Ключи от твоего сердца - Колин Гувер

– О господи! И сколько вы там просидели? – спрашиваю я, как ни в чем не бывало, радуясь, что мы снова общаемся, пусть даже просто как друзья. Это уже хорошо.

– Вот в этом-то и прикол! – Уилл театрально поднимает брови. – История у мистера Хансона шла вторым уроком. Меня вызволили из машины только к вечеру, когда папа позвонил в школу, чтобы узнать, куда я подевался. Сколько времени было не помню, но уже стемнело.

– То есть часов двенадцать?! – спрашиваю я.

Уилл утвердительно кивает.

– А как же вы столько без туалета-то? – удивляется Эдди.

– Не твоего ума дело, – смеется Уилл.

У нас получается! Я наблюдаю, как Уилл общается с Эдди и Гевином, как все смеются. Не думала, что такое возможно, – но сейчас мне кажется, что у нас есть шансы стать хорошими друзьями.

К столику возвращается Ник с кислым выражением лица:

– Что-то мне нехорошо. Давайте уже поедем.

– Ник, а ты сколько пиццы съел? – спрашивает Гевин, вставая.

– Увидимся завтра, мистер Купер, – прощается Эдди и глазами показывает мне на дверь, намекая, что нам пора.

– Уверена, Эдди? Вы с подругой точно не собираетесь еще разок прикорнуть во дворе на скамейке? – подкалывает Уилл.

Эдди оглядывается на меня и делает вид, что зевает, прикрывая рукой рот. Они направляются к выходу, а Уилл встает и, дождавшись, пока они отойдут подальше, говорит:

– Кел может остаться у меня. Завтра отвезу его в школу. Они с Колдером наверняка уже спят.

– Уверен?

– Да, все в порядке.

– Ладно, спасибо.

Повисает неловкая пауза. Пора прощаться, но мы не знаем, как это сделать. Уилл делает шаг в сторону, уступая мне дорогу:

– Увидимся завтра.

Я улыбаюсь, прохожу мимо него и догоняю Эдди.

* * *

– Пожалуйста, мама! Ну пожа-а-алуйста!

– Кел, вы же вчера ночевали вместе! Его брат наверняка тоже хочет проводить с ним побольше времени!

– Нет, не хочет! – вмешивается Колдер.

– Вот видишь! Мы даже из комнаты выходить не будем, обещаю! – уговаривает ее Кел.

– Ладно. Но завтра вечером, Колдер, пойдешь к себе домой – мы с Лейк и Келом пойдем ужинать втроем.

– Да, мэм! Пойду скажу брату и возьму пижаму.

Кел и Колдер бросаются к двери, я ерзаю на диване, расстегивая сапоги. Что это еще за ужин втроем? Наверняка то самое «долгожданное» знакомство! Я решаю надавить на нее еще немного и спрашиваю:

– А куда мы пойдем ужинать?

– Да куда угодно, – отвечает мама, садясь на диван, берет пульт и начинает переключать каналы. – Может, вообще дома поедим, пока не знаю. Просто хочу провести время с вами втроем, без посторонних.

Скинув сапоги, я беру их в руки и ухожу к себе в комнату, бормоча под нос: «Втроем». Кидаю сапоги в шкаф и падаю на кровать. Раньше нас было четверо. Теперь осталось трое. И вот, не прошло и семи месяцев, как она решает, что нас снова станет четверо!

Кем бы он ни был, я никогда не стану считать его «четвертым»! Она не подозревает, что я знаю про него. Она даже не знает, что я уже называю их «они», а нас с Келом – «мы». Разделяй и властвуй – вот мой новый фамильный девиз!

Мы живем в Ипсиланти уже месяц, но в пятницу вечером я всегда остаюсь дома. Схватив телефон, я пишу Эдди – вдруг они с Гевином не против, если я напрошусь вместе с ними в кино? Она тут же отвечает, чтобы я собиралась, они заедут через полчаса. Спокойно постоять под душем я, конечно, не успею, поэтому иду в ванную, чтобы подправить макияж. Рядом с раковиной свалена почта, и я решаю просмотреть полученные письма. На всех трех конвертах поверх нашего старого адреса в Техасе красуется большой красный штамп «Переслать на новый адрес».

Осталось восемь месяцев! Всего восемь месяцев – и я перееду обратно, домой! Может, мне повесить на стенку календарь и начать отмечать дни? Я бросаю конверты обратно, и тут из одного выпадает листок. Я наклоняюсь, чтобы поднять его, и замечаю цифры, напечатанные в верхнем правом углу: «$178 343.00».

Это же из банка… выписка по счету… Я хватаю остальные конверты, бросаюсь к себе в комнату и закрываю за собой дверь.

Взглянув на дату выписки, я берусь за остальные конверты. Второе письмо из ипотечной компании, в нем я обнаруживаю фактуру по страховой выплате. По страховой выплате за наш в дом в Техасе, который мы, вообще-то, продали, как она мне сказала! О господи, так бы и убила ее! Значит, мы вовсе не на грани банкротства! Мы даже дом не продали! Она выдернула нас с братом из родного дома ради какого-то мужика?! Ненавижу! Надо срочно выйти из дома, а то меня разорвет! Я кидаю в сумку конверты и телефон, выхожу в гостиную и бросаю ей на ходу:

– Я пошла гулять.

– С кем?

– С Эдди. Мы идем в кино, – отвечаю коротко и вежливо, чтобы она не расслышала в моем голосе нотки плохо сдерживаемой ярости.

Меня всю трясет от злости. Хочется поскорее выйти из дома и подумать над всем этим до того, как мы поговорим начистоту. Она подходит ко мне, выхватывает у меня из рук телефон и начинает нажимать на кнопки:

– Какого черта?! – кричу я, вырывая у нее трубку.

– Я знаю, что у тебя на уме, Лейк! Меня не обманешь!

– Что у меня на уме?! Ну-ка, очень интересно!

– Вчера вечером вас с Уиллом обоих не было дома. К нему как раз очень вовремя пришла няня! Сегодня его брат заявляет, что будет ночевать у нас, а ты собралась «погулять»?! Никуда ты не пойдешь!

Я швыряю телефон в сумочку, перекинув ее через плечо, и направляюсь к двери:

– А вот и пойду! С Эдди, к твоему сведению. Можешь посмотреть, как я уеду с Эдди! Можешь дождаться и посмотреть, как я вернусь с Эдди! – бросаю я через плечо.

Мама бежит за мной, но, к счастью, Эдди уже подъезжает к дому.

– Лейк! А ну вернись! Нам надо поговорить! – кричит мама, стоя в дверях.

– Ты права, мама, – отвечаю я, садясь к Эдди в машину. – Но, по-моему, объясняться придется тебе! Я все знаю! Знаю, что это за таинственный ужин! Знаю, почему мы переехали в Мичиган! Я отлично все знаю! Так что не смей обвинять меня в том, что я тебя обманываю!

Не дожидаясь ответа, я хлопаю дверцей, поворачиваюсь к Эдди и умоляющим голосом прошу:

– Увези меня отсюда! И поскорее!

Едва машина трогается с места, я начинаю плакать. Не хочу возвращаться в этот дом!

* * *

– На, попей. – Эдди придвигает ко мне еще одну бутылку лимонада.

Они с Гевином молча наблюдают, как я пью и рыдаю. Мы заехали в «Гетти», потому что, по словам Эдди, только их волшебная пицца сможет меня утешить. Но у меня кусок в горло не лезет.