Легкая добыча - Хеди Уилфер

— Здесь довольно прохладно, — с опозданием ответила она на вопрос Ричарда. — Я замерзла и решила одеться.

— Хочешь, я разожгу камин?

— Хочу. Сама я не могу этого осилить, слишком устала.

Он довольно усмехнулся.

— Этим ты хочешь сказать, что я тебя утомил, да? Значит, я пока не самый последний любовник. — Пальцем он приподнял рубаху Лиз и погладил ее ладонью по животу. — Ну что, сейчас ты чувствуешь себя получше, чем какое-то время назад?

Ее этот вопрос покоробил, хотя, может быть, Ричард и не вкладывал в него второго смысла. Но, тем не менее, девушке хотелось как можно быстрее исчезнуть из этой комнаты. Вежливо и холодно она все же ответила.

— Спасибо, я чувствую себя вполне прилично. Голова действительно прошла, но я очень хочу спать. Можно мне теперь уйти?

Ричард не ответил и тоже стал одеваться.

Неужели он решил, что все произошедшее можно рассматривать как небольшой сеанс мануальной терапии? — огорченно подумала Лиз. Он, стало быть, предложил себя в качестве сильного плеча, на котором наивная девочка, покинутая и обманутая, может выплакаться и забыть о своих огорчениях. А может быть, он включил секс в прейскурант добрых чувств к бедной родственнице своей дочери?

Ну а какое место в таком раскладе отводится Флоренс? Он ни разу не признал ее своей любовницей, но, с другой стороны, и не отрицал этого. Она снова начинала злиться на Ричарда. В основном за то, что ничего не знает о нем. Но чутье подсказывало: с этим надо повременить, слишком призрачна ее позиция в его доме. Разлучиться с Пат она не хочет и не может. Значит, надо терпеть.

— Что случилось? — Вопрос он задал тревожно, потому что остро почувствовал резкую перемену в ее настроении.

— Ничего. — Лиз посмотрела ему прямо в глаза. — Я понимаю, что стрелки не перевести назад. Что было, то было. Но, по-моему, это наша общая большая ошибка.

— Что? Опять ты за свое? — Его расслабленность как рукой сняло. — Почему ты назвала это ошибкой?

Похоже, он искренне расстроен. Вот только чем?

— Нам не надо было перешагивать через этот барьер. Вы любите повторять, что я еще ребенок. Но это вовсе не так. Я женщина со всеми вытекающими отсюда последствиями. И именно поэтому я считаю, что нам не надо было делать этого. У нас нет и не может быть никаких перспектив. Я, тетя вашей дочери, нахожусь здесь при исполнении вполне определенных обязанностей. И не больше. Для вас я посторонний человек, и об этом нельзя забывать ни вам, ни мне.

— Почему ты все время пытаешься сбежать от меня? — Лицо Ричарда напряглось, черты обострились.

— Да, нет куда мне сбегать. — В своем голосе Лиз услышала горькую ноту, и это ее разозлило. — Полагаю, надо постараться навсегда забыть о том, что случилось между нами в этот вечер. Так будет лучше для нас и, прежде всего, для Пат.

— А при чем здесь девочка?

— Я ее тетя, вы — отец. Разве приличествует нам этакая легкая интрижка? Надеюсь, что и вы это отчетливо понимаете. — К тому же, подумала Лиз про себя, хватит с тебя и Флоренс. А вслух сказала: — Я не хочу осложнять жизнь ни Пат, ни себе, ни вам.

Она повернулась на каблуках и направилась к двери. Но Ричард опередил ее. Обхватив пальцами ее запястье, он притянул девушку к себе.

— Ты вдруг стала говорить загадками, — ворчливо сказал он.

— Никаких загадок. Моя функция здесь вполне определенная — ухаживать за Пат. И время от времени забираться с вами на сеновал я не намерена. Еще раз повторяю: наши отношения не имеют перспектив.

— Послушай, черт возьми, не говори за меня!

— Я и не собираюсь делать этого. У меня только одна просьба: оставьте меня в покое. — Сделав свое заявление, Лиз не решилась посмотреть в глаза Ричарду и быстро покинула комнату. Ей вовсе не хотелось видеть выражение его лица. А больше всего она опасалась услышать от него что-то, чему противостоять она опять не сможет.