По осколкам твоего сердца - Анна Джейн

- Какая ты у меня красивая, - улыбнулась она, отстранившись и держа меня за руки, на которых все еще были перчатки.

- Ты красивее, - рассмеялась я. – Настоящая куколка.

- Тебе так здорово с нострилом. Подчеркивает твой бойцовский характер!

Нострил – прокол крыла носа. Мой маленький эксперимент.

Мы взяли вещи, которых у меня было не особо много, и пошли к Диларе. Она уже заказала суши и пиццу – любила меня баловать. Мы ели и болтали обо всем на свете, сидя на просторной лоджии с видом за разгорающийся закат. Игоря с нами не было – он отдыхал на море с братом и родителями.

Дилара рассказывала обо всех наших общих знакомых. А в конце выдала:

- Слышала от мамы, что Милана замуж выходит! За Женьку Соколова. Помнишь, парень из параллельного класса? Капитан баскетбольной команды. Она начала встречаться с ним, когда мы перестали общаться.

- Рада за них, - зевнула я. До этой Миланы мне не было никакого дела. – Она же в Питер хотела уехать, нет?

- Видимо, не поступила, - пожала плечами Дилара. – Или из-за Женьки не уехала. Не знаю.

- До сих пор переживаешь из-за нее?

- Нет, просто… Это все так странно. Мы ведь несколько лет дружили, - вздохнула подруга. - Были лучшими подругами. И обещали друг другу, что я позову ее на свою свадьбу, а она – меня. А теперь чужие. Я не скучаю по ней. И помню ее предательство. Но до сих пор обидно, что человек, которого ты считал своим оказался таким.

- Так бывает, - задумчиво кивнула я.

- Да еще и папа масла в огонь подливает. Услышал от мамы, что Милана замуж выходит, заладил, что и мне пора. Я ему говорю – пап, мне двадцать один, какое замужество? А он – тебя мама в двадцать один уже родила. У него в семье все рано замуж выходят, а у меня даже парня нет. И по его мнению, я не занимаюсь нормальным делом, - в голосе Дилары проскользнул сарказм. – Это ужасно бесит!

Да, врачом она так и не стала. Поступила на платное отделение факультета стоматологии, но, прежде чем родители заплатили за первый семестр, нашла в себе силы сказать им, что не хочет заниматься семейным делом. Был грандиозный скандал, но Дилара выстояла. Объявила, что будет визажистом и собрала вещи, всерьез намереваясь уйти из дома.

Если мама с трудом, но приняла ее решение, то папа кричал, что это не профессия, что она обязана получить высшее образование, что она позорит своим решением их уважаемую семью… Но Дилару уже было не переубедить. И потом даже отец сдался.

В результате они пришли к компромиссу. Дали Диларе год на то, чтобы она подумала. Вернее, одумалась. И разрешили заниматься тем, что ей нравилось. Видимо, считали, что она одумается.

Подруга осталась в доме родителей. Стала ходить на специальные курсы по визажу, потом решила заниматься бровями и ресницами. И постепенно начала работать с клиентами. Сначала это был салон красоты средней руки, потом более интересное место, а затем она стала работать сама на себя, попутно повышая уровень и участвуя в соревнованиях.

Через два года Дилара все равно ушла от родителей. Снимала квартиру, снова училась на каких-то очередных курсах, вела свою страничку в инстаграме и стала довольно известным в своей сфере мастером. Может быть, не самым лучшим, но клиентов у нее было много. Просто так, без записи, и не попадешь. Только ее отец все равно был недоволен. Он руководил стоматологической клиникой с несколькими филиалами. А его дочь делала брови. И ему казалось это ужасным.

- Твой папа хороший человек. Но у него другой взгляд на жизнь, - сказала я. – Тебе отца не изменить. Остается только принять его таким, какой он есть. Лично я считаю, что ты молодец. И однажды откроешь свой салон красоты.

- Открою! – энергично закивала подруга. – Денег только накоплю и опыта больше получу. А потом приведу его и скажу. Смотри, это я сделала! И не такая я тупая, как вы думали!

- Ты не тупая, ты умная и талантливая, - улыбнулась ей я и обняла. Мы правда скучали друг без друга.

- Я тебе брови сделаю и ламинирование ресниц, - объявила Дилара. – Будешь у меня завтра моделью! Мне фотки новые нужны.

- Без проблем, - легко согласилась я.

Мы разговаривали до самой ночи. Закат давно догорел, растворившись в ночи, а высокое небо стало темно-синим. На одной его стороне перемигивались звезды. На другой тонкими волнами стелились серебристые облака. Дилара жила на двенадцатом этаже, и с лоджии их было отлично видно.

- Пойдем спать? – улыбнулась я, чувствуя, как накопившаяся во время поездки усталость дает знать. Пора было отдохнуть.

- Пойдем, - кивнула подруга. – Я расправила диван. Чувствуй себя как дома, хорошо?

- Хорошо.

- Кстати, совсем забыла! – хлопнула она себя по лбу. – Еще одна новость! Малина беремена!

- Надо же, - улыбнулась я. Ту, которая издевалась надо мной в школе, я ни разу не видела за это время. – И от кого?

- Говорят, от Власова. Они же то сходились, то расходились. Там вообще все непонятно. Честно говоря, я не представляю такого человека, как Малина, матерью. После того, как ее выперли из школы, она то с гопниками местными тусовалась ночами, а мать ее искала. То во всякие истории попадала...

- Пожелаем ей всего хорошего и забудем, - хмыкнула я. Думать о прошлом не хотелось.

- Покатаешь меня завтра после работы на своем мотике? – попросила подруга. В отличие от меня, водить она не умела.

- Конечно, - ответила я.

- Ты ж моя зайка, - потрепала меня за щеку Дилара.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам. Дилара – в спальню. Я – в гостиную, совмещенную с кухней.