Укрощение невесты - Линси Сэндс

— С моими ногами все в порядке. И я, строго говоря, не сидела в седле, а отдыхала у тебя на коленях. — Рассмеявшись, она высвободилась, но, не успев и шагу ступить, упала. Ноги, с которыми, безусловно, все было в порядке, подогнулись. Сморщившись, Мерри снизу вверх взглянула на мужа, ожидая, что он будет смеяться над ее неловкостью. Ее братья всегда вели себя именно так. Но Алекс почему-то даже не улыбнулся. Он нахмурился, поспешил к ней и помог встать.

— Ты должна научиться принимать помощь и прислушиваться к советам других людей, — спокойно сказал он, ставя ее на ноги. — В какой-то момент любому из нас может понадобиться помощь.

Алекс говорил очень тихо, что было совершенно не похоже на ее отца и братьев, которые по любому поводу начинали орать. Но его слова действовали намного эффективнее. Неожиданно для самой себя Мерри покраснела. Ее охватило какое-то странное чувство — смесь стыда и страха. Хорошо бы он поменьше ее воспитывал! В конце концов, почему ее должно так волновать, что он о ней думает? Ответа на вопрос у Мерри не было, но она определенно тревожилась, и ей это не нравилось.

Она даже язык прикусила, чтобы не ответить дерзостью, и не пошевелилась, пока он поддерживал ее. Только убедившись в том, что жена твердо стоит на ногах, Алекс отпустил ее. Мерри сразу направилась к воде.

— Я позабочусь о лошадях, — сказал ей вслед Алекс, — а ты можешь искупаться, если хочешь.

В любое другое время Мерри заявила бы, что сама позаботится о своей кобыле. Но теперь, оскорбленная мягким упреком, она промолчала. Подойдя к кромке воды, Мерри начала раздеваться. Сняв платье и положив его на крупные камни, Мерри оглянулась на мужа, убедилась, что он стоит к ней спиной и занят лошадьми, и быстро скинула нижнюю рубашку. Бросив ее сверху на платье, она поспешила в воду.

К несчастью, торопясь поскорее оказаться в воде и скрыться от любопытных глаз, она побежала в воду, совсем забыв о предосторожности, и сильно ушибла ногу, налетев на подводный камень.

Она непроизвольно вскрикнула и тут же услышала ответный возглас Алекса. В панике обернувшись, она увидела, что муж несется к воде. Сообразив, что она абсолютно голая, Мерри присела, чтобы спрятаться в воде.

— Со мной все в порядке, — с трудом выкрикнула она. Вода оказалась такой холодной, что у девушки перехватило дыхание.

— Ты ушиблась? — озабоченно спросил Алекс, но остановился на берегу и не полез в воду, хотя мгновение назад явно собирался это сделать.

— Нет, — соврала она. — Просто вода очень холодная.

Алекс внимательно посмотрел на жену, словно ее слова его совсем не убедили, потом кивнул и вернулся к лошадям.

— Я уже почти закончил, — крикнул он через плечо. — Сейчас присоединюсь к тебе.

Мерри скорчила ему вслед рожицу, восприняв его слова как угрозу, а не как обещание. И пошла на глубину, теперь уже соблюдая осторожность. Она не привыкла ощущать свою неправоту. На протяжении многих лет в замке своего отца она была всегда, или почти всегда, во всем права. И ей не нравилось, что муж считает ее виноватой, даже когда речь идет о такой мелочи, как нежелание принять помощь.

Удивляясь самой себе, Мерри потерла под водой руки. Тело начало привыкать к холодной воде. Она минутку постояла, наслаждаясь ощущением прохладной свежести. Чистая вода нежно ласкала ее разгоряченное тело. Потом она набрала в рот побольше воздуха и нырнула. Тело уже более или менее привыкло к холоду, но голова, как выяснилось, еще нет. И Мерри едва не закричала в воде, когда голову буквально обожгло холодом. Но, тем не менее, у нее хватило сил нырнуть на дно, чтобы достать немного донных отложений — смеси ила, песка и глины. Набрав полную пригоршню, она вынырнула на поверхность. Отдышавшись, Мерри отметила, что Алекс все еще возится с лошадями, и только потом стала разглядывать, что у нее в руках. К ее облегчению, она набрала почти чистый песок, а не илистую грязь. Им девушка и воспользовалась, чтобы как следует вымыться. Песок помогал смывать с тела накопившуюся за день грязь.

— Я вижу, ты тоже знаешь о природном мыле, — одобрительно заметил Алекс.

Голос мужа заставил Мерри волчком крутануться в воде. Оказалось, что он, уже голый, вошел в воду и направлялся к ней.

— Мама тоже его так называла, — сказала Мерри, следя за его передвижением. — Она научила меня так мыться во время нашего первого путешествия к Кейду. Я тогда была еще маленькой. Она сказала, что эффект тот же, что от душистого мыла, которым мы пользовались дома. И мне кажется, этот способ мыться ей нравился больше.

Алекс кивнул, продолжая двигаться к ней. Приблизившись, он взял ее за руку и привлек к себе.

— Не смотри на меня такими обиженными глазами, — нежно прошептал он. — Ты заставляешь меня чувствовать себя чудовищем, которое выговаривает красавице за то, что она не желает принимать советы и помощь.

Мерри несколько удивилась тому, что он употребил именно такое слово. Это напомнило ей выволочки, которые она сама в последние годы постоянно устраивала своим братьям и отцу. Но, несмотря на всю мягкость, почти нежность, его замечание больно ее задело — этого Мерри не могла не признать. И она впервые задумалась. Быть может, ее обращение с отцом и братьями на протяжении всех последних лет было неправильным? Возможно, тихий и твердый голос оказался бы эффективнее?

Ну нет, уже в следующее мгновение решила Мерри. Они бы прислушивались к тихим спокойным речам не больше чем к ее крикам, рявканью и ругани. Ее отец и братья были неисправимы. В то время как она оказалась слишком чувствительна. Уж этого она от себя совсем не ожидала. Отец и братья могли называть ее мегерой, гарпией и другими нехорошими словами, которые ее нисколько не задевали. А этот человек высказал свое неодобрение очень тихо, мягко, и она сразу почувствовала себя не в своей тарелке. Странно.

— Ты очень напряжена, расслабься, — сказал Алекс, и Мерри сразу же так и сделала, но вовсе не потому, что он ей велел. Просто он прижал ее в воде к своему теплому телу, и оказалось, что думать при этом невозможно.

Способность думать не вернулась, когда Алекс начал целовать ее. Он слегка приподнял ее в воде, чтобы их головы оказались на одном уровне. В результате ему не нужно было наклоняться, чтобы целовать ее, но ее ноги лишились опоры. Повинуясь силе течения, они поплыли вперед и, наткнувшись на ноги Алекса, переплелись с ними. Пошевелившись, Мерри почувствовала, как ее соски трутся о грудь мужа, и внезапно ее захлестнула горячая волна желания.

— Разве мы не должны присоединиться к остальным? — не очень внятно пробормотала она, когда ее рот оказался свободным. Алекс скользнул губами по ее подбородку, шее, груди, постепенно все выше и выше поднимая ее из воды. — Они готовят ужин и разбивают лагерь. Им понадобится помощь.

В ответ Алекс нежно захватил ртом ее сосок.

Мерри вздрогнула, откинула голову назад, застонала и отказалась от дальнейшего сопротивления. Если Алекс опять хочет ее, она должна повиноваться, разве не так? Не успела она свыкнуться с этой мыслью, как Алекс подхватил ее на руки и понес на берег.