Крепкий орешек - Уинифред Леннокс

Маргерит промолчала. Совсем недавно она целиком и полностью доверилась Джастину, и что из этого вышло? Она готова была разделить с ним все, чем обладала в этом мире, а оказалось, что по сравнению с ним она — совершенная мелочь и, если кого-то можно назвать в этой ситуации неимущим, так это ее.

— Советую закрыть глаза, чтобы не закружилась голова, — предупредил ее Джастин, когда самолет пошел на снижение. — Полоса для посадки небольшая, поэтому приходится использовать спортивные самолеты, зато они способны приземлиться хоть на почтовой марке. Закрой глаза и ничего не бойся!

Когда самолет прорвался сквозь облака, стали видны башни замка, напоминавшего картинку из детской сказки.

Пилот мастерски посадил самолет, Джастин ступил на землю и помог Маргерит спуститься по трапу. Прикосновение его руки подействовало на нее, как удар тока. Все ее тело вспыхнуло от этого невинного прикосновения.

— Джон, ты свободен. Можешь прилететь за нами после полудня, часам к четырем, — распорядился Джастин. — К этому времени мы все успеем осмотреть. В ангаре нас ждет «лендровер», — пояснил он Маргерит, — пойдем.

— А где остальные обитатели замка? — спросила она Джастина, отпиравшего дверь в каменное сооружение, которое он назвал ангаром.

— А кого ты имеешь в виду? — Он саркастически усмехнулся. — На сегодняшний день остров необитаем. Отец раз в месяц посылает команду слуг привести замок в порядок, но уборку сделали дня два назад. Так что, кроме нас с тобой, здесь никого нет.

— Ты хочешь сказать, что мы здесь совсем одни?

— Чувствуй себя, как королева Елизавета в Букингемском дворце, — посоветовал Джастин и внимательно посмотрел на нее. — Что случилось? Здесь ты чувствуешь себя не так уверенно, как на Корфу?

Прежде чем она сообразила, что он имеет в виду, Джастин распахнул дверь и вошел в помещение.

— Остров необитаем в течение последних двадцати лет, — сообщил он. — Что делать — он слишком мал, чтобы поддерживать здесь нормальную жизнь. Раньше жили несколько фермерских семей, но детям надо было учиться, а старики — кто уехал, кто умер. Поэтому отец решил организовать здесь роскошный отель для отдыха. Он считает, что это принесет приличный доход. Здесь прекрасная морская рыбалка в заливе, возможность охотиться на шотландскую куропатку… Кто не захочет отдохнуть в уединенном местечке на свежем воздухе, после напряженной работы поваляться недельку на солнышке? Ну садись, Маргерит, и поедем. — И он открыл перед ней дверцу «лендровера».

Маргерит молча забралась на сиденье, пытаясь убедить себя, что ей нечего бояться. В конце концов, они здесь по делу, и даже если понадобится провести ночь на острове, она сумеет сохранить контроль над собой и своими чувствами… Хотя… хотя это очень и очень непросто!

Через десять минут они добрались до замка и въехали через крепостные ворота с поднятой железной решеткой. Глазам Маргерит открылся запущенный сад и заросшие травой мощеные булыжником дорожки.

— Этот сад разбила мать, — коротко сказал Джастин, останавливая автомобиль. — Они с отцом жили здесь несколько лет, пока ее брат, мой дядя, не погиб на яхте во время шторма. После этого она здесь не могла больше оставаться.

— Для тебя, наверное, это тоже был удар? — спросила Маргерит, зачарованно озирая стены, хранящие память о многих веках.

Джастин пожал плечами.

— Я тогда учился за границей. Родители переехали в Лондон, где находилась штаб-квартира судостроительной компании отца. Нефтью мы начали заниматься буквально несколько лет назад, а потому перенесли главный офис в Эдинбург… Я покажу тебе замок, а потом мы проедемся по острову, чтобы ты могла лучше почувствовать его.

— Джастин, а все-таки почему ты посоветовал отцу обратиться именно в мою фирму? Ты же понимал, что он слыхом не слыхивал о ней…

Джастин не торопился отвечать на вопрос. Подул свежий бриз с моря, и Маргерит поежилась от холода и волнения.

— Почему? — заговорил он внезапно. — Бога ради, Маргерит, включи хоть ненадолго свою фантазию! По-моему, о мотивах моего поступка совсем не трудно догадаться!

И он пошел по дорожке, чтобы отпереть дубовую арочную дверь.

Что значит «включить фантазию»? — озадаченно подумала Маргерит. Я должна принять это как благодарность без слов, как форму искупления вины? Тогда почему он был таким холодным и уклончивым там, в Эдинбурге?

Маргерит снова вздрогнула от порыва морского ветра и решительно напомнила себе, что не имеет права второй раз угодить в одну и ту же ловушку. Теперь она знает, что Джастин никогда не интересовался ею конкретно — только ее телом, и в лучшем случае она была для него капризной бизнес-леди с девическими причудами.

Я здесь по делу! — напомнила себе Маргерит и вслед за Джастином вошла в замок.

Джастин показывал замок, как заправский экскурсовод — сыпал датами, именами, без запинки отвечал на любые вопросы. Осмотр замка завершился в библиотеке — самом теплом и светлом помещении.

— А теперь, думаю, ты готова познакомиться с островом, — сказал Джастин и, взяв Маргерит за руку, повел ее к задней двери, на которую она поначалу не обратила внимания. Отсюда начиналась галерея, выведшая их к пристройкам в задней части замка.

— В этих пристройках отец планирует открыть гостевые комнаты, — пояснил Джастин.

— Но у тебя другие планы? — догадалась Маргерит.

— Видишь ли, я все более склоняюсь к тому, чтобы сделать этот замок своим домом…

— В случае женитьбы это было бы вполне благоразумное намерение, — отозвалась Маргерит.

— Из твоих слов я делаю вывод, что замок тебе понравился. А как насчет его хозяина?

— Не могу сказать о нем ничего хорошего! — солгала Маргерит, отворачиваясь, чтобы Джастин не заметил румянца на ее щеках.

— Почему же так? — поинтересовался он. — Потому что я слишком напоминаю тебе Грегори? — Губы его дернулись в усмешке. — Есть одно обстоятельство, заведомо отличающее меня от него. — Он сжал Маргерит в своих объятиях так, что она чуть не задохнулась, его губы почти вплотную приблизились к ее губам. — И это обстоятельство заключается в том, что я в отличие от него схожу с ума от желания обладать тобой!

Губы Джастина обожгли ее, и ответный огонь не замедлил вспыхнуть в Маргерит с неодолимой силой. Руки ее обвились вокруг его шеи, а сердце глухо забилось, встречая ответные удары его сердца. Он целовал ее шею, веки, нежно прикасался к мочкам ушей, а потом поймал в плен трепещущие мягкие губы. Глухой стон вырвался из самых глубин ее естества, и Маргерит ответила на его безумную страсть неистовым поцелуем.

Неизвестно, сколько прошло времени: может быть, вечность, а может быть, секунды. Маргерит забыла обо всем на свете. В мире не существовало ничего, кроме губ Джастина и его страстного стремления к ней.

Прервав поцелуй, он приподнял подбородок Маргерит и заглянул ей в глаза.