Нежность лунного света - Барбара Картленд

Афина вышла на балкон и залюбовалась последними лучами солнца, которое медленно погружалось в лазурную гладь моря, окрашивая горы и берег в охряный, темно-золотистый, золотисто-зеленый и пурпурно-золотой цвета, превращая само море в расплавленное золото.

Облокотившись о балюстраду, она думала, что из ее комнаты море казалось совсем другим.

Сейчас она была в покоях принца, обставленных с таким изысканным художественным вкусом, что Афине с трудом верилось, что она не оказалась вдруг в сказке.

Принц Орион, несмотря на присутствие множества людей, долго не выпускал ее из объятий, и она наконец почувствовала, что может больше ничего не бояться.

Они поужинали очень рано, потому что принц был уверен, что Афина очень устала.

Услышав шаги у себя за спиной, она не обернулась, но знала, что это Орион подошел и встал рядом с ней.

Они впервые оказались вдвоем, после того как днем расстались у отеля «Посейдон».

– Откуда… я могла знать… как могла догадаться… что ты принц? – заговорила Афина. – Мне говорили, что у принца борода.

– Сбрив бороду, можно сильно изменить внешность, – усмехнулся Орион. – Я делал так несколько раз, прежде чем отправиться в Дельфы. У меня возникало восхитительное чувство, когда я выходил из дворца и никто не узнавал меня, не смотрел вслед.

Они помолчали.

– Полковник Стефанатис… он искал тебя… – произнесла Афина, – искал… на вилле мадам Елены.

Принц облокотился о балюстраду рядом с ней и спросил:

– Откуда ты это знаешь?

– Я случайно услышала его разговор с одним офицером, которому было поручено отыскать тебя.

– Хочешь, чтобы я все тебе объяснил?

– Нет.

Афина сказала это вполне искренне. Зачем им какие-либо объяснения? В его жизни, конечно, были женщины до их встречи. Но она не сомневалась, что они были лишь бледными тенями того чувства, которое он сейчас испытывал к ней.

– Я расскажу тебе, – заявил принц и улыбнулся. – Я действительно был увлечен Еленой. Она умная и культурная женщина, но между нами все было кончено еще до того, как я весьма неохотно дал согласие жениться на богатой англичанке, чтобы помочь моему бедному народу. – Помолчав, он добавил: – Я не мог прятаться на ее вилле по той простой причине, что она собирается навсегда покинуть Грецию и сейчас занимается строительством своего дома на юге Франции.

Афина молчала, и он заговорил снова:

– Если ты представляла меня другим, то как же ошибался я! Я ожидал увидеть несимпатичную и холодную наследницу огромного состояния, а ты оказалась маленькой богиней, страстной и любящей, своим огнем воспламеняющей и меня!

От этих искренних страстных слов Афина слегка вздрогнула.

– Почему же ты мне ничего не сказала? – спросил Орион.

– Я собиралась. Я хотела признаться тебе во всем, когда мы завтракали вблизи водопада… но ты поцеловал меня и я… забыла обо всем на свете… все показалось… не важным!

Он подвинулся поближе к ней.

– Я отправился в Дельфы, потому что в последнюю минуту пришел в ужас при мысли, что даже ради моего любимого народа – действительно очень бедного – я не смогу жить с женщиной, которую не люблю.

Афина повернулась к нему и заглянула в глаза.

– Я поехала туда по той же самой причине. Когда я ехала в Грецию, то представляла принца таким, как ты, но меня привели в ужас придворные в королевском дворце в столице. Они заняты только скандалами, сплетнями и поиском наслаждений.

– Я не люблю столицу и почти никогда там не бываю.

– Ты не сердишься на меня за то, что я… не сказала тебе… кто я такая? Я собиралась сказать принцу, что не смогу стать его женой… и мысль о том… что Орион… ждет меня, придавала мне мужества.

– Я по-прежнему жду тебя, моя дорогая!

Афина посмотрела ему в глаза и сделала еле заметное движение, как будто хотела прижаться к нему.

– Наш брак… он имеет юридическую силу? Нам не придется снова заключать его? – спросила она.

– Он вполне законный. Думаю, мы оба вряд ли захотим повторить то, что уже навечно запечатлено в нашей памяти.