Голубые фиалки - Ронда Томпсон

Раздался грохот — это Вега барабанил в дверь. Девушки испуганно заметались. Виолетта протянула карту девочке — той, которая стояла за стойкой, — она казалась самой спокойной и уверенной в себе.

— Найдите этого парня и бегите из города как можно скорее. И послушайте, — Виолетта проглотила комок в горле, — никогда, слышите, никогда не оглядывайтесь назад.

— Но…

— Бегите, эта дверь долго не выдержит.

Девушка кивнула, и все бросились к выходу. Но потом самая храбрая вернулась и торопливо поцеловала Виолетту.

— Вы ангел, посланный нам во спасение, — прошептала она и побежала за остальными.

Глаза Виолетты наполнились слезами. Ангелы не убивают людей, а ведь именно это она и собиралась сделать. А еще она собиралась проверить, не перепрятал ли Вега свои деньги. Виолетта зашла за барную стойку, нагнулась и подняла одну из досок в полу. Там лежало несколько тугих свертков. Это не слишком удивило ее. Вега был скуп — салун обветшал, девочки ходили в лохмотьях, а он копил деньги!

Оглядевшись, Виолетта заметила мешок с мукой. Она высыпала ее на пол и принялась набивать мешок деньгами. Едва она закончила, раздался треск ломающегося дерева. Дверь все-таки не выдержала.

Вега ворвался в комнату громко ругаясь по-испански. Увидев Виолетту с револьвером в руке, он замер на месте. Несколько секунд он вглядывался в ее лицо, потом глаза его расширились от изумления:

— Ты!

— Меня зовут Виолетта.

— Я знаю, как тебя зовут. Я тебя кормил, одевал. Я не делился тобой с другими, и вот как ты отплатила мне!

— Ты купил меня за ящик виски. Бил меня, насиловал, морил голодом. Я ходила в лохмотьях. Я еще не отплатила тебе. Но собираюсь…

Мексиканец взглянул на оружие в ее руке и нервно облизал губы:

— У тебя не хватит духу меня убить… Будь ты и впрямь такой смелой, не стала бы ждать так долго.

Он ее раскусил. Она и правда была трусихой. Вега заставил ее бояться собственной тени. В салуне «Салли» ее прозвали Мышкой. Она прятала свою красоту, словно позорное клеймо. Вега научил ее стыдиться себя — нечистой, опозоренной и униженной. Но тогда она была только испуганным, забитым ребенком, а теперь — теперь она стала женщиной, которая жаждала отомстить.

— Я больше не та испуганная маленькая девочка, какую ты знал.

Он медленно оглядел ее.

— Да, ты больше не девочка… Но я все равно хочу тебя. Скажи, я по-прежнему твой первый и единственный мужчина?

— Нет, — солгала Виолетта. — Я была с настоящим мужчиной. От него не пахло виски и грязью, и он был нежен со мной. Он строен и красив, а уж по сравнению с его мужским достоинством твое — просто жалкий поросячий хвостик.

Лицо мексиканца потемнело.

— Где мои девочки?

— Они больше не твои, — презрительно улыбнулась Виолетта. — Я отпустила твоих пташек на свободу. А теперь, — она вскинула на плечо мешок, — я заберу твои деньги.

— Я убью тебя! — Вега двинулся к ней.

— Нет, это я убью тебя!

Виолетта нажала на курок, но раздался только сухой щелчок. Она нажимала снова и снова, но тщетно. Черт! Теперь она вспомнила: Грегори сегодня чистил оружие. А она была так поглощена мыслями о мести, что не удосужилась проверить револьвер. И теперь эта небрежность может стоить ей жизни…

Улыбка сделала непривлекательное лицо мексиканца еще страшнее.

— Теперь-то мы потанцуем, шлюха! Я заставлю тебя забыть того, другого… А потом я убью тебя и скормлю твое прекрасное тело псам.

Виолетта схватила револьвер за дуло, надеясь использовать рукоятку как оружие. Вега вытащил из кармана нож. Разумеется, нож гораздо опаснее незаряженного револьвера. Только теперь ей пришло в голову, что жажда мести может закончиться ее гибелью, тем самым лишив братьев и сестру надежды на спасение. Это была слишком дорогая цена.

Если бы она рассказала все Грегори, он позаботился бы о них. А может, и нет. Может, он решил бы, что это не его дело.

Вега опять шагнул к ней. Раз она не может убить его, надо бежать. В задней части бара имелась дверь — это была ее последняя надежда. Виолетта швырнула в Виктора мешок с деньгами. Как она и ожидала, мексиканец остановился. Виолетта бросилась бежать, но через несколько секунд он догнал ее и схватил за волосы.

Обернувшись, она со всей силы ударила его рукоятью револьвера по щеке. Взвыв, Вега выпустил ее и закрыл лицо руками. Она рванулась на улицу, где ее ждала оседланная лошадь. По дороге к двери Виолетта споткнулась о мешок, быстро подхватила его и наконец выскочила за дверь. У крыльца стоял Грегори, с недоумением разглядывая ее лошадь.

— Грегори!

— Какого черта ты тут делаешь? — Он с изумлением смотрел на нее.

Она кинула ему деньги:

— Держи!

— Эй вы, там!

Виолетта оглянулась. В конце улицы показалась группа людей. Они, похоже, направлялись в их сторону. Даже в темноте она разглядела блеск звезды на рубашке бегущего впереди человека.

Виолетта схватила поводья, но чьи-то руки обхватили ее сзади, и у самого горла блеснуло лезвие ножа.

— Уезжай! — крикнула она Грегори.

Тот неуверенно смотрел на нее, потом перевел взгляд на нож и на людей, которые бежали к ним.

— Отпусти ее, — попросил он Вегу.

— Отдай деньги! — зарычал мексиканец.

— Нет, Грегори! Он все равно меня убьет! Беги! — закричала Виолетта.

Их взгляды встретились, и она увидела панику в его глазах. Но что гораздо хуже — она увидела, что он колеблется.

— Веги! Ты уже ничем мне не поможешь!

Но он смотрел мимо нее, на злое лицо мексиканца.

— Отпусти ее, и тогда я отдам тебе деньги. — Вместо ответа Вега принялся вопить:

— Помогите, меня грабят! Вы, там, скорее! — Шериф и его помощники были уже совсем близко.

— Грегори! Веги!

И он сделал то, что она велела. То, что и должен был сделать тот Грегори Клайн, которого она встретила на берегу Миссисипи. Он развернул коня и умчался прочь.