Всегда есть выбор - Дебора Симмонз

Рейли почувствовал, как начинает краснеть. Он поймал себя на том, что мог и сам участвовать в таких разговорах. Однако сейчас он стал с жаром это отрицать:

— Побойтесь Бога, Джейн, вы рассуждаете так, будто вы уродина. Вы молодая женщина и достаточно привлекательная. Посмотрите в зеркало и убедитесь сами!

— Благодарю покорно! Я и не жду, чтобы вы меня поняли, где уж вам! — Подбоченясь, она смотрела на него через эти ужасные очки. — О, Тщеславие, имя тебе — Рейли!

— Вы считаете меня тщеславным?

— Я в этом уверена!

Рейли глянул на свой расшитый жилет и бриджи, потом поднял глаза на Джейн.

— Если я люблю красиво одеваться, то, по-вашему, я тщеславен.

Рейли считал своим другом маркиза Рота, которого называли самым красивым мужчиной в Англии. Тому приходилось отбиваться от женщин, которые невероятно раздражали его жену. Уиклиф, не пользовавшийся таким же успехом у противоположного пола из-за некоторой сдержанности, все же не лишен обаяния. А Себастьян, граф Ревенскар, продолжал свои похождения, несмотря на женитьбу.

Рейли никогда не ставил себя в один ряд с ними. Он не был ни столь же высоким, ни столь же красивым, ни умным и, уж конечно, не таким же богатым. Он смотрел на свою жену с явным любопытством. А она встала перед ним, уперев руку в бок и рассматривая его в воображаемый лорнет, — вылитый самовлюбленный денди.

Рейли расхохотался. Джейн положительно с каждой минутой становится все восхитительней!

— Великолепно! — воскликнул он, хлопнув в ладоши. — Но я не тщеславен. Мне просто нравится хорошо выглядеть. Разве это преступление? Я, по крайней мере, стараюсь показать себя с лучшей стороны, а вы — с худшей. Зачем скрывать то, чем на самом деле вы можете гордиться? — добавил он более мягко.

Джейн состроила презрительную гримасу и отвернулась. Потом, словно передумав, она снова взглянула на него.

— К тому же вы слишком много разговариваете, — бросила она.

До Рейли стало доходить, что Джейн, видимо, сконфужена тем, что всего несколько мгновений назад он целовал ее. Она столько лет воспитывала в себе сдержанность, что ей нелегко признаться в страстности своей натуры.

— Вам, вероятно, больше импонирует какой-нибудь байроновский тип мужчин или, наоборот, угрюмый молчун.

Рейли ссутулился, опустил согнутые в локтях руки и прошелся по комнате, издавая нечленораздельные звуки, как какой-нибудь безмозглый поденщик.

Джейн сначала прикрыла рот рукою, чтобы сдержать улыбку, но не выдержала и разразилась звонким смехом, от которого кровь Рейли забурлила, как молодое, пьянящее вино. Но что-то в его взгляде напугало Джейн: она умолкла и отступила. И будто желая снова установить между ними дистанцию, сказала сердито:

— Хватит притворяться!

— Притворяться? — удивился Рейли.

— Веселитесь, словно женитьба нисколько вас не беспокоит. Вы должны меня презирать.

Слова Джейн привели Рейли в изумление. Да, сначала он сожалел о том, что потерял свободу, но горечь, которую он испытал в день свадьбы, прошла. Он даже не заметил, как это произошло. А теперь он почти доволен своей судьбой.

Джейн, возможно, спасла его от брака с какой-нибудь холодной занудой, которую выбрала бы для него мать.

Джейн не такая уж красавица и не очаровательна, как некоторые женщины, но она… Джейн. Сейчас он сожалел лишь о том, что женился не по любви. Он устроил так много подобных браков и рассчитывал, что когда-нибудь кто-то сделает то же самое для него.

Хотя его родители все время на него давили, требуя, чтобы он позаботился о наследнике, Рейли отшучивался, надеясь встретить женщину, которая поразила бы его воображение. У него было много женщин, но ни одна не тронула его сердце.

Рейли беспомощно пожал плечами, что еще больше распалило Джейн.

— А вас презираю. Если бы не ваша безответственность, если бы вы не напились и не перепутали бы комнату, я бы все еще жила дома…

— И что бы вы там делали? — поинтересовался Рейли, задетый словами Джейн. — От чего именно я вас оторвал, Джейн? — Его вдруг осенила страшная догадка, и он схватил ее за плечи. — У вас был другой? Молодой человек?

Джейн отчаянно замотала головой, а Рейли почувствовал странное облегчение.

— К вашему сведению, я не испытываю к вам презрения. Я всегда стараюсь извлечь максимум пользы из любой ситуации. Моя женитьба вполне меня устраивает.

Джейн это признание не успокоило. Наоборот.

— Вам вообще на все наплевать, не так ли?

— В чем дело? Вы хотите, чтобы я все время злился?

— С вами бесполезно разговаривать. — Она попыталась освободиться, но он держал ее крепко.

— Я такой, какой есть, Джейн. Я никогда не притворяюсь. Мне жаль, что вам не нравится мой характер.

— Я его просто не понимаю, — промямлила она, отворачивая голову.

— Что именно вы не понимаете?

— Как вы можете относиться ко всему так… легкомысленно? Это меня просто сводит с ума. Вы уверяете, что довольны нашим браком. Вам вообще было все равно, на ком жениться? Неужели вы настолько равнодушны?

— Нет, Джейн. Мне очень повезло, что именно вы оказались со мной в одной постели. — (Джейн покраснела, не смея взглянуть на него.) — И хоть вы страшная колючка, я нахожу вас восхитительной. Вы как подарок в простой оберточной бумаге: развернешь — а там что-то сверкающее и бесценное.

Рейли почувствовал, как Джейн затаила дыхание, и еще крепче сжал ее плечи. Он боялся, вдруг она его оттолкнет. У него даже мелькнула мысль, что он ее недостоин.

Но грудь Джейн под невзрачным платьем вздымалась и опускалась, а на лбу выступили капельки пота. Рейли захотелось снять с Джейн очки и покрыть поцелуями каждый дюйм ее лица, чтобы она перестала хмуриться и расслабилась. Он стал медленно склоняться над ней, но тут что-то холодное и мокрое упало ему на голову.

Вздрогнув, он посмотрел вверх: большие, тяжелые капли падали с потолка ему на белую рубашку, растекаясь грязными пятнами.

— Боже! Да это крыша течет. Надо позвать Пэг, чтобы подставила ведро!

Джейн уже вырвалась и бежала к двери. Может, в Крейвен-Холле и вправду есть духи или призраки, подумал Рейли: всякий раз, как он собирается поцеловать Джейн, что-нибудь мешает. И всякий раз это связано с каким-нибудь унижением для него лично. Не то чтобы его это волновало, но все же…

Дождь хлестал в окна. Рейли посмотрел на потолок. Глядя на расползавшееся темное пятно и висевшую клочьями штукатурку, он был почти уверен, что видит ухмыляющуюся физиономию дядюшки Корнелиуса.