Как правильно разводиться - Ксения Васёва

У дверей он догнал меня.

- Я в самом деле тебе нравился?!

Стрельнув глазками в мужа, на пару секунд прижалась к его груди. Не заигрывая, а... для полноты эффекта!

- Увы, дорогой, я такая забывчивая. Теперь мы уже никогда не узнаем, кто мне нравился!

Судя по яростному взгляду, Елисеев добавил пытки строптивой жены в свой график. Обойдётся! Некоторые вещи останутся в прошлом.

Тем более, что в настоящем проблем хватало.

Выясняя отношения, мы не заметили молоденького полисмена, занявшего оборонительную позицию в фойе. Он бдил, крепко закрыв глаза и угрожающе похрапывая. Голова стража закона покоилась на спинке гостевого дивана. Вообще диван в нашей студии считался народным средством от бессонницы - на нём постоянно кто-нибудь да засыпал.

Вот и полицеский попался в коварные сети.

- Бедняга, - поцокал муж,  - пойдём, не будем мешать. Пусть выспится.

Хмыкнув, я покорно направилась к лестнице. Мой кабинет, как и другие административные помещения, располагались на третьем этаже. Но полиция зачем-то собрала девушек в большом холле на втором. Регина, вымученно улыбаясь, стояла рядом с мужчиной в форме. Его напарник, помоложе и носатый, скучающе подпирал стенку.

- Вы кто такие?! - громогласно прозвучало на весь холл, когда мы подошли. - Почему пропустили?!

Меф мягко сжал мою ладонь и задвинул за спину.

- Кто я такой?! - рявкнул он, что не только девочки - недовольный полицейский дрогнул, а носатый едва не принял боевую стойку: - Это вы кто такие и что забыли в моей студии?! Где повестка?! Где ордер на обыск?! Какого чёрта работа остановлена?! Да вы знаете, сколько денег я потерял по вашей вине?! Где удостоверения?! Я сейчас же позвоню Ольгинскому!..

Видимо, фамилия была полисменам знакома - оба разом утратили важный вид и насупились. Пока Елисеев ругался - с огоньком и удовольствием - я повернулась к девочкам. Рыженькая Настя вела утренние группы танго, а хрупкая шатенка Лера - классический танец у детей. У Регины ранних занятий не было, но в последнее время она занималась студией вместо меня.

Кроме танцовщиц полицейские вытащили из логова бухгалтершу - знойную даму в годах, заинтересованно наблюдающую за моим мужем, и уборщицу с охранником, которых я не заметила сразу.

- Гражданин, успокойтесь! - наконец очнулся носатый и достал корочки: - старший лейтенант Юрков, а вы кто такой?.. Паспорт покажите!

- Елисеев Мефодий Романович, хозяин студии.

Он не договорил, а я уже попала под дружный прицел взглядов. Ещё бы. Объявить, что у нас сменился владелец, я банально не успела.

Сама узнала неделю назад!

- Вы хозяин?.. - Юрков задумчиво полистал паспорт Мефа: - А девушки утверждали, что главная - некая Алёна Рудова.

- Елисеева, - поправил муж сердито. Вспомнил, наверно, как я представилась на совещании, - она управляющая студией.

- Ваша супруга? Это вы, как я полагаю? - он повернулся ко мне. Кивнула, протягивая паспорт.

- А ваши подчинённые не в курсе, что вы сменили фамилию? - с плохо скрытой ехидцей осведомился второй полицейский. Мне он не понравился - этакий всезнающий лис с хитрой мордой, желающий непременно сунуть свой нос в чужие дела.

Подчинённые, к слову, были в курсе - шило в мешке не утаишь, особенно после моих нелепых отношений с Вадимом. Но звали как раньше, Рудовой, да и я не исправляла.

- Я вышла замуж недавно, ещё не привыкла, - ответила, пожав плечами, - к тому же, как хореограф я больше известна под старой фамилией.

- Вы не объяснили, - холодно прервал меня Елисеев, обращаясь к полицейским, - какого чёрты вы забыли в моей студии?! Довели жену до истерики, сорвали меня с важного совещания, напугали персонал!

- Мы расследуем убийство Таисии Тишковой...

- Замечательно, - сквозь зубы процедил Меф, - и при чём здесь моя жена?! Она подозреваемая? Свидетель? Почему ей не сообщили о визите и не позволили вызвать адвоката?.. Не говоря уже о том, что она не обязана отвечать на ваши вопросы. Личное дело Тишковой вы можете получить у алёниной заместительницы. Это всё, господа?..

... Я примерно понимала, в чём был замысел. Напугать несведующих танцовщиц, надавить посильнее и получить последние сплетни на блюдце. Топорно, конечно, зато быстро и действенно. Но Регина скорее всего перевела стрелки на меня, а я подложила полицейским такую свинью в лице Елисеева. То, что у студии есть серьёзный и кусачий владелец, никто не потрудился узнать.

- С вашего позволения, мы всё-таки хотели бы опросить Алёну Генриховну и остальных сотрудниц, - вывернулся Юрков. В силу возраста он явно был не главным в паре, но соображал намного лучше "коллеги".

- Если девушки согласны, опрашивайте. А моя жена будет общаться с вами только по повестке и в присутствии адвоката, ясно?..

В форс-мажорных случая отец обычно присылал юристов, но ни разу не защищал меня... так, словно я была хрустальной вазой. Леска бы расфыркалась, мол, что за домостройные замашки со стороны Елисеева, а у меня по-глупому потеплело на душе.

- Всё в порядке, Меф - я положила ладонь на плечо мужу, - я могу ответить на ваши вопросы, господин Юрков. Пойдёмте в мой кабинет.

В кабинете хозяйничал сухой затхлый воздух. На мгновение я смутилась - со всякими Безумцами и Грифонами совершенно забыла про студию. Уборщицу я пускала только в часы своей работы - и конечно, пока меня не было, она не убирала. На столе уже вовсю танцевали пылинки, а с окна натекла лужица. Я даже примерно не могла представить, почему моё окно текло!..

Кошмар.

Первым делом дёрнула за ручку, впуская в кабинет свежую нотку дождя. Жить стало легче, но холоднее. Впрочем, если Юркову не нравится, это его проблема.

- Регин! - крикнула я. Заместительница нарисовалась в дверях через пару секунд - девочки ещё не отошли от елисеевского шоу и ждали продолжения "банкета". Увы, у меня были другие планы: - Попроси кого-нибудь сделать чай с лимоном для меня и... что вы будете?

- Кофе. Черный, - буркнул Юрков. Он забавно нахохлился, догадываясь, что утратил статус хозяина положения. Хотя бы потому, что мой муж милостиво разрешил нам поговорить и потому, что я согласилась говорить с ним - но не с его напарником. Мы диктовали условия, что сильно выбивало мужчин из колеи.

- И кофе, - добавила я, - если у нас есть печенье или сэндвичи, тоже неси!

Когда за Региной закрылась дверь, я вернулась к своему столу. Закинула ногу на ногу и пристально посмотрела на Юркова.

Лет тридцати на вид, возмутительно бодренький и симпатичный. Ещё не округлившийся и не лысеющий. Под кепкой обнаружились светлорусые кудри, прямо как у ангелочка. Сидел он бука букой - пардон, серьёзным полисменом - но готова поспорить, с улыбкой окажется очаровательным зайчиком.