Влюбленный горец - Донна Грант

Куин понял, что пропал, когда проснулся и не смог оторвать глаз от Маркейл. Ему удалось встать и не разбудить ее, а теперь все, что он мог, — только стоять и смотреть на нее, пока в голове проносились картины их близости минувшей ночью.

Как ему хотелось, чтобы они встретились по-другому! Однако он понимал, тот человек, которым он был прежде, вряд ли уступил бы желанию взять ее. Изменения произошли в нем только в плену, причем он даже не представлял, насколько кардинально он мог измениться.

Он по-прежнему переживал из-за смерти сына, но что было поделать! Даже если бы сын выжил, Куину, чтобы не навредить, пришлось бы расстаться с ним.

Но все равно жажда мщения за смерть жены и сына не покидала Куина. Он убьет Дейрдре или умрет сам, пытаясь добраться до нее.

Услышав приглушенное ругательство, Куин отвел глаза от спящей Маркейл и обернулся. За его спиной стоял Дункан, одной рукой опираясь на стену, а другую прижимая к животу.

Куин подошел к другу.

— Дункан, что с тобой?

— Что-то мне нехорошо, — пробормотал тот.

Куин понял, он лжет.

— На тебя напали ночью?

— Нет.

Дункан издал короткий смешок.

— Так что случилось?

— Ничего такого, с чем я не смог бы справиться.

Куин отвернулся от него и глянул на Аррана, стоявшего по другую сторону от входа. Он подошел к белому Воителю, который разглядывал Дункана, скрестив руки на груди.

— Он заболел, — сказал Арран Куину.

— Нет, он здоров. Но не хочет говорить о том, что произошло.

Арран потер глаза.

— Не нравится мне все это.

— Мне это никогда не нравилось, но я пообещал Дункану, что все улажу. Правда, мне нужно, чтобы ты тоже кое-что сделал.

Арран фыркнул и сердито тряхнул головой.

— Я не собираюсь снова спорить с тобой, но считаю, что твое намерение сдаться на милость Дейрдре — полный абсурд. Я уже пообещал позаботиться о Маркейл.

— Да, и я очень это ценю. Однако есть нечто более важное.

Арран насторожился. Прищурившись, шагнул к Куину.

— То есть?

— У меня нет сомнений, что в конце концов Лукан и Фэллон придут. Не важно, что я буду говорить, что буду делать, но ты должен бежать вместе со всеми. А уж об этом я позабочусь. Возьми как можно больше Воителей и держись моих братьев.

— Мне лучше держаться тебя.

Куин тоже так считал, но Брок был прав — его время кончалось.

— Передай моим братьям…

— Обязательно, — пообещал Арран. — Я расскажу им все.

Куин набрал в грудь воздуха. Ему стало намного легче. Он не знал, сколько времени отведено им с Маркейл, но понимал, что немного. Дейрдре назначила окончательный срок на завтра, однако ей не терпелось заполучить Куина как можно скорее.

У входа в подземелье раздались звуки открываемой двери. Это означало, что им принесли еду. Куин преобразился в Воителя и, широко шагая, вышел из пещеры. У двери он увидел Айлу.

— Ты за мной?

Вскинув черные брови, она посмотрела на него ледяным взглядом. Она была невысокой, как Маркейл, но высокомерная манера держаться придавала ей росту и рождала ощущение опасности.

— Нет, не за тобой.

— Черт! — пробормотал Куин и убрал когти.

— А что, тебе так не терпится, Куин Маклауд?

Он сунул голову в проем двери и прорычал:

— Ты ведь знаешь: мне нужно, чтобы она перестала мучить Йена.

— Ее гнев остывает медленно.

— Тогда зачем ты здесь? — не унимался он.

Айла пожала узкими плечами.

— Я пришла проверить, как тут раздают хлеб, и посмотреть, не решил ли кто из вас, что лучше служить Дейрдре, чем томиться в подземелье.

— Я решил, — раздался голос у Куина за спиной.

Обернувшись, он увидел, как из темноты выступил Воитель с желто-оранжевой кожей. Куин вспомнил, что дрался ним в первый день, когда оказался в подземелье, и не встречал с тех пор.

— Пошли.

Айла махнула стражникам, чтобы те открыли дверь. Дождавшись, когда желто-оранжевый Воитель пройдет мимо нее, она еще раз глянула на Куина и вышла.

Схватив свой кусок хлеба, Куин раскромсал его когтями. Его разрывали ярость от того, что Дейрдре заставляет ждать, и злость на то, что еще один Воитель перешел на ее сторону.

Когда он вернулся к себе в пещеру, Маркейл уже ждала его.

— Она так и не захотела увидеться с тобой?

— Нет. — Он протянул Маркейл ее половину хлеба. — Я не думал, что она откажется от встречи. Айла сказала, что она вне себя от гнева. Если из-за меня, то она станет постоянно вымещать злобу на Йене.

— Могла бы вымещать его на тебе.

Куин засомневался.

— Ей нужен от меня ребенок, поэтому она не станет рисковать. Ей хочется поиздеваться надо мной, но не так, как над Йеном.

— Как ты думаешь, она собирается захватить твоих братьев?

— А вдруг они уже у нее в плену?

Нахмурившись, Маркейл принялась жевать.

— Дейрдре сама ничего не говорила на этот счет? Могу предположить, что ей захочется использовать их как заложников, чтобы заставить тебя плясать под ее дудку.

— Может, ты права. Как бы я ни боялся, что братья не придут на помощь, я сердцем чувствую, что они появятся здесь. Я заставил Аррана пообещать, что он уйдет отсюда вместе с ними. Мне нужно, чтобы ты тоже дала такое обещание.

— А как же ты?

Он отодвинул косичку, упавшую ей на лоб.

— Я собираюсь помочь вам бежать.

— Ты останешься здесь?

— Да.

В прекрасных бирюзовых глазах отразилось волнение.

— Не надо, пожалуйста.

— Я думал над этим всю ночь, Маркейл. Кто-то должен остаться и сделать все, чтобы Дейрдре не добилась желаемого. Им стану я, потому что не смогу действовать свободно, если буду беспокоиться о братьях, о тебе или о Воителях, которые доверились мне.