Любовь без преград - Моника Маккарти

И он не назвал ее сестрой.

Джанет ухаживает за прокаженными? О Боже! Похоже, эта девушка не способна избегать опасности. Как говорится, из огня да в полымя — это про нее. Прижимая Джанет к себе, Юэн чувствовал, как пылает его тело.

Он отпустил ее, как только они скрылись за самым дальним домом, и развернул ее лицом к себе. Внутри у него все сжалось. Он уже забыл, какая она красивая. Он наблюдал за ней лишь издалека и не был готов снова увидеть ее так близко. С яркими глазами и порозовевшими от холода щеками, леди Джанет Мара являла собой образец жизнерадостной и здоровой сельской жительницы. Он плотно сжал губы. Она выглядела гораздо здоровее той девушки, какую он предполагал увидеть. Той девушки, которая доставила ему столько хлопот и из-за которой он испытывал беспокойство (не страх, черт побери!).

Выполнение этого задания с самого начала сопровождалось многочисленными неприятностями. Как только он и трое его собратьев-гвардейцев покинули корабль на побережье Эйршира, они сразу столкнулись с английским патрулем в Дугласдейле. Как правило, патруль из дюжины воинов не мог доставить много хлопот четырем шотландским гвардейцам, но после нескольких месяцев сражений с армией Эдварда они были уставшими и помятыми. И Юэн не был исключением. Он еще не оправился после ранения в ногу, полученного во время поисков некоторых людей Брюса, которые участвовали в бою вблизи замка Резерфорд, и даже Ангел не смогла полностью вылечить его рану.

Ранения от стрел и пик, порезы от мечей, сломанные боевыми молотами и булавами кости — все это мешало им успешно противостоять патрулю. Иначе чем объяснить то, что одному из англичан удалось сбежать и спрятаться в стенах замка Дуглас, прежде чем Юэн, Маклин, Сазерленд и Маккей смогли схватить его?..

К сожалению, это столкновение привело к появлению слухов о «призраках Брюса», так что их присутствие перестало быть тайной. Бог знает, сколько английских солдат теперь их искали, так что нужно было соблюдать особую осторожность.

Тем не менее, несмотря на возросшую опасность, они прибыли в Роксборо, чтобы выяснить судьбу леди Джанет, и узнали от одного из священников о случае на рынке. С тех пор ее никто не видел. Казалось, девушка бесследно исчезла как раз в то время, когда было обнаружено тело убитого монаха.

Юэн никогда не забудет тот жуткий страх, который овладел им, когда их поиски показались ему бесплодными. В течение нескольких дней они прочесывали каждую дорогу, ведущую из Роксборо, надеясь найти хотя бы что-нибудь, — но только не тело.

Проклятие, почему она не послушалась его? Ей нельзя было оставаться здесь. Брюс должен был отозвать ее раньше. Юэну следовало настоять на этом. Однако он не хотел навлечь на себя гнев короля.

Он знал, что происходит с женщинами, которых уличали в помощи Брюсу. Не было и дня, чтобы перед его мысленным взором не возникали картины казни в деревне близ замка Лохмабен. Там были женщины и дети. Его сердце болезненно сжалось. Наверное, ему следовало действовать тогда иначе. Все это произошло вскоре после возвращения Брюса в Шотландию, и Юэн все еще был потрясен бедствием, которое обрушилось на них в Лох-Райане.

Они не сознавали опасность, которой подвергали деревенских жителей, ища у них поддержки. Но спустя несколько недель, когда вернулся один из членов Хайлендской гвардии, они узнали ужасную правду. За оказанную им помощь вся деревня была истреблена англичанами. Единственная выжившая девушка была брошена в колодец, где о ней на время забыли. Позже она стала подопечной Макгрегора: тот сжалился над несчастной сиротой и взял ее в свой дом.

Неужели с Джанет что-то случилось? Он почти потерял надежду найти ее — след уже давно остыл, — когда к нему неожиданно пришла спасительная мысль. Он вспомнил, что она очень любила эти проклятые орешки. Найти торговца не составило труда, оставалось лишь проследить за каждой монашкой, которая покупала у него орехи в последние несколько недель. В итоге поиск привел его в монастырь в Резерфорде.

Он никогда не забудет, какое облегчение испытал вчера, когда увидел, как Джанет выходит из монастыря с беспечной улыбкой на лице. Лишь потом, когда он выжидал случая для встречи с ней, его охватил гнев. Как могла она выглядеть такой счастливой и беззаботной, когда все так переживали из-за ее исчезновения!

Юэн уловил тревогу в глазах Джанет, когда она осознала то, что он сказал, но она тут же овладела собой.

Она окинула его долгим взглядом, отметив зеленый плащ и капюшон.

— Вы забыли захватить с собой чашу для подаяний и колокольчик, чтобы я могла слышать, как вы подходите.

Он сжал губы.

— У меня не было времени.

— Чтобы украсть их?

— Позаимствовать, — поправил Юэн, в свою очередь внимательно осматривая ее. Пока они были вынуждены маскироваться, ее одежда монашки была вполне подходящей.

— Не кажется ли вам, что вы немного староваты для новообращенной?

Джанет с шумом вдохнула, и ее глаза гневно вспыхнули.

— Я не старая! Просто я вдова.

Юэн удивленно приподнял бровь.

— Кто этот несчастный?

Она сузила глаза и, казалось, пыталась определить, что он имел в виду: «несчастный» — потому что умер или «несчастный» — потому что женился на ней.

Юэн не уточнил.

— Это англичанин. Он был солдатом и погиб во время войны. А вам никто не говорил, что неприлично напоминать женщине о ее возрасте? Мне двадцать семь лет, и я моложе вас. — Она закусила губу, и он почувствовал прилив тепла в паху. — Кстати, сколько вам лет?

Он нахмурился.

— Тридцать один. — Юэн на прошлой неделе отметил день своего ангела.

Джанет удовлетворенно кивнула.

— Что вы хотите? У вас есть сообщение для меня?

Юэн старался держать себя в руках, однако после недели поисков этой женщины, когда они прочесывали всю местность между Роксборо и Бериком, это было чрезвычайно трудно.

— Какое к черту сообщение! Где вы были все это время? Никто не видел и ничего не слышал о вас больше месяца.

Он не знал, чего ожидать. Может быть, он полагал, что найдет ее в гораздо большей опасности? И рассчитывал на благодарность с ее стороны, когда она его увидит?

Не слушая внутренний голос, предупреждавший его не прикасаться к ней, Юэн взял ее за предплечье и привлек к себе.

Стена, которую он воздвиг в своем сознании, стала значительно тоньше. Он должен был помнить, что она принадлежит Уолтеру Стюарту, однако не мог заставить себя забыть, как приятно держать ее в своих объятиях.

«Черт побери эту Джанет Мара».

— Вам не приходило в голову, что о вас тревожатся? — сердито спросил он.

Ее глаза расширились.

— Конечно, нет. Ведь я никуда не пропала.

Юэн сжал челюсти.

— Я вижу. Но было бы неплохо, если бы вы известили нас об этом.