Ее шикарный босс-2: вопреки - Юлия Бузакина

– Мама! – заорал Олег. Ната отлипла от стены. Сашенька громкого крика испугался и закатился плачем. Катя перехватила ребенка у Наты, и они тоже кинулись в гостиную.

     Валентина Петровна сидела на диване перед громко работающим телевизором и стеклянными глазами смотрела в сторону прихожей. Руки безвольно повисли вдоль тела. Она не дышала.

– Что стоишь?! – заорал на Нату брат. – Скорую вызывай, живо!

Та трясущимися руками начала тыкать в сотовый. Кнопки не слушались.

Сашенька от громкого крика закатился второй волной.

– Заткни его! – зло приказал Кате Олег.

Та сжалась вся и прошмыгнула в спальню. Слышала, как суетятся за дверью вокруг умершей матери Олег и Ната, но не высовывалась. Носила Сашеньку взад вперед, укачивая. В голову набатом било одно – потеряла мужа, потеряла… Каждая минута дорога сейчас, каждое мгновение. Может, он еще жив. Все из-за заводов этих проклятых, из-за партнерства с Ринатом Босхоевым. С Ринатом!.. Ринат, вот кто ей может помочь. Только… как ему сообщить? Саша никогда не оставлял Кате никаких записок с номерами телефонов, ничего не рассказывал. Все боялся, что если она будет знать, то может в беду попасть.

Олег беспардонно распахнул дверь спальни.

– Шмотки собирай! Утром в Находку едем. Там хоронить будем.

– Хорошо, – покорно сглотнула Катя. Главное, не высовываться. Делать все, что он приказывает. До тех пор, пока она не достучится до Рината.

– Сбежать даже не думай. За домом следят мои люди. Дернешься – и я заберу у тебя ребенка. Поняла? – прижал ее к стене он.

– Поняла.

Ей казалось, от его противного запаха – смешанного с потом и алкоголем – она задохнется. Закрыла на миг глаза. Надо молчать. И делать, что говорит.

Олег коснулся ее волос, и Катя вздрогнула от отвращения.

– Мы с тобой потом разберемся, – сверкнул похотливым взглядом он. Затем отпустил ее и вышел из спальни.

Катю начало трясти. Она села на кровать, притянула к себе сына. Пазл понемногу складывался. Олег вдруг решил, что Катя может ему принадлежать. Значит, не собирается Саше помогать. Или, он сам все устроил? Арест этот непонятный? Но ради чего?

В груди разгоралось тягостное предчувствие – не выберется Саша. Если Олег так рьяно вокруг Кати вьется, будто она его собственность, то приговорили уже мужа ее. Матери больше нет, сдерживаться не нужно. Можно делать, что хочешь.

«Ринат мне нужен…» И вдруг вспыхнуло озарение. Катя осторожно положила задремавшего сына на постель и бросилась в гостиную.

Там суетились врачи из скорой. Сестра мужа курила у окна.

– Ната, – тихо позвала Катя. Подошла ближе.

– Я не знаю, что делать… совсем не знаю, Кать…

Ната всхлипнула. По лицу катились слезы. Сигарета неловко смялась в руке.

– Послушай меня, Ната… Как мне попасть к вдове Тураева? – сбивчиво зашептала Катерина.

– Зачем?

– Только она может помочь мне с Ринатом связаться, с партнером Сашиным. Они его приговорили, Ната. Приговорили Сашу. Если еще не утопили где-нибудь в заливе, то скоро утопят. Или пулю в лоб пустят. Олег себя вольготно ведет слишком со мной. Будто я его собственность. Значит, Сашу в любом случае со счетов списали. Единственное, на что надеюсь – похороны оттянут его участь. Хотя, вряд ли. Такие, как Олег, просчетов не допускают.

– Напиши мне фамилию партнера Сашиного, – дрожащими руками растерла слезы по лицу Ната. – Сейчас же напиши. Я под шум и суету туда поеду. Я знаю, где дом Тураевых. Может, пустят меня.

Катя кивнула. Черкнула на листке фамилию и имя подельника Сашиного, всунула Нате в ладонь. Та, сжав листок, быстро затушила сигарету.

В больницу по просьбе родных тело забирать не стали. Олег, совершенно подавленный, уехал в Находку, договариваться о похоронах и сопутствующих атрибутах.

Ната переоделась, чтобы не узнали, в Сашины вещи, на голову капюшон накинула и тихонько ускользнула из квартиры. Ключи от машины не брала, решила пешком до ближайшего переулка добраться, там такси поймать.

Катя осталась одна в квартире. С Сашенькой, задремавшим в спальне и с умершей матерью, которую уже переодели и уложили в гостиной на диване.

Странно, страшно не было. Только пусто и тяжело очень. Так тяжело, что дышать невозможно.

Выглянула в распахнутое окно. С вечерней улицы потянуло весенним теплом. А у нее в душе пепел. Казалось, внутри в один миг все выгорело дотла. Неужели больше с Сашей никогда не свидятся? Знала же, знала, что так когда-нибудь будет. Только не думала, что родной брат такое Саше учинит.

«Может, еще есть шанс. Один единственный шанс…» – все кружилось в ее тяжелой голове.

Сашенька вдруг проснулся. Заплакал громко. Катя бросилась к нему. Только коснулась лобика губами – а он мокрый и горит весь. Прижала к себе, сняла влажную одежду. Достала из сумки сухую, и градусник заодно. Тридцать восемь и девять. На несколько мгновений, ее будто парализовало от страха за сына. Температуру Сашенька переносил очень плохо.

Потом очнулась. Прижала его к себе, поцеловала крепко, и бросилась к аптечке с лекарствами. Если поднимется выше тридцати девяти, температуру только уколом сбить можно будет. А потом ждать и следить. Ждать и следить. Каждые два часа ночью проверять, не лезет ли снова вверх, чтобы тонкую грань не упустить, после которой уже обычное лекарство не сможет помочь.

Достала сироп. Попробовала ложечку всунуть в рот с лекарством, но сына сразу же вырвало. Видимо, высокая температура не давала проглотить лекарство.

Трясущимися руками распаковала свечи – последние три штуки остались. Надо в аптеку кого-то послать. Но некого.

Нашла на кухне уксус, развела с водой, и принялась Сашеньку обтирать в спальне. По лицу катились слезы. Горькие и горячие. Нет рядом мужа больше. Так тяжело на душе, как будто ее опоры самой важной в жизни в один миг лишили.

А мама его? Не выдержала, сердце остановилось.

Через полчаса температура отступила немного. Сашенька оживился, водички попил. Катя достала состав, который надо будет уколоть, если температура в ночь поднимется еще выше.

К десяти часам вечера сын задремал. Она тихо вышла из спальни. Хоть бы обмыться и в туалет успеть, пока он спит.

Дверь в гостиную была прикрыта, но все равно не по себе Кате стало. Одна с покойницей в квартире. Где эта хваленая охрана от Олега, которая за домом следит? Лучше бы здесь сидели. Не так страшно было бы. Хорошо еще, кошка тут же, на кухне крутится.

Раскрыла дверь в спальню, оставила приоткрытой ванную и, не включая на кухне свет, быстро приняла душ. Когда у Сашеньки температура, он в любой момент может проснуться и испугаться, что мамы нет.

Выбралась из ванной, наскоро полотенцем обтерлась и халат надела.