Лучиана, кроткая невеста - Бертрис Смолл

Путь занял несколько дней. На ночлег останавливались в придорожных гостиницах, заранее выбранных графом. Оказавшись в сельской местности, вдали от Лондона, горничная начала жаловаться:

– Никогда еще не попадала в такую глушь. Где же его поместье? На краю света?

– Тише! – шикнула Лучиана. – Роберт предупредил, что расстояние немалое, и, кажется, не обманул. Мне и самой не терпится узнать, куда мы едем.

На следующий день дорога вывела к реке под названием Уай.

– Мое поместье расположено на берегу и граничит с Уэльсом, – пояснил граф. – Теперь уже недалеко, во второй половине дня приедем. А та пирамида из камней, которую мы только что миновали, отмечает начало моих владений.

– А больше она ничего не означает? – уточнила Лучиана.

– Возможно, это древнее захоронение, – пояснил граф.

Дорога, по которой они ехали, проходила по краю обширного луга, где паслись коровы. Стадо показалось Лучиане очень большим.

Заметив невысказанный интерес, Роберт пояснил:

– Занимаюсь разведением скота и производством кормов. А еще у меня есть чудесный яблоневый сад; из его плодов получается лучший в графстве сидр.

– Никогда не пробовала и даже не представляю, что это такое, – призналась Лучиана.

– Напиток делают из яблок; здесь, в Херефорде, он невероятно популярен.

– Ваши люди не пьют вино? – удивилась она. Во Флоренции вино было напитком и богатых, и бедных.

– В наших краях вино дорогое, а сидр почти ничего не стоит. Я разрешаю крестьянам собирать часть своего урожая и производить собственный напиток, – ответил граф.

Новость показалась Лучиане замечательной. Она всегда считала, что повсюду в мире пьют вино: вода часто оказывалась небезопасной.

Как и обещал лорд Лайл, вскоре показался дом. Взору гостьи предстал большой особняк, построенный из дерева и камня. Назывался он Уай-Корт – очевидно, потому, что расположился на берегу реки Уай, в небольшой долине.

– Посмотрите на запад: эти зеленые холмы уже находятся в Уэльсе, – пояснил граф и продолжил: – Земли были дарованы моей семье Вильгельмом Завоевателем, первым нормандским королем, хотя валлийцы считали их своими. Примерно двести лет назад дом сгорел от удара молнии. Минтоны отстроили его заново, а наследник поместья женился на дочери ближайшего соседа-валлийца, дипломатичным поступком обеспечив безопасность последующих поколений. С тех пор у нас принято время от времени жениться на валлийках, но я женюсь на вас, как только вы согласитесь.

Услышав важные слова, Балия навострила уши и спросила себя, сообщила ли госпожа о предложении графа матушке. Скорее всего нет. Иначе синьора Орианна давно явилась бы в Лондон собственной персоной, чтобы на месте убедиться в состоятельности жениха и подтолкнуть дочь к единственно верному решению. Граф был иностранцем, но иностранцем самого высокого звания и аристократического происхождения. Аристократ – прекрасный вариант для дочери благородной синьоры Пьетро д’Анджело.

Всадники остановились у крыльца. Навстречу тут же выбежали слуги и принялись наперебой приветствовать господина. Их искреннее расположение порадовало Лучиану, а вот слова графа вызвали раздражение.

– Надеюсь когда-нибудь назвать эту леди своей женой, так что постарайтесь ей угодить, – предупредил он.

– Вы не имели права так говорить, милорд, – недовольно отчитала синьора Аллибаторе. – Я еще не дала согласия выйти за вас замуж.

– Дадите, – с улыбкой победителя пообещал граф. – А я, в свою очередь, готов ждать до тех пор, пока не почувствуете, что момент настал. Терпения мне не занимать.

– Да уж, потерпеть придется! – негодующе воскликнула Лучиана.

– А известно ли вам, дорогая, как вы прекрасны, когда сердитесь? – поинтересовался лорд Лайл.

– А вы поистине невозможны! Следовало бы потребовать немедленно вернуть меня в Лондон, – заявила гостья, стараясь говорить так, словно и в самом деле этого хотела. На самом же деле она с первого взгляда влюбилась и в сам Уай-Корт, и в окружающий пейзаж. Ничего подобного видеть еще не приходилось. Вилла отца в Тоскане представляла собой всего лишь большую фамильную ферму, в то время как Уай-Корт выглядел элегантным сельским домом, удобным и респектабельным.

Внутри он оказался еще более красивым, чем снаружи: большие комнаты обставлены солидной, тяжелой мебелью. Покрытые дубовыми панелями стены украшены дорогими гобеленами и картинами. Высокие окна задрапированы тяжелыми шторами. Во всем чувствовалась основательная хозяйская рука. Такого уюта не ощущалось даже в доме леди Маргарет Бофорт. К своему немалому удивлению, Лучиана сразу же почувствовала себя свободно.

– Ардел проводит вас наверх, – сказал граф, – а мне необходимо поговорить с управляющим и выяснить, что здесь происходило в мое отсутствие.

Ардел вежливо поклонилась.

– Я служу у графа экономкой. Надеюсь, вам понравятся те комнаты, которые приготовлены для вас и вашей горничной. – Она повела гостей сначала вверх по лестнице, а потом по широкому длинному коридору. Остановилась перед одной из многочисленных дверей, распахнула ее и пригласила войти.

Заботясь об удобстве госпожи, Балия обвела гостиную быстрым взглядом и прошла в спальню. Небольшая комната оказалась прелестной. Довольная горничная не стала скрывать эмоций:

– Большое спасибо за то, что выбрали для моей госпожи такие удобные покои.

– Хозяин еще ни разу не привозил в Уай-Корт даму, – призналась Ардел и, не скрывая любопытства, спросила: – А вы и в самом деле собираетесь выйти за него замуж, миледи?

– Во всяком случае, так он говорит и даже уверяет, что во Флоренции успел заручиться согласием моего отца, – ответила Лучиана со спокойным достоинством. – Знаю, что послушная дочь обязана принять решение родителей, но отец не сказал мне ни слова. Я вдова, так что, скорее всего, он оставил решение за мной.

Экономка рассмеялась.

– Должно быть, вы – одна из тех редких женщин, которые стремятся к независимости. Надеюсь, что все-таки примете предложение. Лорду Лайлу необходима разумная жена, а не избалованная придворная кокетка.

Высказав авторитетное мнение, экономка вновь поклонилась и попрощалась, добавив напоследок:

– Все вещи принесут через несколько минут, а когда придет время обеда, пришлю за вами служанку.

– Что ж, вариант не самый плохой, – трезво оценила ситуацию Балия. – Граф предлагает будущей жене не только собственное обаяние, но еще и прекрасный дом.

– К тому же мне не придется возвращаться во Флоренцию и вновь выслушивать бесконечные мамины нотации, – откровенно призналась Лучиана. – Но, прежде чем выйти замуж, я должна его полюбить.

– Госпожа, вам же прекрасно известно, что брак – это в первую очередь положение и богатство. Не повторяйте ошибок сестер, – посоветовала Балия, зная, что синьора Орианна одобрила бы благоразумие и осмотрительность.