Брачный обет - Каролина Дэвидсон

Едва пальцы мистера Соломона коснулись деревянной поверхности инструмента — тотчас куда-то исчез сдержанный настройщик. Благоговейным жестом он поднял крышку и придвинул табурет.

Молодой человек, поняв, что его присутствие больше не нужно, отошел назад. Увидев слева стул, он подвинул его к роялю.

— Пойди и позаботься о гостинице и пригляди за сумками, — Давид Соломон нетерпеливо махнул рукой. — Мне некогда — я работаю.

Длинные пальцы взяли три октавы — и полились почти прозрачные, чистые звуки. Но когда он стал нажимать дальше на клавиши, звучание прервалось. Несмотря на то что упакованный в ящик инструмент доставили из Нью-Йорка с величайшей осторожностью, путешествие, видно, сказалось на натяжении струн.

Рейчел прошла вперед по ковру, который только вчера постелили в центральном проходе зрительного зала. Театр, конечно же, был меньше, чем ей довелось видеть в большом городе, но все равно очень красивый. В нем могли расположиться две сотни зрителей.

Она дошла до середины прохода, когда Давид Соломон насторожился и склонил голову набок. Его руки повисли над клавишами, и он повернулся к Рейчел, которая застыла на месте.

— Кто здесь? — отрывисто спросил он. — Хорас? Я, кажется, отправил тебя заняться багажом.

Рейчел подошла поближе.

— Мистер Соломон, это не Хорас. Меня зовут Рейчел Макферсон.

— Я просил, чтобы в здании никого не было. Что вам нужно?

Она, придерживая юбку, быстро поднялась по ступенькам на сцену.

— Я не собираюсь мешать вам, сэр, — волнуясь, еле слышно произнесла она.

Он раздраженно вздохнул.

— Вы мне уже помешали.

— Я хотела всего лишь постоять и послушать, — сказала Рейчел, но природная честность взяла верх. — Вообще-то я также хотела попросить вас об одном одолжении.

Давид Соломон нахмурил брови.

— Я ничего не могу для вас сделать, милая дама. Мне надо ехать в другие места. За три недели я должен настроить восемь роялей.

— У меня… вернее, у моей семьи есть пианино, которое необходимо настроить, сэр, — робко произнесла Рейчел.

— Предполагаю, что почти каждый инструмент к западу от Сент-Луиса нуждается в моей помощи, — резко ответил он. — У меня нет времени для вашего домашнего пианино.

Это “Стейнвей”.

Он приподнял голову. — Вы играете?

— Не так хорошо, как его владелец, — тихо ответила она. — Или, лучше сказать, как мог бы играть.

Властным жестом Давид Соломон махнул рукой в ее сторону.

— Я поговорю с вами позже.

Рейчел вздохнула с облегчением и, спустившись со сцены, уселась ждать.

Очевидно, имя Джекоба Макферсона оказалось знакомо Давиду Соломону.

— Он был многообещающим, одаренным человеком.

Ничего не говорящая фраза, подумала Рейчел, но когда она попросила об одолжении, то настройщик без колебания согласился.

— Он хочет увидеть Джейка или настроить пианино? — спросил потом у Рейчел Корд.

— Не знаю, — ответила она. — Он приедет сюда утром, чтобы настроить инструмент, а если Джейк не пожелает проявить по крайней мере вежливость, то я буду вне себя от злости.

— Я не хочу, чтобы какой-то неизвестный человек дотрагивался до пианино, — с решительным видом заявил брату Джейк.

— Рейчел сказала, что он знает твое имя.

— Сомневаюсь. — Джейк продолжал хмуриться.

Корд пожал плечами.

— Рейчел говорит, что он слышал твою игру в Нью-Йорке и хотел бы с тобой встретиться.

— Непонятно, зачем, — насмешливо произнес Джейк.

— Мне тоже непонятно, — раздался от двери голос Рейчел. — Трудно себе представить человека с более дурным характером.

— С меня хватит. Утром я получил взбучку от Корда, перед ужином Рена пристыдила меня, а теперь вы оба уговариваете меня быть пай-мальчиком завтра утром.

Рейчел, сощурившись, перевела взгляд на Корда.

— У вас был скандал сегодня утром?

— Подозреваю, что вы имеете к нему некоторое отношение, мисс Рейчел.

— Что случилось?

— Он заявил, что я лентяй. Рейчел повернулась к мужу.

— Ты так сказал?

— И еще кое-что. Я велел ему вести конторские книги.

Рейчел не удержалась от улыбки.

— И вы согласились? — спросила она у Джейка.

— А что мне оставалось? Корд никогда в жизни так на меня не злился, — мрачно ответил он.

— Полагаю, он не будет настаивать, если вам это не под силу, — ровным голосом произнесла Рейчел, не обращая внимания на присутствие Корда. — Хотите, я с ним поговорю?

Джейк вскинул голову.

— Полагаю, вы уже это сделали, мэм. Со слов Корда, вы обвинили его в том, что он потакает симулянту.

— Возможно, я и сказала что-то подобное, — с задумчивым видом согласилась она.

— Удивительно, как это вы оба допустили, что я сам додумался до того, чтобы столоваться со всеми?

Корд усмехнулся.

— Скорее всего ты просто пожалел Лорену, которая таскает по коридору тяжелые подносы.

Застенчивая улыбка появилась у Джейка на губах.

— Отчасти. Она готовила и убирала на кухне, пока вы были в городе, и у меня не хватило духу попросить ее принести мне поднос. Поэтому я сказал, что пора мне есть со всей семьей.

Рейчел прикрыла веки, чтобы скрыть набежавшие слезы. Как же он изменился!

— Рейчел? — Он подкатил кресло к ней поближе. — Что с вами?

Она сморгнула слезу.

— Ничего. Я собираюсь попросить вас об еще большем одолжении.

Он раздраженно вздохнул.

— Давайте, не стесняйтесь.

— Будьте в гостиной завтра утром, когда приедет мистер Соломон. Просто проявите вежливость и поздоровайтесь с ним. Он замечательный человек, Джейк, — умелый и талантливый.

— Большинство настройщиков обладают талантом.

— Джейк, он задерживается здесь на день, чтобы приехать к нам, — добавил Корд.

Джейк смерил сердитым взглядом Корда и Рейчел.

— Ты просто давишь на меня, Корд. Мне не нравится, когда меня жалеют. Вот бедняжка — безногий пианист! Пожалуйста, взгляните на него!

— Обещаю, что он не станет смотреть на вас с жалостью, — тихо сказала Рейчел.

— Да ну?

— Да. Он не в состоянии увидеть вас, Джейк. Он слепой.

Прислушиваясь к звучанию верхних регистров, Давид Соломон, казалось, не слышал, как в проеме двери гостиной появилось инвалидное кресло. Он ударил по клавише, затем встал и, склонившись над струнами, что-то поправил и повторил это несколько раз, прежде чем остался доволен сделанным.