Спорим, будешь моей - Елена Тодорова

Улыбаюсь, ибо распирает. Богданова давит что-то робкое в ответ. Засчитано.

На пороге опускаю ее на ноги, чтобы открыть дверь. Но, едва достаю ключи, Лиза берет меня за руку.

– Может, покажешь мне двор, – указывает в сторону сада и виднеющихся вдалеке качелей.

– Все-таки боишься? – выдыхаю и внимательно наблюдаю, считывая все ее реакции.

– Нет, – мотает головой. – Тебя не боюсь.

– Кого тогда?

На этот вопрос не отвечает. Только густо краснеет.

– Просто… Что нам делать в доме? Думаю, на улице интереснее.

– Хорошо, – хриплю я. – Пойдем, – беру за руку и веду.

Не принципиально ее в хату тащить, конечно. Пока не рассчитываю, что там может что-то быть. А значит, можно и во дворе эти два часа тусануть. Шагаю не спеша, периодически поглядывая на Лизу и перебирая своими пальцами ее подрагивающие пальцы.

Понимаю, что нужно ее отвлечь. Втянуть в какой-то диалог, тогда она сможет расслабиться. Только в голову, как назло, ни хрена толкового не приходит.

– Вы здесь выросли? – задает тему сама Дикарка.

Неожиданно. Думал, слова из нее сейчас не вытяну. Но на свежем воздуха она, походу, расслабляется. Проводит ладонью по стойке турника.

– Вообще, не совсем так, – говорю, когда уже останавливаемся.

Впиваюсь в свою Дикарку взглядом. Ничего поделать не могу! Она, блядь, такая красивая. Губы, улыбка… И эти глаза… Я не врал ведь, когда говорил, что они, черт возьми, как звезды. Зеленые звезды, да. И не волнует, что так не бывает в природе. Бывает!

– Мы живем в районе академгородка. А это, – беглым взглядом обхожу территорию, – просто дача. Летом тут торчим чаще всего. Маме нравится, – указываю на клумбы и прочие цветники. – С началом учебного года перебрасываемся обратно в городок и потом, до мая, почти не появляемся. Хотя отец, бывает, заскакивает. Но это прям крайне редко. Если что, я всегда в курсе. Не бойся, – в очередной раз успокаиваю. – Тут безопасно. Забор высокий. Даже если кто-то из соседей объявится, ничего не увидят.

Сжимаю тонкие пальцы. Вплетаю свои. Шагаю ближе, пока совсем рядом не оказываемся. Чтобы сохранять зрительный контакт, Лизе приходится задирать голову.

– Море близко? – шепчет едва слышно.

Наверняка интересуется, лишь бы поддерживать разговор и скидывать тот накал, что я, блядь, непреднамеренно подрываю.

– Пойдем, – тяну в сторону, чтобы показать.

Проходим спортивную площадку, сад, кустарники смородины и, наконец, оказываемся в конце участка. За неглубоким обрывом, у диковатого скалистого берега и простирается наше море.

– Боже, какая красота… – выдыхает Лиза восторженно. – Невообразимо!

– Да ладно, – смеюсь. И в то же время залипаю, с трудом функционируя. Если она тащится от природы, то я – от нее. Люто. – Ты будто моря не видела?

Что невозможно, учитывая тот факт, где мы живем.

– Близко не видела, – признается Богданова.

И я с открытым ртом зависаю.

– В смысле? – не могу скрыть своего удивления. – Еще скажи, что никогда в воду не входила, – в конце этой реплики по привычке присвистываю.

Блядь, я, конечно, не пытаюсь сказать, что она врет. Просто так получается.

Благо Лиза на эту фигню внимания не обращает. Пожимая плечами, смущенно сообщает:

– Не входила. Мы никогда не были у моря. Я видела только мельком, если где-то проезжали на транспорте.

– Ну не гони… – выдаю шокированно. Как такое вообще возможно? Жить в десятке километров от моря и никогда не видеть его? Это ее «мельком из транспорта» – просто херня какая-то. Отхожу, когда понимаю, что Богданова говорит серьезно. – Твою ж мать… – не удается сдержаться. Она лишь краснеет и отводит взгляд в сторону. – Ладно… Прости, если резко, окей?

Кивает.

С привычной робостью, но без злости смотрит мне в лицо.

– А мы можем туда пойти? – так тихо спрашивает, словно о чем-то запредельном просит.

Я окончательно отмираю.

Блядь же… Как сам не додумался предложить?

– Конечно, – тяну ее к калитке. – Только осторожно, ступеньки крутые.

– Уверена, ты сам здесь гоняешь, – выдает Дикарка уже на лестнице вниз и неожиданно смеется.

Тихо, конечно, и как-то слишком коротко. Однако этого хватает, чтобы меня заклинило – торможу и, выкатывая глаза, таращусь на нее. Не сдержавшись, касаюсь ладонью ее шеи. Лиза громко вдыхает, а я веду большим пальцем по ее подбородку.

– Сделай еще, – хриплю, словно какой-то малолетний пистон.

– Что? – задушенно уточняет она.

Вскидываю голову и веду взглядом по бескрайнему периметру. Но надолго он меня, естественно, не отвлекает. Снова опускаю веки, пялюсь на Дикарку.

– Ты смеялась.

– Ну да…

– Еще так сделай.

– Как? Не по команде же… – смущенно отворачивается.

– Лады… – выдыхаю я. – Пойдем, – увлекаю дальше вниз по ступенькам.

Когда спускаемся к берегу, вновь замечаю в глазах Лизы тот странный всепоглощающий восторг. Отпускаю ее, чтобы наклониться и коснуться пальцами мокрого песка, а потом и набегающих морских волн.

– Можно снять обувь. И… одежду, – выдаю я. Тут же спешно добавляю: – Чтобы искупаться. Вода по-любому еще теплая… Черт, тебе же нельзя в море, – вспоминаю о ее швах секундой позже. Лиза просто смотрит на меня и улыбается. – Ну, хоть обувь сними.

Она недолго колеблется. Кусая губы, принимает мое предложение. Скидывает сандалии, слегка подбирает юбку и идет прямиком к воде. Должен заметить, меня эта решительность со стороны Дикарки даже удивляет. Думал, будет бояться и из-за этого ломаться.

Когда первая пенная морская волна наползает ей на ступни, распахивает губы, зажмуривается, морщится и с тонким писком втягивает голову в плечи. А я, блядь, взрываюсь, как ядерный реактор. Раскидывает этот чумовой огонь искрами по всему телу. Чтобы выжить, кроме как рассмеяться, другого выхода не нахожу. Реализую выработанную энергию и тут же под прикрытием веселья ее заземляю.

Лиза же шагает дальше и дальше. Останавливается, лишь когда вода достигает ее колен. Юбка, естественно, выше в этот момент оказывается. Оглядываясь на меня, Лиза счастливо улыбается. Я, продолжая сипло посмеиваться, тупо пялюсь.

– Ты не зайдешь ко мне?

Две секунды… И я уже скидываю с себя обувь и всю одежду.

Дикарка охает и отворачивается. А я иду прямо к ней. Припечатываясь сзади, стопорю дыхание. Прислушиваюсь не к себе, к ней. Напряженно дрожит, но не отталкивает. Крайне медленно веду ладонями по животу к бедрам, обратно к пупочной впадине, которую нащупываю через ткань блузки, еще выше – под грудь. Вжимаюсь лицом в волосы. Крепче давлю пальцами.