Сирена - Кира Касс

Мне было больно его слушать. То, что Акинли не хотел меня отпускать, делало решение еще тяжелее. А сейчас он выдвинул вполне разумную просьбу – немного подождать. Ну что может произойти, если я останусь здесь еще на день?

Я взвесила имеющиеся у меня варианты. Можно послушаться Акинли, провести здесь один день и уйти. Или послушаться себя и позвонить в полицию, чтобы меня увезли отсюда. Либо прислушаться к тому, что без сомнения посоветовала бы Океан: дождаться, пока все заснут, и сбежать, чем скорее, тем лучше.

Но сейчас меня мало заботило, чего хочет Океан. Пусть страдает и беспокоится еще несколько столетий. Мой план уйти сегодня не так уж и плох, к тому же Эван получит обратно свою комнату. Меня передернуло от сознания, что я спала в его кровати. Но в глазах Акинли стояла мольба. Он не станет упрашивать, но видно, что очень хочет, чтобы я осталась. Как я могу отказать ему? Я взяла ручку.

Один день.

Акинли улыбнулся.

Когда окончательно стемнело, Джон и Кристин попрощались. Эван все еще спал, так что его перетащили на диван. Он оказался таким длинным, что едва поместился, но Бен с Акинли ухитрились пристроить его на боку, а рядом на всякий случай поставили мусорную корзину и стакан воды. Бен поднялся наверх, но Акинли и Джулия ненадолго задержались.

– Надеюсь, ты сможешь уснуть, ведь ты долго спала днем, – застенчиво улыбнулась Джулия.

Я улыбнулась в ответ. Она так старалась тепло меня принять. Представить даже не могу, как ее смущало мое присутствие, но все же Джулия пыталась проявить доброту. Я была очень благодарна ей. Джулия напоследок робко помахала рукой и скрылась на лестнице.

Мы с Акинли остались наедине. Вернее, почти наедине. На диване храпел Эван. Причем довольно громко. Акинли засмеялся:

– Не знаю, как ты собираешься спать под такой храп. Ты, наверное, совсем не устала? Если хочешь, можем еще немного посидеть.

Конечно, я хотела. Больше времени вместе. Сколько угодно. Но тогда мне станет только тяжелее. К тому же он сегодня пропустил работу, чтобы остаться со мной. Ребята работали посменно, и мое появление спутало расписание. Акинли придется выйти на работу завтра, не стоило его задерживать. Я успокаивающе помахала рукой и указала на лестницу. Он улыбнулся, но не уходил.

– Ладно, ладно. Кажется, Джулия будет с утра дома, а я вернусь сразу после обеда. Так что еще увидимся, – пообещал он.

Я кивнула.

Мы остались стоять в неловкой тишине. Как еще пожелать ему спокойной ночи? Будь на моем месте Элизабет, она бы его поцеловала, но я не обладала ее смелостью. Мне хотелось обнять Акинли, но я ни за что не решилась бы первой. Так что меня потрепали по руке и пожелали: «Спокойной ночи, искорка». Интересно, у него когда-нибудь иссякнут шутки про мое платье?

Я надеялась, что Акинли будет стараться до последнего, поскольку меня очень веселили его попытки. Кстати, он носил галстук весь день. За галстук он и потащил себя наверх, выключая по дороге свет.

Уснуть я не пыталась, но ради маскировки переоделась в футболку и шорты, которые дал вчера Акинли. После проведенного вместе дня я заметила, что у него есть собственный запах. Вещи еще хранили его, и для меня этот запах стал своеобразным утешением.

Несколько часов я просидела, глядя в окно на Океан. Всего один день. Дольше затягивать нельзя. У меня получилась увлекательная вылазка, но завтра я проведу с Акинли немного времени – уж не знаю, что мы будем делать, – а после того, как за мной снова никто не приедет, я спокойно отправлюсь в полицию и уже оттуда сбегу.

Пока я обдумывала варианты, снаружи начали раздаваться приглушенные звуки. Что-то с грохотом упало. Затем шорохи и громкий треск. Шепотом выругался Эван. Должно быть, он врезался в журнальный столик на пути в туалет.

Я даже не возмутилась.

Но я сильно удивилась, когда дверь в мою комнату открылась. Судя по лицу Эвана, он тоже.

– Черт, я забыл, что ты здесь!

Он злобно покосился на меня, чуть покачиваясь на ногах. Комнату освещал только лунный свет, сочащийся из эркерного окна, но он был достаточно ярким. Одежда Эвана помялась, в руке он держал стакан воды. Парень оглядел меня с ног до головы, и я думала, что на этом все закончится, но он продолжал надвигаться.

– Знаешь, очень хорошо, что ты немая, потому что иначе ты бы нажила тут кучу врагов. – Эван произнес это медленно, с угрозой, и продолжал двигаться так же размеренно. Неожиданно он оказался у кровати и сжал мое лицо массивной пятерней. – Свяжешься со мной еще раз, я тебе пальцы переломаю, понятно?

Должно быть, мой вид не выражал достаточного раскаяния, потому что Эван отпустил мои щеки и ударил меня по лицу. Боли я не ощутила, но его поступок привел к двум неприятным последствиям.

Во-первых, я поняла, что за прошедшие годы научилась понимать не только исходящую от меня угрозу, но и свою неповторимость. Никто не может взять и ударить сирену. Нас следует уважать. Кем он себя возомнил, что осмелился поднять на меня руку? Да и не будь я сиреной, все равно он не имеет права меня бить. Я думала, что злюсь на Океан, когда Она забрала моих родителей и Джиллиан. Эван решил, что может со мной справиться? Да я умру, лишь бы его с собой унести.

Второе происшествие было тесно связано с первым, поскольку я не смогла сдержать тихий вскрик. Он вырвался сам по себе. В следующий миг Эван плеснул воду из стакана себе в лицо и попытался ее вдохнуть. Конечно, вскрик был секундный, да и воды в стакане было недостаточно, так что парень тут же пришел в себя, и все закончилось кашлем. Но Эван сильно разозлился из-за постыдной оплошности и выглядел готовым выместить свой позор на мне. К счастью, снизошедшее на меня откровение придало боевой пыл.

Эван швырнул пустой стакан на пол, где тот разлетелся на сотню мелких осколков. Потом прижал меня к кровати и уселся верхом. Я уже собиралась закричать – он заслуживал услышать смертоносные слова – и с удовольствием наблюдать, как этот жалкий человек прыгнет в окно и ринется в Океан, навстречу своей смерти. Скатертью дорога. Но тут у меня зародились сомнения.

Что, если услышит Акинли? Или Бен с Джулией? Или даже милая старушка из дома напротив? Мне еще никогда не приходилось прибегать к силе своего голоса, чтобы защитить себя. Может, шепота хватит? Но если негромкого звука окажется недостаточно, наверняка Эван тут же заткнет мне рот. А если он выживет после того, как я заговорю, и расскажет Акинли, что я лгала все это время? За те секунды, пока я пыталась сообразить, что делать, Эван снова ударил меня, не причинив боли, а потом ухватил за футболку и приподнял с подушки. Выражение его лица изменилось. Злоба в глазах осталась, но я видела, как на поверхность поднимается иное чудовище.

– Ладно, – вслух подумал он. – Ты же не будешь кричать.

И разорвал футболку. Ту, что дал мне Акинли. Если Эван считал, что его ждет приятное продолжение, то он ошибался.

Крупно ошибался.