Между мажором и бандитом - Бетти Алая

Обнимаю вонючую игрушку и рыдаю. Так хочется тепла, любви и поддержки. Одиночество разрывает меня на части. С трудом беру себя в руки и ищу подаренные вещи. Они так мне дороги! Часть уже растащили, оставив лишь рваные пакеты. Собираю то, что могу отыскать и ковыляю домой.

Прохожу мимо кухни и запираюсь в комнате. Там складываю одежду. Она вроде не провоняла. Очищаю мишку и роюсь в кошельке. Наверное, придется сдать его в чистку. Постепенно успокаиваюсь и понимаю, что зря нагрубила маме. Она любит меня и желает лучшего.

Иду в ее спальню. Мама смотрит телевизор и не реагирует на мой приход. Топчусь на месте, боясь и слово вымолвить.

— Прости меня, — набираюсь смелости и почти хриплю, — я слишком грубо… в общем, прости. Но хочу, чтобы ты знала: мне стыдно не потому, что я отстаиваю себя, а потому, что та фраза была слишком грубой. Дай мне жить, пожалуйста! Я же тебя никогда не подводила!

— Садись, — вздыхает мама и указывает на место рядом с собой.

Сажусь. Мне стыдно поднимать взгляд. Но отступать не намерена.

— Ты правда влюблена? — спрашивает устало, — в этого мальчика?

— Угу.

— Сколько ему лет?

— Двадцать один. Почти двадцать два.

— Ясно. Вы знакомы совсем недолго же, да?

— Угу.

— Ты права, я перегнула палку. Ты всегда отлично училась и была дисциплинированной. Но я знаю, как красивые мальчики портят девочек. Вы спали вместе? Прости за этот вопрос.

— Да, — заливаюсь румянцем.

— Предохранялись?

С мамой очень тяжело обсуждать подобное. Но мои мальчики всегда делали ЭТО с защитой. Кроме одного раза или двух. Но потом я пила таблетки. Киваю.

— Хорошо. Хоть это радует, а то я пока не готова становиться бабушкой.

— Лёша хороший.

— Эти вещи стоят много, Маргарита. Мужчины никогда ничего просто так не делают. Жизнь меня научила не доверять им. Очень хочу тебе верить, но все равно скажу. Будь начеку. Ты всегда можешь сказать ему «нет».

— Я знаю.

— И не обязана делать ничего такого. Поняла меня? Всегда думай головой, хотя, будучи влюбленной это очень тяжело.

— Хорошо, мамусь.

Она обнимает меня и целует в щеку, а с моей души падает огромный камень. Я люблю маму и не подведу ее.

— За игрушку прости. Я ее постираю, — виновато улыбается она.

— Ничего, у меня есть карманные. Сдам в чистку.

Наутро чувствую себя бодрой, как никогда ранее. Практически летаю, надеваю модные шортики и воздушную блузку. Лёше должно понравиться. Надеюсь, Рома последовал совету и лечится. Сердце за него болит.

В университете ищу Стасю, но ее нигде нет. Первую лекцию она пропускает. Очень странно. На втором занятии ко мне внезапно подходит Ира из деканата. Она отводит меня в сторону и передает записку.

— Шевцова посадили под домашний арест. Он просил передать тебе это.

Открываю и вижу накарябанный текст.

«После четвертой пары приходи к женскому туалету на третьем этаже. У меня для тебя сюрприз. Люблю, моя девочка.»

На душе поют птички. Так мило! Улыбаюсь, и кладу записку в сумку. Ира мнется и почему-то избегает моего взгляда.

— Спасибо!

— Да фигня, — затем улепетывает.

А я иду на третью пару в ожидании встречи с моим властным мажором. И даже не догадываюсь, что после занятий попаду прямиком в ад.