Заявление на увольнение - Марина Вуд

Нет ничего страшнее одиночества. Особенно на старости лет.

Когда мы пришли, двери дома были настежь открыты. Арина выносила на улицу сумки.

— Идите есть. И будем ехать в город, — сказала она остановившись на крыльце.

Я поставил пустое ведро возле сарая и подошёл к ней.

— Не понял? Мы ведь завтра собирались вернуться, — не очень-то мне хочется сейчас куда-то ехать.

— Собирались завтра, а вернёмся сегодня, — ответила Арина и нырнула обратно в дом.

Я вошёл за ней.

Мне нужны аргументы данного решения.

— Это из-за Алисы? Из-за того, что она звонила? — это первая мысль, которая пришла мне в голову.

— Нет, — сухо ответила, не оборачивая головы.

— Ты на меня за что-то обиделась?

— Нет, — ответ повторился.

— Я сделал что-то не так?

— Нет. Все нормально.

Да елки-палки! Как же с женщинами тяжело. Ну почему всегда так? Почему нельзя прямо сказать все как есть?

Сдерживаюсь, чтобы не начать кричать на неё. Хотя, по правде говоря, очень хочется.

— Но я же вижу, что ненормально. Арина, можешь по-человечески сказать, что произошло за эту пару часов, пока нас не было.

— Все в порядке. Ты здесь не при чем, — она закрывает замок маленького дорожного чемодана и вручает мне его в руки.

Сейчас я чувствую себя придурком, который играет в угадайку.

— Это не ответ, — Посмотри на меня, скажи нормально. Что случилось? Зачем тебе в город? — я оставил чемодан в сторону и остановил ее, взяв за плечи.

Она наконец-то фиксирует на мне взгляд.

— Просто, маминого мужа срочно госпитализировали в больницу. Она там вся в панике. Не может мне толком ничего объяснить. Надо ехать.

Я согласно кивнул.

Ситуация действительно серьёзная.

И ответ меня якобы устроил. Но, я ведь прекрасно понимаю, что дело не только в этом.

В город мы приехали значительно быстрее, нежели выезжали из него. Трасса была свободной. Наверняка из-за того, что завтра тоже выходной и сегодня возвращаться никто не торопится. Я подвёз Арину к дому и помог ей отнести их вещи.

Мне не хотелось оставлять ее одну в такой ситуации. Да и вообще, чем больше и ближе я узнаю эту женщину, тем больше мне хочется заботиться о ней.

— Давай я отвезу тебя в больницу, — остановился я на выходе из квартиры.

— Спасибо. Не нужно, — отвечает и смотрит куда угодно, но только не на меня.

Явно что-то не договаривает.

— Вдруг что-то понадобится? Я могу помочь. У меня есть связи. — и деньги — подумал я, но озвучивать это не стал.

Наша бесплатная медицина очень даже платная.

Я вижу, что она сейчас мучается. Словно принимает для себя какое-то тяжёлое решение. И это решение даётся ей не просто.

— Тим, спасибо тебе, конечно, но это дела семейные. А ты, извини, посторонний человек, — отвечает так, будто бы я случайный прохожий, а между нами, вообще никогда никакой близости не было. Так что не обижайся. Спасибо тебе за выходные. До встречи на работе. — она хотела было закрыть входную дверь, но я успел подставить ногу.

Ахренеть! Это у тебя сейчас монолог или диалог с собой?

От злости сжимаю челюсть, и чувствую, что ещё немного и мои зубы начнут крошится.

— Арина, — я хотел взять ее за руку, — но она ее одернула, как от прокаженного. — Не надо, — в ее глазах вижу страх.

— Что не надо? — повышаю свой голос и понимаю, что перехожу на рык.

Она выходит на лестничную клетку и прикрывает за собой двери. Наверное, не хочет, чтобы мелкий слышал наш разговор.

— Всего этого не надо. И отношений у нас с тобой никаких не будет. Ну, кроме рабочих, разумеется.

Да я ещё даже ничего сделать не успел.

Это как в той песне: «Кричу не брал, а тут уж суд. Не воровал, уже везут…».

— Я уже вообще ничего не понимаю, — устало тру лицо руками.

Мне видимо вообще не дано понять этих баб.

— Дело не в тебе. Дело во мне. Просто я подумала и решила, что так будет лучше и правильнее для всех нас.

— Какая ты молодец! Значит сама все решила.

Интересно, долго думала? Минут пять? Десять?

— Да. Я так решила, — говорит отчеканивая каждое слово.

У меня такое чувство, будто бы я начал играть в игру, не зная ее правил.

— Я сама. Я решила. Я подумала. А у тебя не возникало идеи спросить у меня? Так, чисто узнать. Поинтересоваться. Что же я думаю по этому поводу? Может мы как-то расходимся во мнениях? -

— Нет смысла продолжать, — Арина дёргает ручку, но я вовремя ориентируюсь и упираюсь рукой в дверь.

Смыться решила. Ты меня плохо девочка знаешь.

— Я правильно понимаю, причину этого своего решения ты мне не озвучишь?

— Нет, — она крутит головой и начинает нервно заламывать пальцы.

— Нет. Нет. Нет, — рычу в ее лицо. Ты можешь перестать отвечать, как робот?

— Нет. — и холодно так смотрит на меня.

Прям, женщина-зима.

— Это похоже на диалог слепого и немого, — еле сдерживаюсь, чтобы не ударить кулаком по этой чертовой двери.

— М-а-а-а-м! — раздаётся за ней.

— Я сейчас. Тима проведу и вернусь, — отвечает Арина, приоткрыв дверь.

Я пускаю голову и прячу руки в карманы джинс.

Такое чувство, будто бьюсь головой об стену, а она просто не прошибаемая.

— Арин, серьезно, давай нормально поговорим и обсудим эту ситуацию.

— Мне некогда сейчас с тобой дискутировать, — шипит она. Прости. Мне надо собираться в больницу, — дверь перед моим носом распахивается и затем громко захлопывается, щёлкая замком.

Я спускаюсь и сажусь в машину. Долго не могу тронуться с места. В голове каша. Не могу понять, что спровоцировало в ней такие изменения, все ведь было хорошо. Или это мне только казалось? Раздражают меня такие эмоциональны Качели.

Ты же взрослый мужик, Тимирязев! Возьми себя в руки!

Я поворачиваю ключ зажигания. Мотор издаёт свой дикий рёв, и машина трогается с места.

Час я бесцельно наматываю круги по городу, не зная куда себя деть. Мне бы домой отдохнуть, помыться, привести свои мозги в порядок. Но домой как на зло совершенно не хочется.

Я останавливаюсь на светофоре и вижу входящий звонок. На экране телефона высвечивается неизвестный номер. Нажимаю на кнопку «принять вызов» и включаю громкую связь.

— Слушаю. — делаю музыку потише.