Моя строгая Госпожа - Эрик Романидис

Солнечный зайчик прыгал по мраморной статуе, как будто подсматривая за молодой прелестницей. Однако каменная гречанка в хитоне, который по традиции обнажал правую грудь, не обращала внимания на его тщетные попытки. Она безучастно смотрела в окно, и ее неподвижный взгляд тонул в небесной голубизне и рокоте прибоя.

Комната, где играли в свою извечную игру статуя и солнечный зайчик, напоминала жилище афинской гетеры времен правления Перикла. У туалетного столика, украшенного резьбой и перламутром, стоял изящный табурет с мягкой подушкой на сиденье, за ширмой, раскрашенной, как античная ваза, спряталось ложе под балдахином из вуали, густо затканной пальметтой. Полы будуара украшала мозаика, между барельефными колоннами встречались медальоны с фресками, а по нижнему и верхнему краям стен протянулся классический меандр.

Дверь на большой балкон была открыта настежь, и теплый ветерок теребил края снежно-белых занавесей из тонкого маркизета. Посреди комнаты стоял большой прямоугольный стол на трех ножках. Его крышка была сделана из черного дерева и богато украшена бронзой и слоновой костью. Однако сейчас этой красотой никто не смог бы полюбоваться, потому что весь стол покрывали толстые гроссбухи, подшивки отчетов, накладные, акты, счета и другие бухгалтерские бумаги. Некоторые листки упали на пол и еле слышно шуршали, когда прозрачные пальцы ветра дотягивались от балкона и до них.

С двух сторон стола, напротив друг друга, сидели Дамиана и Галатея. Они сосредоточенно рассматривали разложенные перед ними документы, и с каждой минутой губы брюнетки сжимались все крепче. Наконец она с нетерпеливым вздохом откинула в сторону очередную многостраничную смету и взяла с бронзового треножника, стоящего поблизости, чашку с кофе. Вдохнув с наслаждением аромат любимого напитка, Дамиана сделала небольшой глоток и прикрыла глаза.

– Как я устала от этой чертовой бухгалтерии, – буркнула она недовольно, разглядывая причудливые облачка, бегущие по беспечной голубизне неба.

За балконной дверью жизнь казалась куда легче и увлекательнее, чем сейчас в четырех стенах этой изящной комнаты. Помещение было оформлено и обставлено в согласии со вкусами хозяйки, но, сидя над учетными книгами и разгребая экономические завалы, Дамиана чувствовала себя узницей. Наверное, в древние времена такие же ощущения иногда возникали и у настоящих правителей. Ведь это только со стороны кажется, что власть – удовольствие и потакание своим желаниям. На деле же она куда чаще оборачивается бременем, заботами и неудобствами, которые приходится терпеть, если хочешь, чтоб твое королевство продолжало жить. И пусть Стили был совсем крошечной вотчиной, он тем не менее требовал ежеминутного внимания и весьма солидных расходов. А чтобы деньги тратить, их нужно откуда-то брать… О боги, какая же это скука!

– Тебе не обязательно сидеть здесь вместе со мной, – ответила на замечание подруги Галатея. – Я и сама могу справиться.

– Ну, нет. Не могу же я тебя бросить в одиночку разгребать весь этот хаос. И пускай за финансы на острове отвечаешь ты, я, как первая царица, должна принимать участие в нашей экономике. В конце концов, на счетах стоит моя подпись, так что…

– Так что ты должна все контролировать, – со смешком закончила шатенка и лукаво глянула на Дамиану своими фиолетовыми глазами.

Первая царица на миг вспыхнула возмущением, а затем тоже улыбнулась. Подруги нередко подсмеивались над ее страстью контролировать всех и вся, но «против натуры не попрешь». Да и надо ли? Если бы не эта ее черта, никакого острова Темной Любви никогда бы не было. Как не было бы и Пяти Цариц. Это остальные девушки (за исключением разве что Галатеи, которая взяла на себя роль министра финансов) могут позволить себе маяться дурью дни напролет, а у Дамианы есть обязанности, которые царица должна выполнять независимо от настроения, предпочтений и желаний. И она прекрасно с ними справляется. Хоть и ненавидит эту рутину всей душой.

Брюнетка снова посмотрела на голубое небо, вздохнула и пододвинула к себе очередную стопку бумаг.

– Что-то меня настораживает в последних отчетах, – задумчиво проговорила она, перебирая листки. – Только я не пойму, что именно.

Галатея пожала плечами, будто говоря, что переживать не о чем.

– Пока доходы идут голова к голове с расходами, – сказала она будничным тоном. Но затем, просмотрев несколько столбцов с цифрами, добавила: – Хотя… Стоит поумерить пыл наших малышек. Особенно Ангелики – она слишком расточительна последнее время. Впрочем, София с Зоей ненамного от нее отстают. Девочки совершенно разучились считать деньги. Если так пойдет и дальше, нам понадобится дополнительный источник доходов или меценат, который согласится оплачивать наши счета. Того, что есть у нас сейчас, уже недостаточно.

Дамиана нахмурилась и враждебно посмотрела на испещренные сотнями цифр листы, покрывшие весь стол. Чего-то подобного она ожидала уже давно. Тройка самых молодых из Пяти Цариц беспокоила верховную правительницу с того самого момента, как стало понятно, что жизнь на Стили превратилась для них в рутину. Чтобы разжечь внутренний огонь, девушки тратили все больше денег, проявляли небрежение к своим обязанностям, ссорились и перечили старшим подругам даже там, где это было совершенно не нужно… и недопустимо.

Галатея за всей своей холодностью мраморной коры слишком добрая. И хотя финансы ее конек, она склонна чересчур потакать «нашим малышкам». Как только ей удалось в реальном мире добиться такого высокого положения? Впрочем, она относится к принцессам, как заботливая мамаша, и скорее всего такого от нее больше никто не удостаивался, так что вопрос праздный. Но черт побери!!! Сколько сложностей на пустом месте. Нужно что-то со всем этим делать, иначе…