Одно идеальное лето - Пейдж Тун

– Добрый день, – весело здороваюсь я, проскользнув мимо.

– Эй! – кричит он вслед, нахмурившись, потому что я его обогнала.

– Задремал? – кричу я из-за плеча.

– Готовлюсь к вечеру. Ты пойдешь выпить в «Энкор» после работы?

Это один из местных пабов возле реки, где все мы собираемся.

– Конечно.

– Осторожнее! – шутит он, когда я наклоняю голову под мостом. Теперь я знаю реку как свои пять пальцев. Иногда мне кажется, я могла бы грести вслепую.

День очень душный, и я вздыхаю от облегчения, когда подхожу к пристани с последней лодкой. Несколько туристов оставляют мне щедрые чаевые, и я их искренне благодарю. Хватит на первую порцию спиртного. Я вытираю лоб рукой. Если такая жара стоит уже в мае, трудно представить, что будет дальше. Я завязываю волосы в пучок, но чувствую, как сзади вспотела шея. Внезапный порыв прохладного ветра приносит недолгое облегчение, но вскоре опять становится изнуряюще жарко. Я рада, что сегодня на мне платье – белый сарафан. Он стал для меня чем-то вроде униформы. Джесси же по-прежнему плавает во всем черном, даже в такую жару.

Я схожу с лодки и направляюсь в паб. Столы и стулья установлены вплотную к веревочной ограде тротуара с видом на реку. Джесси уже внутри. Он поворачивается, улыбается мне и протягивает мой традиционный заказ – пинту светлого пива. Честно говоря, никогда не думала, что полюблю светлое пиво.

– Держи, Чайна.

– Здорово, Уизли.

Наши клички прижились. Мы звеним бокалами и делаем по нескольку больших глотков. Горьковатая жидкость течет прямо в горло и сразу охлаждает меня изнутри.

– Загруженный день, да? – комментирует Джесси.

– Немного.

– Сколько у тебя? – Он имеет в виду туры.

– Восемь.

– Слабачка, – поддразнивает он.

– Да-да, до твоих двенадцати мне еще далеко, но я пытаюсь.

Он ласково пихает меня локтем.

– Ты неплохо справляешься, если учесть, какая ты крошка.

У стойки освобождается стул. Он подает его мне и облокачивается на деревянную барную стойку. Мы всегда стоим здесь, пока не приходят наши друзья, а потом чаще всего перемещаемся за столик на улице, если есть места.

– Спасибо, – благодарю я за стул. Мне очень хочется сесть. – Как проходит поиск студентов?

В прошлом году родители Джесси на два года уехали за границу. Его отец – юрист в солидной фирме, и на какое-то время его перевели в офис в Вашингтоне. Родители оставили Джесси приглядывать за домом и позволили сдавать две спальни студентам. Все было хорошо, но оба студента оказались третьекурсниками, и к сентябрю ему нужно найти двух новых жильцов.

– Почему бы тебе не переехать? – будничным тоном спрашивает он, делает глоток пива и смотрит на меня из-за кружки.

– Ты серьезно? Вряд ли тебе захочется со мной жить, – отвечаю я, не принимая его предложения всерьез.

– Конечно, захочется.

– Мы вместе работаем. Хочешь еще и жить вместе?

– Почему бы нет? Мы можем вместе ходить на работу.

– Еще и вместе ходить на работу? Может, тогда уж сразу поженимся и заведем парочку детей?

Он кривит лицо:

– Боже, что за мысли.

– Грубиян!

Я пытаюсь казаться рассерженной, но не могу удержаться от улыбки. Он ухмыляется, обнимает меня за шею и целует в лоб.

У нас с Джесси очень тактильные отношения, но между нами совершенно нет сексуального притяжения. Иначе я с ним бы не подружилась. Я знаю, что совершенно его не привлекаю. Это для меня важно, ведь я по-прежнему люблю Джо. По-прежнему скучаю по Джо. Но Джесси стал моим спасителем. Он вернул меня к жизни. Не представляю, что бы я без него делала.

– Ты никогда ничего не добьешься с Блонди, если будешь перед ней так себя вести, – делаю я ему мягкое замечание и смотрю из-за его плеча на девушку за баром. Джесси строит ей глазки уже несколько недель. Он улыбается и снова подносит свой бокал к моему. Я замечаю, что блондинка за стойкой смотрит на нас, слегка нахмурившись. Может, она все-таки неровно дышит к Джесси. Мое присутствие совсем не способствует развитию их отношений, но уйти я не могу. Я слишком нуждаюсь в нем. Меня буквально трясет от мысли, что я могу его потерять.

– Надеюсь, ты не заболеваешь? – обеспокоенно спрашивает он, прижимая руку к моему лбу.

– Нет, я в порядке. – Я меняю тему: – Пойдем посмотрим, где остальные?

– Конечно.

Он поглядывает на девушку за баром, но теперь она упорно отводит глаза. Я никак не могу избавиться от чувства вины, пока он идет вслед за мной по пабу.

– Нет! – кричит Джесси на Криса, высокого симпатичного блондина, еще одного гребца. – Ей больше не нужно.

– Ты ей что, отец? – кричит ему Крис из двери. – Элис? Что ты будешь?

Я отмахиваюсь и указываю на Джесси, который сидит слева от меня на длинной скамейке.

– Нет… Он прав, – заплетающимся языком бормочу я. – Похоже, мне пора закругляться.

– Все веселье испортил, – бормочет Крис и поворачивается, чтобы зайти внутрь.

Мы покинули «Энкор» пару часов назад и переместились в «Пикерел-Инн» на другом конце города, рядом с нашей лодочной станцией Магдалин-Бридж. Мы сидим на скамейках за длинным столом на улице.

– Ты не пойдешь в «Революшн»? – расстроенно спрашивает Сэмми.

Сэмми работает в киоске по продаже лодочных туров. Она симпатичная, немного повыше меня, с каштановыми волосами по плечи и голубыми глазами.

– Сегодня вечер четверга, – со стоном обращается она к Джесси, своему самому надежному товарищу по выпивке.

– Нет, лучше я отведу Китаянку домой, – говорит Джесси, вылезая из-за скамейки.

– Я сама справлюсь. – Я пытаюсь встать, сильно пошатываясь. Джесси кладет руки мне на талию и вытаскивает меня, подняв прямо над Майком – еще одним приятелем по лодкам, – который сидит с другой стороны.

– Эй! – пригибает тот голову.

– Прости. – Я выдавливаю пьяные извинения.

– До завтра! – кричит Джесси нашим друзьям, почти унося меня. Протаскивает меня через старый, тесный паб с темными деревянными балками и низкими потолками и выводит на улицу.

– Пока, – говорю я Джесси, который живет в другой стороне города.

– Ты не пойдешь домой одна в таком состоянии, – отрезает он. – Думаю, тебе лучше переночевать у меня.

– Опять? – охаю я. – Все и так уже думают, что мы встречаемся.

– Ни черта подобного.

Я постоянно околачиваюсь у него. Я не общаюсь ни с кем из студентов в своем общежитии, может, потому что приехала туда в таком поломанном состоянии. Но теперь, когда я уже нельзя сказать, что пришла в себя, но определенно нахожусь на пути к починке, внезапно влиться в компанию я уже тоже не могу. Джесси же все время был рядом со мной во время этого превращения – или, если хотите, исправления. Мои сокурсники посчитали, что дело в нем, в нашей любви. А мне это не настолько важно, чтобы убеждать их, что мы просто друзья. Как-то раз я попыталась, но девочки начали дразнить меня и не поверили ни слову. Похоже, они хотят, чтобы я кого-нибудь нашла. Не буду их разочаровывать. Пусть думают что хотят, если им от этого легче.