не позволяю ему этого сделать, чтоб совсем уж нахлебницей не считал.

Открываю ящик с посудой и разочарованно вздыхаю: черно-белые тарелки и кружки, кто бы сомневался. Беру две тарелки и две кружки под напитки, стаканов тут не водится, начинаю раскладывать пиццу и придвигаю какому-то отрешенному Беликову одну из тарелок.

- Слушай… Я очень благодарна, что ты позволил мне тут жить, - говорю я. - Серьезно, очень! Но тебе не кажется, что все вот это слишком… Ну, не знаю, однообразно?

Эдгар откидывается на спинку стула и, положив ногу на ногу, поднимает на меня взгляд. Настолько непонимающий, аж создается впечатление что он меня не слушал.

- Прости, что ты сказала? - переспрашивает он.

Смотрю на мужчину и… С ним определенно что-то не так и это напрягает. На душе тревожно за его эмоциональное состояние. Он слишком замкнут и одновременно рассеян, возможно ли такое?

- Ничего. Спасибо, что снова помог, - улыбаюсь я и сажусь рядом с ним.

- Квартира все равно пустует, а так хотя бы тебе не придется искать ночлег, - как заученную фразу снова повторяет Эдгар.

Откусываю кусок пиццы и задумчиво рассматриваю мужчину. Может быть достаточно гадать, что с ним, а просто спросить?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍