Ничего, кроме любви - Дженнифер Деламир

Маргарет посмотрела на сгустившиеся тучи:

– До главного дома нет времени добираться, и в любом случае небезопасно ехать через поле в грозу. Тут неподалеку есть заброшенный коттедж. – Она указала на соседний лесок.

Это была хорошая идея. Том кивнул.

– Тогда едем. – Он вскочил в седло, потом наклонился и подал руку Маргарет.

– Что вы делаете? – резко спросила она.

– Поставьте ногу в стремя, и я подниму вас. Сидя в седле, я лучше смогу контролировать лошадь, и мы быстрее доберемся до коттеджа.

Маргарет колебалась, Кастор нетерпеливо перебирал ногами.

– Он нервничает, потому что погода меняется, – заметил Том. – Но успокоится, как только пойдет дождь. Обещаю, вы будете в полной безопасности. – Он снова подал ей руку. – Пожалуйста, доверьтесь мне.

Снова загремел гром, дождь пошел сильнее. Все еще с сомнением на лице, Маргарет приподняла юбку, чтобы поставить ногу в стремя. Она подала Тому руку, и он поднял ее наверх. Том посадил ее боком перед собой, придерживая одной рукой. Когда он убедился, что Маргарет надежно устроена, они тронулись в путь.

Маргарет обхватила Тома за талию и прижалась плечом к его груди. Кастора не нужно было подгонять, и скоро они уже были в лесу. Маргарет опустила голову, пряча лицо от дождя, но Том заметил, как у нее вырвался слабый вздох. Он смаковал ее прикосновения. Это божественно, что она рядом с ним, зависит от него хотя бы эти несколько мгновений. Том поторапливал лошадь, хоть и мечтал, чтобы эта поездка никогда не кончалась. Никогда прежде женщина в его руках не вызывала ощущения правильности происходящего. Ее место только здесь, и нигде больше.

Пока они доехали до коттеджа, промокли насквозь. Как только Том остановил лошадь, Маргарет разжала руки, соскользнула на землю и пробежала несколько шагов до двери домика. Она легко открылась, и Маргарет мгновенно оказалась внутри.

Том спешился и отвел Кастора под небольшой навес. Он тщательно привязал лошадь, оставляя ей возможность для движения.

– Спокойнее, дружок, – сказал он, снова похлопав лошадь по шее. – Все будет хорошо.

Кастор посмотрел на него, словно хотел сказать, что совсем в этом не уверен. На бегу через двор к коттеджу Том быстро прочитал краткую молитву.

Маргарет наблюдала за его действиями в маленькое окно.

– Думаете, с вашей лошадью все будет в порядке? – тревожно спросила она. – Я слышала ужасные истории о том, каково ему было на борту корабля.

– Возвращение из Австралии было суровым, – признал Том. – У лошадей хорошая память, когда дело касается опасностей. Но я верю, что Господь убережет его.

Маргарет усмехнулась, то ли презрительно, то ли недоверчиво, но ничего не сказала. Она крепко обхватила себя руками. Вода ручейками текла по ее лицу и капала с подола платья. Том с радостью попытался бы согреть ее, снова обняв. Это было восхитительное ощущение, но теперь они наедине в этой комнате, и он не хотел воспользоваться обстоятельствами. Том ограничился тем, что мягко смахнул капли дождя со щеки Маргарет. Он почувствовал, как она вздрогнула, но не понял – от холода или от его прикосновения.

– Вам нужно обсушиться, – пробормотал Том, – или вы схватите простуду.

Он быстро оглядел помещение. Здесь было пусто, стояли только большой стол и скамья. Но была также маленькая поленница дров. Вознеся про себя благодарственную молитву, Том опустился на колени у очага, чтобы развести огонь.

Он спиной чувствовал, что Маргарет наблюдает за его действиями. Ему не понадобилось много времени, чтобы сложить дрова в очаге. Разводить огонь для него так же естественно, как дышать.

– Мы не сможем зажечь огонь, – сказала Маргарет.

– Сможем. – Том вытащил из кармана сюртука нож, маленький кусочек кремня и через несколько минут уже раздувал слабое пламя. – Идите, – сказал он, поднявшись и провожая ее к очагу, – устраивайтесь удобнее.

Огонь, казалось, мгновенно наполнил маленькое помещение светом и теплом. Промокшее платье Маргарет, холодное и тяжелое, облепило ее фигуру, и девушка с радостью протянула руки к огню. Она искоса взглянула на Тома, который стоял рядом, довольный делом рук своих.

– Вы всегда носите с собой все необходимое, чтобы развести огонь? – спросила она.

– В Австралии без этого не выжить. – Том улыбнулся и пожал плечами. – Некоторые привычки трудно побороть.

Что-то в его улыбке ободрило ее. Том с непринужденной грацией отбросил со лба прядь. В нем нет притворства, нет хитрости, подумала Маргарет. Во всех своих действиях он искренен. Как ему это удается? Игла зависти кольнула ее. Смущенная этой внезапной вспышкой чувств, Маргарет отвернулась к окну.

Том подтащил скамью к очагу.

– Для вас, миледи, – сказал он с легким поклоном.

Она села на край скамьи, задаваясь вопросом, присоединится ли к ней Том, и наполовину желая этого. Том начал стаскивать сюртук, но остановился.

– Вы позволите? – почтительно сказал он. – Без него я высохну быстрее.

Она кивнула, не доверяя своему голосу и не в силах отвести взгляд, когда он снял сюртук и положил на стол. Его влажная сорочка облегала широкую грудь и мускулистые руки, и вдруг в маленьком коттедже стало слишком уютно, слишком интимно. Том помешал поленом угли, сильнее раздувая пламя, затем с удовлетворением оглядел маленькую комнату.

– Мне здесь нравится, – сказал он.

– Да?

– Тут так просто. Не то что в огромных лондонских особняках, где можно заблудиться между парадным входом и гостиной.

Это было настолько точное описание, что Маргарет не могла удержаться от смеха.

– Вижу, богатство не вскружило вам голову.

– Нет, – сказал он. – И надеюсь, никогда не вскружит.

Глядя, как Том подкладывает дрова в огонь, Маргарет была сражена тем, как он наполняет это убогое место достоинством. Отблески огня играли на его квадратном подбородке и сильных руках. Он определенно не похож на джентльменов, которых она знала, но он и не грубый работяга. Она не могла определить, к какой категории его отнести. Какого сорта человек может пережить кораблекрушение, нежно любит свою семью, объявляет себя христианином и не гнушается физической борьбы, когда ему угрожают? Может один человек обладать всеми этими качествами? Это редкое сочетание.

– Что случилось с людьми, которые здесь жили? – спросил Том.

Его вопрос вернул ее к насущным проблемам. Маргарет вздохнула.

– Они перебрались на фабрику, как и многие другие. Хорошо, что железнодорожная компания намерена купить эти места. Никто больше не хочет возделывать землю.

Дождь барабанил по крыше. В дальнем углу комнаты вода начала капать с потолка. Это казалось метафорой жизни Маргарет. Не важно, как отчаянно она старалась противостоять бедам, они всегда одерживали верх. Тщетность попыток наполняла отчаянием сердце девушки.