Сразу и навсегда - Джилл Шелвис

Джош одним пальцем осторожно приподнял подбородок Тоби.

– Ты уже самый лучший воин, Маленький Мужчина. Самый лучший.

– Я слишком мал, чтобы быть самым лучшим. Хочу быть таким же большим, как ты.

– Дело не в росте.

– Все потому, что у меня нет мамы. У Сэма и Томми, Эйдена и Кайла, у всех есть мамы. Мама Кайла сказала маме Томми, что у меня нет ма, потому что ты не хочешь ни с кем меня делить.

Джош ответил не сразу. А когда заговорил, оказалось, что голос немного охрип. Но звучал очень убедительно.

– Может, пока тебе трудно понять, но поверь, что делиться не всегда хорошо.

– Зато у всех есть мамы, – возразил Тоби. – Как я могу стать лучшим джедаем без мамы?

– У меня мамы нет. Неужели поэтому я плохой джедай?

Тоби упрямо покачал головой.

– Нет, ты самый лучший, па.

– Как насчет того, чтобы обняться?

Тоби обдумал вопрос и торжественно кивнул. Когда Джош распахнул объятия, Тоби бросился к нему и прижался к груди.

Грейс не бросилась на колени. Не заползла в объятия Джоша.

Но очень хотелось.

Джош наблюдал, как сын бежит в большой дом, и не удивился, когда Грейс остановила его вопросительным взглядом.

– Мать Томми знала мать Тоби. Но ей известна только одна часть истории.

– А другая?

Другая заключалась в том, что Джош вырос болваном, книжным червем, мальчишкой, у которого отбирали деньги на ленч и засовывали в шкафчики раздевалки. К тому времени как поступить в колледж, он наконец окреп и научился давать сдачи. Но сейчас, как и пять лет назад, роскошная женщина, проезжавшая город по пути на свадьбу и выбравшая его на одну жаркую совместную ночку, была все таким же потрясением.

Кроме того, ему это льстило.

Он влюбился в чарующие слова и изумительное тело и потерял голову. А потом она разбила его сердце. Как сейчас – сердце Тоби.

– Другая часть истории не важна, – ответил он.

– Я тебя слышу, – мягко сказала Грейс.

Интересно, а какая история у нее?

Но это не его дело, хотя она смотрела на него выразительными, обжигавшими сердце глазами. Открытыми. Добрыми. Приветливыми.

Он может утонуть в ней… если себе позволит. Фокус в том, чтобы не позволить себе это сделать.

В пятницу Джош встал в четыре утра, чтобы успеть подняться на скалу вместе с Мэттом. В последний раз они совершали восхождение несколько недель назад, и он нуждался в ледяном предрассветном воздухе, Олимпийских горах… Кроме того, Мэтт пообещал надрать Джошу задницу, если тот не покажется.

Не слишком обеспокоенный дурацкой угрозой, Джош стал готовиться. Вчера он пересекся с Таем в больнице, и тот поклялся, что Мэтт что-то плел насчет колец с бриллиантами.

Джош просто обязан был услышать это своими ушами. Он проверил, спит ли Тоби, и убедился, что Анна в своей комнате. Оставил ей записку, напоминая, что она пообещала поднять, умыть, одеть и накормить Тоби, а также вовремя проводить к школьному автобусу.

Потихоньку выходя из дома, он, к своему удивлению, увидел Грейс, тоже идущую к машине.

– Что случилось? – спросил он.

– Еду в Портленд. Собеседование назначено с утра пораньше, а ехать далеко.

Три часа. На ней был другой деловой костюм, общее впечатление от которого смягчалось босоножками на высоком каблуке с бантиками на щиколотках. Волосы уложены в замысловатый узел, несколько прядей словно случайно касаются висков. Совсем иное впечатление, чем от махрового халата, в котором она была несколько дней назад. Тогда ее вид очень ему понравился. Впрочем, Джошу все равно, что на ней надето. В ее присутствии он чувствовал себя ребенком в утро Рождества. Словно не мог дождаться, когда настанет время развернуть обертку, не мог дождаться, когда сумеет прикоснуться к ней. И не только физически, что совершенно выводило его из равновесия.

Хотел касаться ее не только снаружи, но и изнутри, что уже вообще не имело никакого гребаного смысла.

– Удачи, – пожелал он. – Надеюсь, ты получишь все, что хочешь.

– Дело не в том, чего я хочу. Дело в том, чего требую.

Он вскинул брови.

Она вздохнула.

– О, не важно. Так всегда говорят мои родители. Требования нужно удовлетворять в первую очередь. И только потом идут потребности.

Он присмотрелся к ней. Проник взглядом за прелестную обертку и понял, что она застыла от напряжения.

– Ты почти не говоришь о себе и своем прошлом.

– Да не о чем говорить.

– У всех в прошлом есть, о чем говорить, – возразил он.

Грейс повела плечом.

– У меня было скучное детство.

Она умела защищаться. Даже лучше, чем он сам.

Интересно.

– Разве жить с космическим специалистом так уж скучно?

Она снова пожала плечами. И хотя Джош терпеть не мог, когда люди пытались вытянуть из него ответы, которых он не хотел давать, все же не мог не попытаться надавить на нее.

– А что было ПОСЛЕ твоего детства?

– Имеешь в виду колледж? – уточнила она. – Работу? Парней? Что именно?

– Все.

Она коротко рассмеялась.

– Я закончила колледж в Нью-Йорке. Проходила стажировку в большом финансовом учреждении и получила сертификат аудитора. Потом нашла работу в банке, хорошую квартиру, встречалась с парнями и так далее. Мои родители гордились мной. Конец. Я ответила на твой вопрос?

Даже и не начинала.

Она неожиданно выпустила колючки, а он умел распознавать симптомы и делать выводы. Она была далеко не так счастлива, как хотела казаться.

– Родительские надежды иногда могут осточертеть.

Она снова рассмеялась.

– Да, немного. Но они хотели мне добра. Всегда хотели.

Джон знал цену молчанию и был вознагражден, когда она вздохнула:

– Меня удочерили. Так что гениальная идея достичь недостижимого – это не врожденное. Ее внушили мне родители.

Он осознал сказанное и невысказанное. Видимо, она считает, что не имеет всех необходимых генов для того, чтобы оказаться на одном уровне с приемными родителями. При одной мысли о том, что она испытывает, у него заныло в груди.

– Надеюсь, они принимали в расчет и твои надежды и мечты, а не только свои.

– Они приняли в расчет, что мой IQ достаточно высок, чтобы я сделала достойную карьеру.

– Они проверяли твой IQ? – уточнил он.

– Да. Когда я училась в средней школе, чтобы помочь определить, какой путь выбрать, какую сделать карьеру.