Гостья - Стефани Майер

«Яне могу ему сказать, Мелани. Он не поверит. А если онизаподозрят ложь, то решат, что я Искательница. Наверняка они по опыту знают,что только Искательница придумает легенду наподобие этой, чтобы попытаться кним проникнуть».

Мелани пришлось признать, что я права. Само слово«искательница» заставило ее содрогнуться от ненависти, и она знала, что у этихлюдей будет точно такая же реакция.

«Все равно это ничего не изменит. Им достаточно того, что я— Душа».

Темноволосый здоровяк с поразительно светлой кожей и яснымиголубыми глазами с отвращением хмыкнул, сплюнул на землю и шагнул вперед, чутьзанеся мачете.

Лучше уж быстрая смерть. Лучше погибнуть от этой грубойруки, чем от своей собственной. Лучше умереть, чем превратиться в злобногозверя, чем замарать себя чьей то кровью, пусть даже и своей.

— Спокойно, Кайл, — неторопливо, почти небрежно бросил Джеб.

Здоровяк замер и скривился.

— В чем дело? Ты же вроде проверил. Она одна из них.Знакомый голос… Так вот кому не понравилось, что Джеб дал мне воду!

— В общем, да. Но есть небольшая проблемка.

— В смысле? — задал вопрос мужчина, который стоял рядом сКайлом; в глаза бросалось сходство — судя по всему, братья.

— Видишь ли… Ко всему прочему, она еще и моя племянница.

— Уже нет, — отрезал Кайл, сплюнул и решительно шагнул комне. По напряженному движению плеч стало ясно, что словами его уже неостановить. Я зажмурилась.

Сзади дважды щелкнул металл, и кто то ахнул. Я приоткрылаодин глаз.

— Охолони, говорят тебе! — Голос дяди Джеба звучалрасслабленно, но руки крепко сжимали ружье, ствол которого уперся Кайлу вспину. Здоровенный детина замер с занесенным мачете в двух шагах от меня.

— Джеб! — ужаснулся брат Кайла. — Ты чего?

— Отойди от девочки, Кайл.

Кайл в ярости развернулся к Джебу.

— Это не девочка, Джеб.

Джеб пожал плечами, но не опустил оружие.

— Надо бы кое что обсудить…

— Доктор выудит из нее все что надо, — угрюмо предложилженский голос.

Я съежилась: сбывались мои худшие страхи. Только что Джебназвал меня племянницей, и я было понадеялась на их милость… Вот дура! Этогоневозможно представить ни на секунду. Смерть — единственная милость, на которуюспособны эти существа.

Женщина, что упомянула доктора, оказалась ровесницей дядиДжеба, если не старше. Возраст ее угадывался не сразу из за темно пепельной, ане снежно белой седины. Морщины, избороздившие лицо, собрались в сердитыескладки, но за ними неуловимо проступало что то знакомое.

Мелани сравнила старушечье лицо с другим, более гладкимлицом из своих воспоминаний.

— Тетя Мэгги? Ты тут? Как? А Шэрон… — Слова, слетавшие смоих губ, принадлежали Мелани. Я была бессильна — долгое пребывание в пустынесделало ее сильнее и ослабило меня. А может, я слишком отвлеклась, гадая, скакой стороны прилетит смертельный удар. Я готовилась к нашей смерти, она жерадовалась воссоединению с семьей.

Удивленный возглас Мелани оборвали на полуслове. Мэггирванулась вперед с прытью, никак не сочетавшейся с ее хрупким обликом. Рука счерным ломиком, на которую был устремлен мой взгляд, осталась опущенной, асвободная рука взметнулась и с силой хлестнула меня по лицу.

Моя голова дернулась. Мэгги отвесила мне еще одну пощечину.

— Меня не одурачишь, паразитка. Мы вас изучили. Знаем, каквы умеете нам подражать.

Я потрогала языком внутреннюю поверхность щеки: вкус крови.

«Больше так не делай, — отругала я Мелани. — Я же предупреждала…»

Мелани, казалось, утратила дар речи.

— Ну ну, Мэгги, — примирительно произнес Джеб.

— Ты мне тут не нукай, старый дурак! Да она небось целуюармию за собой приведет. — Старуха отпрянула, глядя на меня, как на готовую кброску змею, и встала рядом с братом.

— Что то я никого не вижу, — возразил Джеб. — Эй, там, —крикнул он, и я удивленно вздрогнула. И не только я. Джеб махал левой рукой,сжимая в правой ружье. — Сюда!

— Заткнись, — прошипела Мэгги, толкнув его в грудь. Я успелаубедиться в ее недюжинной силе, но Джеб не шелохнулся.

— Она одна, Мэг. Она едва дышала, когда я ее нашел, — да исейчас не в лучшей форме. Сороконожки так собой не жертвуют. Они бы спасли еекуда раньше, чем я. Кем бы она ни была, она пришла одна.

В голове возник образ длинного насекомого с множествомлапок, но связи я не уловила.

«Он говорит о тебе», — перевела Мелани и наложилаизображение мерзкого жука на мое воспоминание о ясной серебряной Душе. Сходствая не заметила.

«Интересно, откуда он знает, как вы выглядите», — рассеяннопоинтересовалась Мелани. Она узнала об истинном облике Души только из моихвоспоминаний.

Мне было некогда гадать вместе с ней. Джеб направился комне, а следом за ним потянулись остальные. Рука Кайла застыла на плече Джеба —не то останавливая, не то отталкивая.

Джеб переложил ружье в левую руку и протянул мне правую. Ясмотрела на нее с опаской, ожидая удара.

— Пошли, — ласково поторопил дядя Джеб. — Мы почти дома,дальше — сама.

— Нет! — буркнул Кайл.

— Она пойдет с нами. — На этот раз в голосе Джеба проскочилижесткие нотки. Стало видно, как под бородой заходили желваки.

— Джеб! — крикнула Мэгги.

— Здесь я хозяин, мне и решать.

— Старый дурак! — прорычала она.

Джеб взял меня за руку и рывком поставил на ноги: не грубо,без жестокости, скорее торопливо. Впрочем, наибольшая жестокость — сохранитьмне жизнь ради своих грязных планов.

Я стояла, покачиваясь на затекших ногах.

За спиной у Джеба неодобрительно зашипели голоса.

— Ладно, кто ты там есть, — все так же ласково обратился онко мне. — Давай выбираться отсюда, пока не стало слишком жарко.

Брат Кайла положил руку на плечо Джебу.

— Ты что, покажешь этой твари, где мы живем?

— Да это неважно, — прошипела Мэгги. — Все равно она никомууже ничего не расскажет.